Глава 32.
Мы миримся с Максом. Он остаётся жить у меня, и я не противлюсь этому. Всё равно считаю себя ужасно виноватой перед ним за то, что ничего не сказала про вечеринку, что напилась… Но мы хотя бы обсудили появление Егора. Мне действительно стало легче от того, что больше не нужно хранить эту тайну.
Я понимаю, почему Макс не хочет, чтобы я с ним общалась, и тоже полагаю, что так будет правильно. Но думать о Егоре я не перестаю. Прокручиваю в голове слова Светы о том, как он беспокоился за меня, трепетно относился, и не могу в это поверить… Как будто что-то не сходится, либо Света преувеличивает. Максим прав, у неё такое бывает, причём часто.
Но я всё равно считаю, что стоит поблагодарить Егора. Или же так я оправдываю своё желание написать ему… Возможно, это даже близко к правде. Чёрт, какая же я ужасная девушка.
На следующий день пишу ему сообщение с благодарностью, но сразу же стираю. Нет, мы не можем общаться, как будто ничего не было. Я так не смогу. Эти противоречия сжигают меня изнутри, словно сердце в очередной раз вступило в схватку с разумом. Но почему? Разве могут быть живы чувства к человеку, который тебя бросил?
А ещё меня удивляет выдержка моей подруги. Она не прислала мне ни одного сообщения с просьбой рассказать, что было дальше. Ведь очевидно, что что-то пошло не так, раз сейчас я не воспитываю пятилетнего малыша… Или малышку…
Нет, нет, нет. Я не должна об этом думать… Никогда.
На самом деле, я очень ей благодарна за отсутствие вопросов, потому что это точно не телефонный разговор и тем более не по смс.
Накануне Макс предупредил отца, что берёт выходной в понедельник, и мы с ним целый день проводим дома. Внутри меня разгорается надежда, что, наконец, наши отношения начинают налаживаться, но, увы, это лишь иллюзия.
Мои мысли занимает другой парень. Это ненормально. Из-за этого я испытываю огромное чувство вины, которое тяжёлым грузом придавливает меня к земле. Я стараюсь быть ещё более нежной и покладистой с Максом, чем обычно. Но дело в том, что я не знаю, как мне не думать о Егоре. Это похоже на наваждение, которое не даёт покоя, и я чувствую, как оно затягивает меня в свой плен.
Во вторник рано утром я просыпаюсь из-за кошмара. Мне никогда не снилось ничего подобного, даже после трагедии. Я иду по улице в каком-то неизвестном мне районе, но во сне я думаю, что иду в больницу. Подхожу к крыльцу, и навстречу мне из здания выходит маленькая рыжеволосая девочка лет пяти. Она смотрит прямо на меня, а я оглядываюсь по сторонам и ищу её родителей, но вокруг никого нет, только мы с ней.
Девчушка подходит ко мне и улыбается. Я присаживаюсь на корточки и рассматриваю её. Милая красивая малышка с добрыми серыми глазами…
– Солнышко, а где твои родители? Ты почему одна? – спрашиваю её, но девочка молчит и с любопытством разглядывает меня.
Потом она протягивает ко мне свои крохотные ручонки, будто хочет обнять. Я немного теряюсь, так как у меня никогда не было близкого общения с маленькими детьми, но, под действием невидимой силы, сама инстинктивно приближаюсь к ней. Малышка нежно касается моих волос и лица, словно мы с ней знакомы целую вечность, и в этот момент я погружаюсь в состояние полного ступора.
– Ты красивая, – наконец произносит она тонким голоском. – Я знала, что ты красивая…
Сердцебиение учащается, ведь чем больше я смотрю на девочку, тем отчётливее вижу знакомые черты лица.
– Мы ещё увидимся, мама… – произносит рыжеволосое чудо и в тот же миг исчезает, оставляя за собой лишь призрачный след, а я жадно хватаю ртом воздух, потому что, кажется, уровень кислорода в моих лёгких резко сократился до минимума.
Вскочив на ноги, я оглядываюсь по сторонам, но никого нет, и мир вокруг сжимается, будто пытается поглотить меня целиком. Я больше не в силах это вытерпеть…
Насильно выталкиваю себя из оков сна. Вытираю глаза, так как чувствую, что плакала. Тяжело дышу, боюсь разбудить Максима, который сопит на второй половине кровати. Нет, я сейчас точно не усну. Аккуратно встаю и выхожу в ванную. Закрываю дверь, включаю воду и сажусь на пол. Хватаюсь руками за голову и прижимаю её к коленям.
