Глава 14

Артур Зарина выводила меня из себя одним лишь тоном голоса, постоянно чего-то требуя и грозясь разрушить мою жизнь. И честно, это было слишком для меня. Ещё ни разу я не попадал в подобное положение и не был хоть как-то зависим от женщины, никому не позволяя мной манипулировать. А тут какая-то сука прицепилась ко мне словно клещ, и всё высасывает и высасывает из меня не только деньги, но и вообще все чувства. Хочется послать её в конкретном направлении и заблокировать, но у меня на это не хватает духу. Я вспоминаю о её пришибленном муже, который хрен знает что из себя корчит, и понимаю, что мне с ним лучше не связываться. Если Константин узнает, что я нагнул его жену, то есть вероятность, что следом за этим нагнут ещё и меня. Да и вообще, меня уже и Соня стала раздражать, и мои коллеги по работе, да и сама работа. Я вдруг понял, что мне хочется перемен. Нахрен супружескую жизнь, нахрен эту скучную работу, я хочу чего-то большего. Да и если я разведусь, то мне уже будут не страшны угрозы Зарины. Пусть хоть у себя в соцсетях выложит пост, в каких позах я её трахал. Мне плевать. Главное, что я смогу уволиться, переехать куда-нибудь и начать жизнь с чистого листа, впредь избегая таких конченых баб как Зарина. Свои выводы из всей этой ситуации я сделал, и больше так крупно не подставлюсь. И очень скоро, уже на следующий день, то, о чём я пока только думал, осуществилось. Зарина позвонила мне с новой угрозой и я совершенно забыл о жене, которая должна была вот-вот вернуться домой. Так что всё, Соня узнала мой секрет. Если честно, я ожидал от неё больше эмоций, а она просто с осуждением и устало смотрела на меня, не накричав и не расплакавшись. Такое ощущение, будто ей было всё равно, а мне... Не знаю, всё сложно. Видно я всё же слишком рано женился, не нагулявшись и не удовлетворив все свои потребности. Соня очень хорошая жена, она знает как поддержать, как подбодрить и сделать приятное, так что у меня к ней нет никаких претензий. Но всё же слово «развод» не напугало меня, а наоборот, позволило почувствовать некое облегчение. Теперь не надо будет скрываться, перед кем-то отчитываться и сдерживать себя. В моём случае развод равноценен свободе. – Артур, мне очень интересно узнать, куда делись все наши сбережения?! – Соня влетела на кухню, и вот теперь я мог видеть злость на её лице. Её даже так не взбудоражила новость о моей измене, как потеря денег. Деньги, деньги, деньги! Вечно всё крутится вокруг них. Не будь я идиотом, мне бы не пришлось тратить ни копейки на эту суку Зарину, а так... Так уже слишком поздно о чём-то сожалеть. Надеюсь, Соня не думает, что я буду перед ней отчитываться и обещать, что всё верну? Это были наши общие деньги и каждый из нас имел на них равные права. Поэтому я не вижу ничего ужасного в том, что мне пришлось их потратить. Да и я вносил в наш семейный бюджет куда больше денег, чем Соня, которой вечно что-то было надо. – Мне пришлось взять свою часть. – Свою часть? Артур, ты не взял, ты их украл! Своя часть, это когда ты берёшь половину, предупреждаешь меня, а не... – Соня, только не начинай. Ты занималась хозяйством, а я откладывал деньги. По сути они были мои. Соня возмущённо выдохнула и, когда я собирался уйти с кухни, встала на моём пути. – Не смей уходить от разговора! – А не то что? – Боже, Артур, да что с тобой? Ты ведёшь себя как последняя сволочь. – Правда? Как сволочь? Так почему ты за меня вышла, раз я такая сволочь? Я же не менялся, я всегда был таким, но раньше тебя всё устраивало. Начиная терять терпение, я оттолкнул от себя жену и вернулся в спальню, чувствуя, как меня уже трусит от злости. Такое ощущение, как будто сегодня все решили довести меня. Даже дома я не могу отдохнуть и вынужден оправдываться. – Знаешь, Артур, ты ужасный мужчина! – Соня вошла следом за мной в спальню, сильно покраснев и смотря на меня таким горящим взглядом, что я удивился. Никогда она не смела и слова сказать, когда видела, что я в плохом настроении, а тут прямо разошлась. – А муж из тебя ещё хуже. Всё что ты можешь, так это только врать и кормить пустыми обещаниями. Ах да, ещё изменять и воровать деньги, чтобы заплатить какой-то стерве! – Не смей повышать на меня голос! – А не то что? – вернула мне мой ответ Соня, подойдя чуть ли не вплотную. – Что же ты сделаешь, Артур? Наорёшь? Или ударишь? – Лучше не провоцируй меня! – Так не веди себя как скотина, и я не буду тебя провоцировать. Из-за тебя мы расстаёмся как враги и это при том, что мы столько лет прожили вместе и... – И столько лет я тебя терпел! Ты скучная, неинтересная и постная. Поэтому мне приходилось искать женское общение на стороне. Потеряв контроль над злостью, я уже не особо задумывался над словами, просто желая ударить ими Соню посильнее, чтобы она перестала воображать из себя идеальную жену и бросаться претензиями. Если постараться, то и к праведнику можно придраться, а она так и вовсе не является образцом для подражания. – Вот значит как... И зачем же ты на мне женился? Ты знал какая я, как и знал, что я хочу детей. – Соня тоже распалялась всё сильнее и сильнее, уже эмоционально махая руками у моего лица, смотря чуть ли не с ненавистью. – Да потому что ты удобная. И уберёшься, и накормишь, и родителям моим нравишься. Вот и все твои достоинства. И я всегда знаю где ты и с кем. И ещё тобой очень легко манипулировать, потому что ты пустышка, у которой нет своего мнения. – Ты отвратителен! – Неожиданно взмахнув правой рукой, Соня ударила меня по лицу, задев ребром ладони мой нос. Нет, она мне его не сломала, но было больно так, что глаза неприятно защипало, а потом... по губам потекло несколько каплей крови. – Соня, предупреждаю в последний раз... – Невероятно! Я как дура его любила, поддерживала, а он... А он и не мужчина, а... Теперь уже я ударил, просто не сдержав ярости из-за её наполненного презрением голоса. И ударил сильно... кулаком. Я не хотел, но она меня сама спровоцировала. Вскрикнув, Соня упала на пол... крайне неудачно упала. Смотря на неё, лежащую у моих ног, я чувствовал себя странно, я и злился, так что мне стало плохо от жара, словно моё тело накалялось изнутри, и был потрясён случившемся. Ещё никогда я не поднимал руку на женщину. Но Соня прекрасно видела, что играет с огнём, к тому же она ударила первой. Не зная, что делать, я склонился над женой, прижимавшей левую руку к груди и с ненавистью смотревшую на меня покрасневшими от слёз глазами.