Глава 88

Утро, как обычно, началось рано, поэтому почти сразу после завтрака мы отправились в вече. В этот раз меня сопровождала Альяна и Матфей. Фрол ещё вчера, до нашего возвращения, уехал куда-то в дальние селения, чтобы проконтролировать «посевную», уладить какие-то вопросы и отдать распоряжения – в общем, по обычным делам управляющего грандством. Поэтому я с ним и не смогла поговорить по поводу безопасности на землях грандства, однако, утром успела перекинуться парой слов с Еремеем, который уже был не только в курсе, но и знал все детали нашей встречи в чистом поле с чужаками.

- За всю мою службу у гранда Карминьяр, я никогда ни с чем подобным не сталкивался, гранда. Самая большая опасность в этих местах это штыфы, но они редко выходят к людям при свете. Охотятся они ночью и в основном обитают в чаще леса или в горах. Да и у нас в Октрийи за любого рода разбой сами знаете, что бывает, - высказался местный десятник.

В общем-то я и сама знала, что тут за подобного рода провинности, да и не только, наказания были очень суровые. За мелкую кражу могли отрезать пальцы или сразу руку, за разбой ссылали на лесоповал или на добычу металлов, что было подобно смерти, потому что условия там были такие, что долго никто не выживал, в лучшем случае оставался калекой. Единственным условием было наличие пары свидетелей и доказанность преступления, которое не каждый решался совершить. Калекой оставаться никто не хотел. Вот поэтому в стране было достаточно спокойно и безопасно.

Обязанности судей, защитников и палачей выполняли, естественно, вечники, потому что там и проходили разбирательства всех непристойных дел. Вот поэтому мы и ехали сейчас в вече, чтобы узнать какое будет наказание за нападение и угрозы местной гранде, то есть мне, а также какой откуп или возмещение морального ущерба.

- Такого рода происшествия случаются очень редко и то только в приграничье, - говорил мне Матфей, кратко обрисовывая, что и как будет происходить в вече. – Поэтому вы, гранда, требуйте хороший откуп и не соглашайтесь сразу на всё, что вам предложат.

- А разве их не отправят на север куда-нибудь в шахты или лес валить? – спросила я, уверенная в том, что мне лишь скажут, как наказали заграничных визитёров.

- Про сопровождающих не знаю, а вот кзарского гранда точно никуда не отправят. Тут уже дело меж соседей, - слегка задумчиво произнёс Матфей, намекая на «не станут ссориться с соседствующей стороной, то бишь страной». – Никто особо не пострадал, а за слова и неуважение ссылать не станут. Вот поэтому и будет торг – с вами и Октрийей. Вы не спешите, послушайте всё, что скажут и предложат, подумайте, а потом уже и решайте.

В общем Матфей оказался прав. Беседовала я с вечником, который «случайно» оказался в том же самом месте, что и мы с кзарцами. Он и поведал мне о том, что вышло простое недопонимание. Гранд Гилян просто хотел со мной поговорить, но даже не смог и приблизиться, как был низложен моими верными штыфами.

А на мой вопрос, почему не в замке, как положено? Ответ был просто высшим пилотажем «ума и сообразительности»:

- Так, потому что меня там, в моём замке, просто невозможно застать, вот и пришлось ему бедняге за мной по полю гоняться.

Угрожал? - Да нет, это я что-то не так поняла, а так-то он был почти любезен и просто умолял меня поговорить с ним. Да, был немного раздражён и не очень вежлив, так то, потому что я такая неуловимая и он, бедняжка, уже устал за мной гоняться по весям, сёлам, лесам и полям. А так-то никто ведь на нас ни меча, ни лука не поднял.

Вот поэтому гранд Гилян и предлагает мне откуп в триста золотых рюмей, за моральный, как говорится, ущерб.

Понятно, что они уже всё обговорили и это, на их взгляд, очень щедрое предложение. По сути-то, они правы: оружие на нас никто не поднимал, да и говорил-то со мной только кзарский гранд, а что был не очень вежлив… Ну, так у них тут с женщинами особо и не раскланиваются. Понятно, что решили всё замять по-тихому с местной грандой, а вот с гранда Гилян или с Кзарии спросить по полной. Только этот спрос будет уже со стороны местной короны к короне соседней и мимо меня.

Ну, нет! Они, что же, решили, что я вот всё так и спущу на тормозах? Ага, конечно, ещё и поблагодарю, за такую прибыльную встречу!

- Каждому? – мило улыбаясь вечнику, решила я уточнить.

- Что, каждому? – переспросил он, не понимая моего вопроса.

- Каждому из нас по триста золотых рюмей - мне и моим людям, сопровождавшим меня и присутствовавшим там, включая и мохнатых охранников, - пояснила я.

- Вам, вашим слугам и лучникам, да ещё и ШТЫФАМ!? – удивился вечник, увеличив свои глаза раза в два.

