Глава 24

Настя. Из своего укрытия наблюдаю за мужем. Хотя, наверное, столик с закусками трудно назвать укрытием. А я совсем не прячусь. Но ощущаю себя, как невидимка в переполненной людьми комнате. Я всегда знала, что меня трудно назвать красавицей. Худощавая фигура, на которой дорогое стильное платье висит невнятной тряпкой. Слишком пухлые губы, они мне никогда не нравились. Самые обычные глаза и, не самой идеальной формы нос. Совсем не то, что безупречная Елена, с которой танцует мой муж. Еще в прошлую нашу встречу она поразила меня. Идеальная красавица, женщина явно привыкла к знакам внимания. Ее невозможно не заметить, ею нельзя не восхищаться. Все, что она говорит или делает, получается с такой грацией и величием, с которыми мне никогда не конкурировать. Она просто восхитительна. В отличии от меня. Все никак не привыкну к тому образу жизни, который предполагает частые выходы на разные мероприятия с мужем. И во время которых внутри все сжимается от страха. Руслан в своей стихии на разных встречах или перед публикой. Ему ничего не стоит дать интервью, даже, если он не готовился. Мой муж просто создан для публичности. Он рожден быть в центре внимания. Рядом с ним моя невзрачность кажется еще более заметной. Все, как всегда. Руслан – центр внимания, а я стараюсь спрятаться у него за спиной. Ну, или, где придется. Другое дело – Елена. Вот кто создан для всеобщей любви, наравне с моим мужем. Я постоянно ловлю влюбленные взгляды в сторону моего мужа со стороны самых разных женщин. Это своего рода традиция уже. Я бы сказала, ритуал. Даже теперь, у нас дома. Где, наверное, каждый приглашенный, хотя бы раз за вечер, задался вопросом: как эта серая мышка заполучила его? И дело в том, что я и сама до сих пор не знаю ответа на этот вопрос. – Ревнуете? – вырывает меня из потока мыслей незнакомый голос. Поворачиваю голову, встречаясь взглядом с карими глазами одного из наших гостей. Пытаюсь вспомнить имя, оно вертится на языке, но я никак не могу вытащить его из памяти. Немудрено, столько людей сегодня прошли мимо меня, и с каждым пришлось познакомиться. Большую часть из них я никогда раньше не видела. Не зная, что ответить, я молча наблюдаю за мужчиной, который подхватил бокал с шампанским и опрокинул его в рот одним рывком. – Они неплохо смотрятся вместе, – говорит мужчина, кивая в сторону танцующей пары. Елена что-то говорит моему мужу в танце, тот с улыбкой отвечает. Идиллия, от которой мне не по себе. – Только не говорите, что вас это не беспокоит. Мужчина подарил мне кислую улыбку. Теперь нас двое. Тех, кто наблюдает за танцем. Самых красивых мужчины и женщины, которых я когда-либо видела. Еще пара танцев, и зрителей будет полный зал. Впрочем, уже сейчас на пару в центре зала смотрит большая половина приглашенных на вечер. Беспокоит меня это? Пожалуй, у меня никогда не было иллюзий на свой счет. И по поводу нашего брака Руслан всегда выражался предельно четко – это лишь сделка, удобная нам обоим. Я получила комфортную гавань, мой сын ни в чем не нуждается. А Руслан… ему так нужно для пиара. Это лишь часть рекламной кампании, я не должна забывать об этом. И не могу претендовать на любовь и верность. Этого Руслан мне никогда не обещал. Как и не обсуждал со мной сроков нашей сделки. Иногда мне кажется, что мы женаты по-настоящему. Но потом мужчина делает или говорит что-то такое, отчего хочется биться головой о стену и называть себя наивной дурой. Руслан слишком циничен и рационален для любви. А я не должна позволять себе мечтать о невозможном. Елена в танце, будто, ненарочно, провела рукой по плечу моего мужа. Сердце пропустило удар. Руслан криво усмехнулся, что-то прошептал ей на ухо. Внутренности скрутило тугим узлом. Беспокоит ли меня все это? Да я с ума схожу от происходящего! Потому, что безумно боюсь потерять его! Это трудно объяснить. Еще труднее осознать и принять. Но, только, Руслан – он, как магнит. Им