Глава 14

Глеб Произошедшее с Ульяной так меня напугало, что я не мог прийти в себя, пребывая в возбуждённом состоянии от желания как можно быстрее разобраться с этой девчонкой. Лично. Прямо сейчас. Нет, это не фанатка, это какая-то сумасшедшая, которая что-то себе придумала и теперь пытается осуществить это в реальности. Как у неё только хватило ума и храбрости напасть на другого человека? И ладно Ульяна успела прикрыться руками, а если бы нет… Она же могла её убить! Теперь я чувствовал сильную вину перед женой, за то что оказался далеко и не смог защитить, за то что сам расслабился, перестав воспринимать угрозу как нечто реальное, допустив мысль, что девушка никогда не приведёт её в исполнение. Так что я был решительно настроен найти эту дрянь. И один подозреваемый у меня уже был. Тихий голос, длинные тёмные волосы, явно тараканы в голове – Ира. Я никогда не знал, что творится в голове у этой замкнутой девушки, которую раньше пытался разговорить, но потом, не получив в ответ ничего, просто оставил эти попытки. Говорят же, что в тихом омуте черти водятся, вот это, как мне кажется, про Иру. – Глеб Дмитриевич, мы возьмём на заметку ваши слова, но вы должны понимать, что одних ваших подозрений мало, чтобы арестовать вашу студентку, – неспешно, задумчиво произнёс капитан полиции. Мне в кои-то веке удалось выбить с ним встречу, но что-то мои ожидания не оправдались. – Сами поймите, без весомых доказательств мы просто ничего не можем сделать. Но не волнуйтесь, мы за ней присмотрим. – Но мне этого мало! Что значит присмотрите? А если в следующий раз она обольёт мою жену кислотой или зарежет? – Не сдержав эмоции под контролем, я взорвался, но моя вспышка злости вызвала во взгляде Михаила Константиновича только осуждение. – Вот, выпейте воды, Глеб Дмитриевич, и успокойтесь, – мужчина нали воду из графина в стакан, и протянул его мне. – Как я вам уже говорил, я вас прекрасно понимаю. И было бы проще, если бы вашу студентку кто-то видел во время нападения или узнал. Или она ранее привлекала внимание полиции. Ну или у вас было что-то существеннее ваших подозрений. А так можно подойти к любому человеку на улице и арестовать его, сказав, что он очень подозрительный и тихий, а значит точно преступник. Так что дайте нам время со всем разобраться. Вам сейчас главное быть рядом с женой и не наломать дров. Поэтому ведите себя как ни в чём не бывало… – Это чтобы Ира подумала, что ей всё сошло с рук и снова напала на мою жену? – Ну-ну, Глеб Дмитриевич, сбавьте тон голоса и успокойтесь. В вашей ситуации самое главное не поддаваться эмоциям, а вы уже это сделали. – Я думаю, вам стоит опросить её родных и близких… – Глеб Дмитриевич, не надо, пожалуйста, учить меня делать мою работу. Я вам ещё раз повторяю, у нас всё под контролем и мы работаем над вашим делом. Вам же остаётся только ждать и не мешать следствию. Выйдя из кабинета Михаила Константиновича, я чувствовал, как меня всего прямо раздирает от бессильной ярости. Нет, одна часть меня понимала, что полиция не может арестовать девушку просто потому что я указал на неё пальцем, но другая не могла смириться, что Ире повезло и она не попала ни на одну из ближайших камер. И теперь эта ненормальная  как ни в чём не бывало будет ходить в университет, сидеть на моих парах, а я… Нет, меня всё это кардинально не устраивает! Но что делать? Я не могу и не хочу сидеть сложа руки. Надо поговорить с Эльмирой! Может она поможет мне лучше понять, что кроется за маской неуверенности, которую носит Ира. Позвонив Уле, я вкратце рассказал ей о разговоре с капитаном полиции. – Я же тебе говорила, что так оно и будет, – как-то устало произнесла жена, – Я понимаю, почему ты подозреваешь свою студентку в нападении, но полиция ничего не сможет сделать без весомых на то улик. Поэтому просто позволь им выполнить свою работу. Я знаю, что у напавшей на меня девушки не может быть ни шанса избежать наказания. Она действовала импульсивно, поддавшись эмоциям и ничего не продумав, а значит обязательно оставила какую-то зацепку, по которой её можно будет найти. – Но ты же сама хотела, чтобы я нашёл свою фанатку! К тому же я не могу допустить, чтобы тебе снова навредили. – Но ты же её не нашёл. У тебя просто есть подозрения, которые довольно сомнительные. Тихий голос и чёрные волосы – это не те улики, которые надо брать на рассмотрение. К тому же я в тот момент была так напугана и дезориентирована, что могла что-то перепутать. И не волнуйся, милый, со мной всё будет хорошо. Я не позволю во второй раз застать меня врасплох и буду внимательна как никогда. От этих слов я нахмурился, злясь на Улю за её беспечность. Да, она купила для самозащиты шокер и перцовый баллончик, но лично я не был в них уверен. Она же не будет постоянно носить их в руках и, прежде чем она достанет их из кармана, ей могут серьёзно навредить. Уля ещё и горит желанием как можно быстрее вернуться на работу, опасаясь, что ей найдут замену. Хотя ей явно понадобятся ещё несколько дней, чтобы восстановиться. Несмотря на то, что порезы были неглубокими, она потеряла много крови, что теперь сказывалось на её самочувствии. Прямо голова идёт кругом от всех этих волнений! Уже три дня прошло, а следствие так и не сдвинулось с мёртвой точки, и это меня раздражает. – Глеб, а ты когда вернёшься домой? – Скоро, милая. Тебе что-то купить? – Купи эклеры и каких-нибудь шоколадных конфет. И возвращайся домой как можно быстрее. Твоя мама приехала меня навестить и… В общем, мне нравятся её попытки выгнать твоего отца из нашей квартиры, но я уже устала от шума. Они прямо как кошка с собакой, а я настолько уставшая и обессиленная, что даже не могу принять сторону Светланы и помочь ей осуществить задуманное. – Понял, потороплюсь. Кстати, отец сказал, что один из его друзей готов приютить его, но только после пятого числа, так что он скоро съедет от нас. – О-о-о, это просто шикарная новость! Наконец-то всё будет как раньше, только ты и я. – Да, – я улыбнулся, тоже представив себе эту идиллию. Ни отца, ни безумных фанаток, только я и Уля. Ну и хочется, чтобы Диана от меня отстала, а то её последние сообщения, в которых она интересуется здоровьем моей жены, кажутся мне издёвкой. И я теперь очень сожалею, что поддался эмоциям и рассказал ей о произошедшем, когда она неожиданно мне позвонила. Ещё раз пообещав жене, что скоро буду, я первым делом решил вернуться в университет, чтобы поговорить с Эльмирой.