- Конечно! Нисса, вон дар речи потеряла и уже почти день как молчит. А она у нас очень разговорчивая. Поди, онемела от такого потрясения. А кто ж её немую взам… эм.. в союз возьмёт? Малой Ефим, совсем ведь ещё ребёнок! Так вообще всю ночь спал плохо, как они его напугали-то! А если занеможет? Вот как раз на духоприказчика и пойдёт откуп. А лучникам Еремею так и вообще пришлось дать двухдневную увольнительную, чтобы успокоиться. У них вон до сих пор руки трясутся от страха! А как лучнику быть с такими руками? Он же теперь всё – не лучник, а разлучник – мазила, в общем! А про пёсиков так и вообще лучше не говорить! Они теперь всю жизнь скулить будут. Кто теперь меня так хорошо сможет охранять? Надо же им каких вкусняшек для успокоения, а это всё рюмы. Где ж я столько найду в своём скудном бюджете? – говорила я на полном серьёзе со скорбным выражением мученицы-страдалицы.

Разве что слезу не пустила, но вовремя вспомнила, что это будет уже перебор, поэтому решила не рисковать. Тут главное быть как можно более естественной и не переигрывать. Конечно, вечник меня уже знал и мог раскусить мою игру актрисы погорелого театра, но … Кзарского гранда тут не было, а вечник, какой-никакой, а наш – местный, значит за меня.

А что? Разве я не права? Всё сказанное – чистая правда! И стресс был! Нельзя же сказать, что раз его никто не заметил, то этого и не было? Тем более, что чем больше попросишь, тем больше получишь, даже если будут переговоры по уменьшению суммы откупа - скидка уже была учтена в предварительном предложении.

Громкий раскат смеха вечника раздался так внезапно, что я даже испугалась. Обычно они или тихо говорили, или громко шипели, а тут настоящий полноценный ржач. Ничто человеческое, видимо, и вечникам не чуждо.

- Не всё из сказанного мне понятно, но ваш посыл, гранда, я уловил. Это всё или нужно ещё что-то включить в грамоту откупа? – наконец успокоившись, спросил он.

- Нет не всё! Нужно в конце грамоты ещё дописать мелким шрифтом, что гранд Гилян из Кзарии остаётся мне лично должным и свой долг я могу потребовать в любом откупе и в любое время. Вот когда понадобится, тогда и спрошу в откуп, то что захочу. Ну и, конечно, согласна сейчас на триста рюмей, как компенсацию.

Ну, не могла же я оставить грамоту на откуп без всеми нами излюбленного в том моём мире, в той моей жизни, дополнения мелким шрифтом в конце любого договора или соглашения. Может Лизабели и невдомёк, но Изольда Романовна очень хорошо знала, что всё самоё важное обычно пишется в конце и мелким шрифтом. Все прекрасно знают, что скрывается в деталях, а в нашем конкретном случае, за мелким шрифтом.

Надеюсь, они не обратят особого внимания на такую малость?

- Я не очень понимаю, гранда, что вы этим хотите сказать и … слова… шрифтом, мелким, это… – как-то сконфуженно произнёс вечник. Хорошо, что хоть тут не заржал - дело-то серьёзное.

И мне пришлось ему детально разъяснить все условия откупа, которые нужно вписать в грамоту и почему в конце ещё и приписать очень мелким подчерком, моё последнее условие, добавив, что, если гранд Гилян подписывает эту грамоту, то он соглашается со всеми условиями.

- Ну, только по моему благодушию, можете снизить откуп для моих людей до двухсот пятидесяти рюмей. Но не меньше! – решила я подсластить горечь соглашения и одновременно забросить наживку.

Вечник смотрел на меня такими удивлёнными глазами, а брови его, так и вообще улетели куда-то … наверное, в их септограммную галактику.

На его лице буквально читался вопрос: «А что, так можно было?!»

Поэтому, я не преминула добавить:

- И только так! Или, тогда он пусть сам идёт ко мне в услужение для оплаты долга!

Домой мы возвращались полностью удовлетворённые подписанной грандом Гилян грамотой откупа. Я придерживала на сиденье рядом с собой увесистый «мешочек», приятно позвякивающий находившимися в нём рюмами.

Полученные монеты я решила поделить поровну между Ниссой и Ефимом, а также Еремеем и всеми служивыми, а не только находившимися в тот момент лучниками. И не важно, что со мной было только двое, но подготовлены они были неплохо и сразу приняли оборонительно-защищающее расположение, давая понять, что будут стоять и защищать гранду до победного. Ни один не побежал, хотя, их было только двое против четверых наёмников и кзарского гранда. На их месте могли оказаться и любые другие замковые служивые, и я почти уверена, что и они повели бы себя также. Поэтому и получат премию все, включая и десятника Еремея – за верную службу.

Монетки, заработанные пушистиками пойдут на премии замкочадцев, которые, как и я были заняты полевыми, замковыми и призамковыми работами, «не жалея живота своего». И это им, своего рода, стимул - вознаграждение за «доблестный труд» во благо грандства. Так они будут знать, что по делам их и награда будет. А пушистики не обидятся – их и так тут неплохо кормят.

В хорошем настроении от щедрости распланированных премий я вошла в замок и услышала душераздирающий вой, от которого в прямом смысле слова кровь заледенела:

- Где он?! Куда вы его дели? Спрятали?! Он мой и я его найду!

Это что тут такое? Нас грабят? Или напал кто? А может это «Кентервильское привидение» местного разлива? Уж больно орёт не по-человечески, а прямо-таки благим матом!