невозможно пресытиться, от него никак не оторваться. Сколько не убеждай себя, как не уговаривай! Временами я ощущаю себя его послушной игрушкой, просто куклой, инструментом в сексуальных играх. Но прекратить подчиняться ему или, хотя бы, не реагировать так ярко всякий раз, стоит ему прикоснуться, не могу. Он – как самый сильный наркотик. Как самый желанный приз. Им невозможно пресытится, его не оттолкнуть. Что бы мужчина не сделал, что бы не сказал, я не могу сопротивляться притяжению. И почти ненавижу себя за это! Наверное, миллион раз говорила себе, что все между нами не всерьез. Уговаривала не поддаваться его обаянию. Убеждала не выдумывать то, чего нет. Но, вместо желанного равнодушия, получила от себя лишь уколы ревности, которые сейчас разрывают мне сердце. Я хотела бы закричать о том, как сильно меня все это беспокоит. Но никто не дал мне права желать его только для себя. Поэтому продолжаю молчать, прикусив язык. Слава Богу, музыка уже стихает. Танец закончился, и мой муж направился в мою сторону. Мужчина, что стоял рядом, увидев это, отошел в сторону. – Устала? – спрашивает Руслан, подхватив кусочек сыра с тарелки. Физически нет. Но смотреть на ваш ритуальный танец с красавицей вечера больно. – Немного, – отвечаю, стараясь не смотреть в глаза. Делаю вид, что мне интересно наблюдать за приглашенными гостями. – Потерпи еще, совсем чуть-чуть осталось, – говорит Руслан, – скоро все это закончится. Что именно закончится? Наш странный договор? Ты уже присмотрел себе новую пассию? Нет, Настя, нельзя ему закатывать сцен. Молчи! Руслан прижался ко мне, обхватил рукой талию. – Ты все сделала, как надо, малыш, – прошептал, наклонившись к уху. По коже пронеслась стая мурашек. Захотелось сказать ему, чтобы никогда не выпускал из объятий. – Идем, – говорит мужчина, выпрямившись, – еще немного внимания нашим гостям, а потом… – Я тебя съем, – добавляет хрипло в ухо. По венам разливается жар, щеки начинают гореть. Я, все еще, никак не привыкну к его открытой сексуальности, к манере иметь меня, всякий раз поражая воображением. Кончики пальцев покалывает, мне трудно не реагировать, когда рука мужа, будто случайно, пробралась в вырез платья на спине, ласково огладив кожу. А для него это только часть игры. Мы подходим к одной группе гостей, потом к другой. Всем нужно уделить внимание. Вернее, на каждого стоит произвести впечатление. В какой-то момент спину печет чей-то взгляд. Обернувшись, встречаюсь взглядом с Еленой, которая стоит у окна. В этот раз она смотрит на меня, а не на Руслана. Попавшись за этим занятием, женщина мило мне улыбнулась, отсалютовав бокалом с шампанским. Кивнула ей в ответ, повернулась снова к гостям. Ее взгляд все еще прожигает во мне дыру. Но я стараюсь гнать от себя непрошенные мысли. Руслан был прав, гости стали уходить небольшими группами совсем скоро. Будто, по команде, гостиная становилась все просторнее. И, наконец, мы остались одни. – Нужно бы здесь убрать, – говорю, оглядывая комнату. – Я позову кого-то из прислуги. Срываюсь в сторону двери, но Руслан перехватывает меня за запястье. Дергает на себя, заставляя прижаться к его груди. – Никого нет, я их отпустил, – выдыхает мне в лицо. Его глаза горят огнем. Я хорошо знаю этот блеск, и что он значит тоже. Яд возбуждения уже передался от мужчины и пополз по коже, впрыснулся в кровь. – Почему? – дурацкий вопрос. Сама не знаю, зачем спросила. Мужчина подхватил меня на руки. Легко, как пушинку, он понес меня по лестнице и, опустил на ноги, только добравшись до спальни. – Тебе нравится ремонт? – спрашиваю. Зачем-то оттягиваю неизбежное. Мы оба знаем, что я не умею и не хочу сопротивляться. – Сгодится, – бросает Руслан, стягивая с моих плеч тесемки платья. Оно соскальзывает и падает к ногам. Бюстгалтер не предусмотрен фасоном. Руслан жадно зажимает сосок пальцами. Тело послушно выгибается навстречу мужчине, из горла вырывается стон. Мужчина