Глава 24.

– Саш, у нас точно всё хорошо? – спрашивает Макс, когда я захожу к нему на кухню.

– Я думаю, что да… – отвечаю и сажусь за стол напротив него.

– То есть, по-твоему, мне кажется, что ты избегаешь меня, да? – цедит он, нервно постукивая пальцами по столешнице. – Может я что-то не понимаю, Саш? Ты не хочешь переезжать ко мне, не хочешь вместе работать, не хочешь проводить со мной время. Твои родители уехали в Турцию, и ты даже не говоришь мне об этом. То есть просто не рассматриваешь их отъезд, как возможность побыть вместе?! Блять, что я делаю не так?!

Максим почти срывается на крик, и мне становится не по себе. Он вообще редко повышает голос в моём присутствии, но сейчас я вижу, как он выплёскивает на меня всё то, о чём давно думал, но не решался сказать. Сейчас, видимо, накипело…

– Я не говорила тебе, что они уехали именно в Турцию… – робко отвечаю я, понимая, что услышу в ответ.

Макс начинает смеяться.

– То есть ты только это мне можешь ответить… – он хватается за голову. – Да я узнал об их планах, раньше, чем ты! Валерий Петрович подписывал у меня заявление на отпуск две недели назад, когда я замещал отца. Он с радостью поделился со мной планами… А знаешь, почему? Потому что, в отличии от тебя, ему не всё равно на наши отношения.

Я меня ком застывает в горле. Я концентрирую внимание на трещине в стеклянной столешнице, изо всех сил пытаясь не разреветься. Понимаю, что мне просто нечего ему ответить…

– А когда я в последний раз был у вас дома, твоя мама тоже сказала мне, что они с отцом уезжают, и намекнула, как ты будешь рада сообщить мне об этом. Ведь это же такая прекрасная возможность для нас побыть вдвоём… Да я хотел отказаться от этой грёбанной поездки в Екатеринбург, чтобы побыть с тобой на два дня дольше. Но тебе ведь просто наплевать…

Я по-прежнему молчу и не мешаю Максу высказаться, ведь отчасти понимаю, что он прав.

На короткое мгновение мне даже приходит в голову мысль закончить наши отношения. Прямо сейчас. Просто сказать ему о том, что нам нужно расстаться. Причина не в нём, а во мне… Так же обычно говорят?

Но я не произношу это вслух, понимая, что никогда не отважусь на подобное… Зато Макс, кажется, не собирается останавливаться.

– Ты понимаешь, что я люблю тебя со школы? Что я много лет старался быть для тебя благородным лучшим другом, хотя у меня уже яйца по полу волочились рядом с тобой… Я любил тебя всё это время! Да, блять, я любил тебя, даже когда ты трахалась с другим у своей бабки на севере! И даже когда узнал, что ты, чёрт возьми, была от него беременна!

Господи, пожалуйста, пусть мне всё это послышалось.

Я поднимаю на него ошарашенный взгляд, не веря до конца, что он произнёс это вслух. Ещё одна фраза, и он окончательно закопает себя и наши отношения… И Макс знает это, поэтому замолкает.

– Ты не договорил, – дрожащим голосом говорю я, прожигая его взглядом. – Ну же, смелее. Что было дальше?

– Саш, я… – вижу, как он меняется в лице, но мне его не жаль.

– Давай вспомним вместе. Что было после того, как я, как ты там сказал, трахалась с другим и залетела от него? – я слышу себя со стороны и не узнаю свой голос.

Это не я. Я не могу так говорить. Ощущаю себя в шаге от истерики. Кровь кислотой растекается по моему телу, прожигая сосуды и вены…

Самое ужасное, что я хочу, чтобы он мне это сказал. Жажду услышать, как он обвиняет меня в том, что в последствии стало моим постыдным секретом…

Забавно, но теперь Макс молчит, как глухонемой, потому что ему нечего сказать. Точнее, ему определённо есть что сказать, но я знаю, что он никогда не осмелится произнести это вслух, и чувствую злость из-за этого.

– Уходи, – хриплым голосом говорю я, не сводя с него глаз.

Он не пытается остаться, поговорить со мной, успокоить. Нет, он молча встаёт и выходит из кухни, и через пару мгновений я слышу звук захлопнувшейся двери.

Я продолжаю неподвижно сидеть и смотреть в одну точку. Мне бы поплакать, отгоревать в очередной раз, но глаза абсолютно сухие. Я знаю, что в итоге мы помиримся. Это не первая наша ссора, но впервые мы были так близки к точке невозврата. Эта мысль будоражит меня, словно новогодний подарок под ёлкой в детстве. Я точно хорошая девушка?

Наконец, встаю и наливаю воду из фильтра в стакан. Хоть я и не плачу, но внутри у меня всё кипит, мне надо успокоиться. Выпиваю всю воду залпом, осознавая, что с удовольствием выпила бы сейчас что-нибудь покрепче.

Я вообще практически не пью, да и родители перестали хранить запасы алкоголя после того, как мы переехали из дома в квартиру. Борюсь с желанием переодеться и сходить в ближайший алкомаркет за бутылкой вина. Эта идея веселит меня тем, что вообще пришла в мою голову.

Немного остываю и сразу думаю о том, чтобы позвонить Максу и попросить вернуться. Но быстро отказываюсь от этой мысли. Пошёл он к чёрту. Сейчас идея с вином кажется мне куда более интересной…

Внезапно звонит Светик, и я почти сразу поднимаю трубку.

– Привет, моя дорогая. Ты ещё одна, или вы с Максом уже выбираете музыку для секса на сегодняшний вечер? – она хихикает в трубку, и я не могу сдержать улыбку.

– Не сегодня, Светик, не сегодня… – отвечаю ей по пути в свою комнату.

Я всё ещё полна намерений сходить за винишком.

– Оу, а что случилось? Он задержался в том городе? – немного обеспокоенно спрашивает Света, и меня это почему-то забавляет.

– Макс вернулся. Уже был у меня. Мы поругались, и он уехал, – говорю ей, как есть.

– Шустро вы… Только не говори мне, что ты сейчас страдаешь в одиночестве?

– Ну почти. Собираюсь пойти в магазин за вином, – ставлю телефон на громкую связь и достаю из шкафа голубые широкие джинсы и чёрную футболку оверсайз.

– Так, подруга, попридержи коней… Ты же знаешь, что пить в одиночестве, сомнительная затея?

– А что мне ещё остаётся? Ты уже наверняка на пути в особняк Романа, Маша на больничном…

– Я дома ещё… Саш… – догадываюсь, что она хочет мне сказать.

– А?

– Давай-ка ни в какой магазин ты не пойдёшь, я заеду к тебе через час, и мы вместе поедем на эту долбанную вечеринку. Тебе нужно развеяться, золотце. А винишка здесь будет предостаточно, я тебя уверяю… Главное, мы будем вместе. Остальные тоже будут тебе рады, я уверена.

Застываю с джинсами в руках и размышляю над предложением Светы…