«Мы ещё увидимся, мама…» – эхом звучит в голове голос малышки, и дрожь пробирает моё тело.
Мама…
Беззвучные слёзы ручьём катятся по моим щекам. Я пытаюсь успокоиться, но не могу…
Мама…
Это всё жестокие шутки моего разума, ведь я знаю, что это никогда не произойдёт. Это невозможно…
***
Перед парами встречаемся со Светой на крыльце. Всю ночь лил дождь, на улице уныло и пасмурно, но зато погода хотя бы немного напоминает осеннюю. Подруга обнимает меня, и мы заходим внутрь университета. Она по-прежнему ничего не спрашивает, видимо, ожидая, что я сама всё расскажу, когда посчитаю нужным.
После ночного кошмара остался небольшой осадок, но я не хочу, чтобы это отравляло мне жизнь. Я давно смирилась со своим изъяном.
Гадаю, явится ли сегодня на учёбу Егор. С одной стороны, мне немного неловко из-за того, в каком состоянии он меня лицезрел, но с другой, я сама хочу увидеть его. Возможно, я даже решусь подойти к нему. Только вот зачем?
Поблагодарить? Предложить общаться хотя бы на каком-то минимально необходимом уровне, раз уж мы теперь в одной учебной лодке? В какой-то момент я даже признаю, что нам с ним нужно поговорить о том, что произошло в прошлом. Возможно, после этого мне станет легче. Но я по-прежнему не знаю, как найти в себе силы на этот разговор.
Егор не появляется. После учёбы идём со Светой в кафе недалеко от университета. Во времена специалитета мы часто сидели там в перерывах между парами и после занятий, когда не торопились домой.
- Сашуля, - Света кладёт свои руки на мои ладони, когда мы садимся за столик и делаем заказ. – Мне очень жаль… Я понимаю, что произошло что-то ужасное… Я всё время об этом думала, но не хотела тебя тревожить. Это не телефонный разговор…
- Спасибо, что не стала засыпать меня сообщениями о беременности, - я пытаюсь выдать хоть какое-то подобие улыбки.
На самом деле я твёрдо намерена рассказать ей всё. Света должна знать правду.
- Я просто ожидала чего угодно, но точно не того, что ты была беременна от Егора… Саш, ты же была ещё совсем малышкой… - она с горечью смотрит на меня. – Я так понимаю, он ничего не знает…
- Нет, он ничего не знает, - мотаю головой. – И я надеюсь, что никогда не узнает…
- Но это же его прямая ответственность. Он что настолько тупой, что не знал о существовании контрацепции? Боже, Саша, прости, пожалуйста! Просто меня переполняют эмоции…
- На самом деле, он не виноват… Никто не виноват, что так вышло. Ситуация как в самом несмешном анекдоте, - я тяжело вздыхаю.
Не думала, что когда-нибудь буду об этом ещё кому-то рассказывать. Знает только мама. Мне пришлой ей сказать, чтобы она не написала заявление в полицию на Егора. Господи, они же с отцом подумали, что он меня изнасиловал, без защиты… Ведь их правильная идеальная доченька никогда бы не стала спать с парнем без их ведома и одобрения.
- Презерватив порвался… - говорю я с уже безразличным лицом.
- О господи… - произносит моя подруга и хмурится.
- Я тогда испугалась, полезла в интернет. Узнала, что есть средства экстренной контрацепции. Егор понимал, что ни о какой беременности не может идти речи, поэтому не стал меня отговаривать от приёма этого препарата. Я должна была подстраховаться… - я замолкаю и опускаю глаза.
Не думала, что об этом будет так тяжело говорить даже спустя много лет.
- Ты не выпила таблетку? – осторожно спрашивает Света, не отрывая от меня обеспокоенный взгляд.
- Выпила… Но она мне не помогла…
Подруга меняется в лице, но не произносит ни слова. Кажется, она просто боится задавать дополнительные вопросы, хотя они буквально читаются в её глазах.
- Через несколько дней Егор бросил меня и исчез. Но я была уверена, что препарат помог. Да, у меня нарушился цикл, но я читала, что такое бывает после подобных таблеток…
- Малышка, ты была беременна… Я до сих пор не могу в это поверить… - шепчет Света и подводит ладонь ко рту. – Господи, что случилось с ребёнком?
Мы прерываемся, так как официант приносит наш заказ. Но аппетита нет ни у одной из нас.
- У него не было ни единого шанса появиться на свет, - отвечаю я и чувствую, как глаза наполняются слезами.
Особенно после сегодняшнего сна…