опускается передо мной на колени, тянет вниз резинку трусиков, быстро освобождая меня от белья. Мне немного неловко стоять перед ним совсем голой, в то время, когда мужчина даже пиджак не снял. Глупая скромность, неуместная, учитывая то, что он мой муж. Но ничего не могу с собой поделать. Мне все время хочется прикрыться, потому, что я уверена в собственном несовершенстве. – Раздвинь ноги, – говорит Руслан, глядя на меня снизу-вверх. Что он придумал? Почему нельзя, как все, делать это под одеялом? – Настя! – командует Руслан. Одной интонации сиплого голоса достаточно, чтобы я послушно расставила ноги. – Шире! – звучит новый приказ. Отчего-то, совсем не вовремя, вспоминаю, как он танцевал с Еленой. Ревность льет по венам жидкий яд. Это она так распалила его? Такую женщину, как Елена, невозможно не хотеть. И мне лучше не знать всей правды, и не думать о том, сколько еще женщин вьется вокруг мужа, пока он пропадает в офисе. Не дождавшись от меня исполнения приказа, Руслан сам расставляет мои ноги так, как ему удобно. Проводит рукой по промежности, касается клитора языком. Напряжение ударяет между ног, пробивает электрическим разрядом все тело. Всхлипнув, цепляюсь пальцами за его волосы, чтобы не упасть. Тело дрожит, ноги инстинктивно сжимаются. Но Руслан, обхватив пальцами бедра. Не дает мне сдвинуться с места. Все мои сомнения отлетели на дальний план, мозг способен лишь считывать каждое прикосновение. Комнату наполнили мои стоны, я забыла про скромность и свои сомнения. Тело жаждет разрядки. Все ощущения свелись к ярким импульсам между ног. Руслан поднимается на ноги, впивается в губы поцелуем. Во рту разлился мой собственный вкус. Так странно. Необычно. Мужчина стягивает брюки вместе с бельем. Подхватив меня под ягодицы, и прижав спиной к стене, он начинает трахать меня, резко разгоняясь до сумасшедшего ритма. Мои стоны слились со шлепками ударов тел друг о друга. Оргазм взрывается яркой вспышкой и разливается по венам. Так невозможно сладко. Как чистое блаженство. Сознание медленно возвращает меня в реальность. По виску мужчины катится пот, смазываю каплю пальцем. А потом, поддавшись какому-то наитию, отправляю себе в рот. Руслан смотрит на это горящим взглядом. Прижимается губами к моим губам, проводит языком по нижней губе, прихватывает ее зубами. Медленно разжимает руки, помогая мне устоять на месте. Ноги шатаются, это непросто. Тогда он относит меня на кровать, сам падает рядом. Тяжело дышит, расставив руки по обе стороны от себя. – Это было чудесно, – говорю, продолжая смотреть в потолок и восстанавливая дыхание. – Угу, – мычит в ответ. Знаю, он не любит болтать. Обычно я не настаиваю, и мы сразу засыпаем. Но сегодня не совсем обычный день. У него редкий выходной, и мне не пришлось ждать его возвращения до позднего вечера. – Может, поставим елку? – спрашиваю. До нового года осталось три дня, и это было бы чудесно. – Зачем? – недоумевает Руслан. Он не понимает все эти нежные ритуалы. Таков уж есть. Для него существует только холодный расчет. – Это традиция, – говорю ему, – и Дед Мороз сможет положить под елку подарок. – Просто скажи, чего ты хочешь, и я куплю, – говорит мужчина. Его дыхание постепенно стало ровным. Он, как всегда, практичен до безумия. И логичен, не поспоришь. Только, новый год – это время чудес, все об этом знают. Все, кроме моего мужа. – Димка будет в восторге. Мы ее украсим и повесим гирлянды. А во дворе фонарики, – фантазирую вслух. – Фонарики…, – повторил он за мной таким тоном, словно, я болтаю какую-то чушь. – Ну да, – продолжаю настаивать на своем, – знаю, это по-детски. Но я так хочу. И у Димки должен быть настоящий праздник, с Делом Морозом и подарками. Мужчина провел рукой по лицу, растрепал взмокшие волосы. – Ладно, – выдыхает устало, – на елку с фонариками я согласен. Но в толстого деда рядиться не буду. Я чуть-было не закричала «ура!». Хорошо, что удалось сдержаться.