Глава 47

Ранним утром, в едва забрезжившем рассвете, я стояла на крыльце и смотрела, как опускается мост и по нему проезжают семь всадником, покидающих замок.

Сегодня я не проспала отъезд мужа, надеюсь, в этот раз без внезапного возвратного заезда «по пути». Я бы даже могла и платочком помахать, только вот его у меня не было, поэтому всего лишь куталась в меховой плащ, щурясь начинающемуся дню, сдерживая зевок.

Да уж, эта ночка выдалась не просто жаркой, а раскалённой. И нет, это совсем не то, что многие бы подумали. Такого накала страстей в нашем с мужем споре по волнующим меня и его вопросам у меня ещё ни разу не было ни в той, ни в этой жизни. У него, скорее всего, тоже. Это же его первое союзование.

Сначала я охладила пыл муженька на планы по единению своим рационализаторским предложением на тему новой чеканки монет. Потом добавила свои намерения по опеке двух привезенных из удела девчушек, ещё больше остужая пыл муженька. Ну и добила, то есть закрепила всё это, доведя его до точки замерзания, своими планами по развитию Уречья и назначением Матфейя моим коммерческим представителем.

А что? Не мотаться же мне самой по всяким вече и мастеровым, которые от меня рожи воротили ещё в первый раз. Кстати, я к ним теперь уже и не собираюсь. Пусть и дальше надуваются от важности своего имени, как напыщенные индюки. Таких только в суп, а работать я буду с молодыми. Они вон как быстро с мебелью справились!

И это всё было только для начала нашей увлекательной беседы, а вернее жаркого спора и разъяснений «политики партии», затянувшихся почти до самого утра с привлечением противников и союзников в лице Фрола и Матфейя.

В эту ночь, кстати, не спали ещё и Аграффа с Иваном, которые находились в гостиной и приносили нам то горячие, не горячительные, напитки, то дощечки или ещё какие нужные для наглядного объяснения вещи.

Сначала Вит никак не мог понять, почему я решила говорить о монетах вместо того, чтобы наконец-то провести ночь единения и он мог бы спокойно, с чувством выполненного супружеского долга, отбыть в Маньяр. Возможно, он и не понимал, почему сейчас мне этот долг был так же нужен, как и козе баян, но объяснять это не было никакого смысла. Я почти сразу поняла, что пока он был в Демии, то бишь в столице местной страны, кто-то ему неплохо поездил по ушам, заставив вернуться и всё же «единиться».

То перед отъездом он старательно избегал оставаться со мной наедине в покоях, а то тут даже такой крюк решил сделать, чтобы всё-таки закрепить союзование. Понятно же, что его кто-то на это надоумил. И этот кто-то точно не мой друг, а скорее наоборот. Кто бы это мог быть? У меня на место моего недоброжелателя было три кандидатуры: дядька посланник, родители Вита и вероятная несостоявшаяся невеста.

Так-то я никому из них ничего плохого не сделала, но … Дядька мог обидеться на то, что я его раскошелила на удел. Родители - что старшенький союзовался без их ведома и, возможно, разрушил планы семьи на «породниться» с нужной или удобной для них уже присмотренной союзницей. Ну, а предполагаемая имеющаяся невеста – на потерю союзного, то бишь грандского места, у которой увели из-под носа новоиспечённого гранда. Хорошо, что все они пока далеко от сюда, плохо, что я не знаю кто из них так усердствовал с убеждением. Но то, что он просто так поменял своё решение и вернулся на пару дней – не верю! А значит … Ничего хорошего для меня это не значит, но … будем посмотреть, а там – по обстоятельствам.

Загрузила я гранда конкретно своими предложениями, надеюсь, что вернётся он через год, как и планировалось, а я уже буду более-менее готовой к приезду – во всех смыслах.

- Зачем на монетах выбивать эти странные знаки? – недоумевал Вит, когда я предложила такое нововведение по замене простых монет на уже привычные мне, которые, правда, почти потеряли своё назначение в том мире – мире моей прошлой жизни, вытесняемые электронными нововведениями, но могли ещё послужить в этом - новом. Пока только в грандстве или, если всё пойдёт по плану, стране, а потом… может и на этот мир замахнёмся. Посмотрим – как пойдёт.

- Как зачем? – недоумевала я. - Вместо таскания тяжести в десять монет, можно взять всего лишь одну, которая и будет равняться десяти! Так не только легче, - а мне, например, таскать увесистый позвякивающий мешочек было совсем неудобно. – Но на такие монеты тратится меньше метала. С какой стороны не посмотреть – одни сплошные выгоды!

Обсуждения с демонстрацией наглядных примеров, что мы имеем сейчас и что можем получить в будущем, если воспользуемся «моей» задумкой, отодвинули первоначальные планы муженька на единение на неопределённый срок.

Затем мы, увлечённые обсуждением монетной реформы, плавно переместились в кабинет, куда были вызваны Фрол и Матфей, которые незаметно присоединились к обсуждению важного государственного дела.

Моё новаторское предложение победило! Только вот вышла небольшая заминка с используемыми мной странными знаками на монетах, которые я, не мудрствуя лукаво, обозвала цифрами.

Ну да, пришлось брать дощечку и всё расписывать с пояснениями от ноля до ста. Да простят меня индусы за воровство их изобретения, но какой смысл изобретать велосипед, если я, вернее моя очень важная часть – сознание или душа, а может и ещё что, как-то переместились даже ещё не понятно куда. Кстати, о велосипеде … Но не сейчас…

А что? Знания же мои! Так почему бы ими и не воспользоваться себе во благо? Не для этого ли я их получала? И не важно, что не здесь и не в этом теле! Раз они сюда переместились со мной, то грех ими не воспользоваться, а не поделиться – ещё больший грех! Тем более, что цель оправдывает средства.

Таким образом, под шумок обсуждения экономии в государственных масштабах, я смогла получить одобрение мужа на воспитание привезённых девчушек и пёсиков. Только нужно будет съездить в вече и что-то там подписать.

Оказывается, тут так было не принято. Подобных детей или воспитывали родственники, или куэны, а собак или кошек, да и вообще любую подобную живность не пристало держать знатным, только простым. Выяснять почему времени не было. Не отвлекаться же от обсуждения государственной темы! Поэтому – потом, это всё потом.

А пока я, довольно зевающая, смотрела на исчезающих в рассветной дымке всадников, увозящих с собой «дела государственной важности» и мысленно строила план своих дел на сегодня.

Но сначала…, поспать бы пару часов, а потом тогда – в бой. Покой мне, видимо, уже и не приснится.