Глава 8

Глеб – Ты же это несерьёзно? – раздражённо спросила Уля, когда я позвал её в спальню поговорить. Всё ещё находясь во взвинченном состоянии, жена тяжело дышала и сжимала руки в кулаки, словно готовясь к драке. И такой воинственной я видел её впервые. – Если бы. Но мама всё подтвердила. На той неделе она сильно поругалась с отцом и эта ссора стала финальной точкой в их отношениях. – Знаешь, я почему-то этому не удивлена! Всё шло к тому, что твои родители расстанутся и… – Уля резко замолчала и виновато посмотрела на меня. – Глеб, прости. Это прозвучало слишком грубо. Я не хотела сказать ничего плохого, просто… На этот раз Дмитрий Фёдорович поступил совсем по-свински. Как ему вообще пришло в голову ущипнуть меня? На что он рассчитывал? У меня произошедшее просто не укладывается в голове! Я знаю, что он твой отец и тебе неприятно такое слышать, но он… Он старый извращенец! И ведь это уже не в первый раз, когда он выходит за рамки приличия. А что будет дальше? Нет! Нет, Глеб, и ещё раз нет. Он не будет жить с нами и точка! Распаляясь только сильнее, Уля стала расхаживать вдоль комнаты, продолжая сжимать и разжимать ладони. И честно, я не знал, как мне стоит поступить в данной ситуации. По словам мамы, отец флиртовал с продавщицей из небольшого продуктового у дома. И она застала момент, как он отсыпал ей комплименты, называя самой хорошенькой женщиной, при этом сравнивая свою жену с мегерой, не стесняясь высмеивать её при других покупателях. Так как квартира перешла маме в наследство от её родителей, она просто вышвырнула вещи отца на лестничную клетку, запретив ему появляться на пороге её дома. И на этот раз мама была настроена решительно и не собиралась его прощать, посоветовав мне тоже указать отцу на дверь. Но мне было трудно это сделать и, несмотря на всю злость, я не мог не думать о том, где и как он будет жить. Он уже давно не работает, живёт с пенсии и у него нет собственного жилья, так как свою квартиру его родители оставили его младшей сестре, лишив непутёвого сына наследства. И непонятно, где отец шастал несколько дней, прежде чем заявился к нам. Что-то у него с собой слишком мало вещей и это меня настораживает. – Уля… – Нет, Глеб, не надо его защищать, сейчас у тебя не получится убедить меня снова его простить. У меня был очень трудный день и я не готова идти на компромиссы. Тяжело вздохнув, я растёр пальцами гудящие виски. Ну и вечерок! Мне бы сейчас спокойно поужинать и отдохнуть перед новым рабочим днём, а не решать семейные конфликты. – Поверь, я не собираюсь его защищать, но и выгнать его на ночь глядя я тоже не могу. Сейчас я с ним ещё раз поговорю и донесу до него, что завтра утром он должен что-то придумать. Пусть устроится на работу, он ещё бодрячком, тем же сторожем, найдёт себе недорогую квартиру и съедет. – Твой отец и работа – это две совсем несовместимые вещи! – раздражённо фыркнула Уля. – От него даже по дому помощи не дождёшься. К тому же я сомневаюсь, что ему будет хватать пенсии и зарплаты сторожа, потому что съёмное жильё – это не дешёвое удовольствие и ты сам это знаешь. – Милая, пожалуйста, не горячись и успокойся. Я прекрасно понимаю твоё возмущение, но и ты меня пойми. Он мой отец, каким бы плохим он не был, и я просто не могу выставить его за дверь, зная, что ему некуда податься. Пожалуйста, потерпи ещё немного, я обязательно придумаю, что нам делать. Точнее, что ему делать. Подойдя к жене, я обнял её, хотя чувствовал, что она сейчас не готова пойти на контакт. Но Уля всё же не оттолкнула меня и обняла в ответ, немного расслабившись. – Глеб, я тут узнала, что твою влюблённую фанатку зовут Эльмира, – спустя несколько секунд произнесла жена, отстранившись от меня и посмотрев мне в глаза. – Я пробила номер через одно приложение, так что это точно. – Эльмира? У меня есть только одна студентка с таким именем, но… Это не может быть она. Я вспомнил весёлую, открытую девушку, и просто не мог поверить, что она могла присылать моей жене такие ужасные сообщения. Да и отправленные мне сообщения… Нет, они не в её стиле. – Значит, ты недостаточно хорошо её знаешь. Может она только внешне такая хорошая и правильная, и не показывает тебе свой интерес, дожидаясь удобного момента. В любом случае нам надо с ней поговорить и предупредить её о последствиях. – Так, милая, давай не будем спешить. Я присмотрюсь к Эльмире, но уверяю тебя, это не она. К тому же сегодня я с ней разговаривал и оказалось, что кто-то украл у неё телефон, так что она спешила в салон связи, чтобы заблокировать карточку. И вот, посмотри на это. – Я протянул Уле телефон, показывая ей сообщения. – Они отправлены спустя полчаса, как я встретил Эльмиру, и когда я позвонил на этот номер, он оказался заблокирован. – Супер, значит твоя фанатка не только поехавшая, но ещё и воровка. Что может быть лучше! Уля грустно рассмеялась и села на край кровати, как никогда выглядя слабой и беззащитной. И в этот момент мне захотелось укрыть её от всего мира, чтобы больше никто не смел портить ей настроение. Сев рядом с любимой женщиной, я пересадил её к себе на колени и обнял, зарывшись носом в её густые волосы. Да, сейчас у нас всё идёт немного не по плану, мы хотели сделать ремонт в спальне, накопить деньги на совместный отпуск, сдать анализы, чтобы убедиться, что можем зачать здорового ребёнка, а вместо этих приятных хлопот забиваем головы другими мыслями. Но у каждого человека в жизни могут возникнуть подобного рода препятствия, которые надо просто преодолеть. Завтра я ещё раз переговорю с отцом и дам ему понять, что он должен что-то придумать. Может он и правда сможет устроиться на работу, ведь сил в нём хоть отбавляй, впрочем, как и лени. И я всё же присмотрюсь к Эльмире и, может, поговорю с ней, если увижу что-то странное, главное, чтобы она не поняла меня неправильно. Подождав, когда Уля окончательно успокоится, я тихо спросил: – Как прошёл твой день на работе? – О-о-о, ты себе даже не представляешь, что сегодня произошло, – тут же оживилась жена, поделившись со мной событиями своего непростого дня.