Глава 34.

Проходит ещё одна неделя. Мы с Максимом живём вместе у нас дома. По утрам перед работой он возит меня на учёбу в те дни, когда она есть, по вечерам мы готовим ужин или же заказываем доставку и остаёмся дома, иногда ездим куда-нибудь. Родители шлют фотки с отдыха, и периодически по вечерам мы созваниваемся по видеосвязи. На одном экране мама с папой, на другом мы с Максом. Ну просто настоящая семейная идиллия, только мне почему-то тоскливо на душе.

С момента начала учёбы прошло уже две недели, а я до сих пор не могу войти в свою привычную колею. Ни разу не ходила на пилатес, хотя раньше обожала его, забросила книги, оставив только учебную литературу, даже пропустила концерт группы, которая мне очень нравится.

Вся моя жизнь теперь сведена к учёбе, поиску работы, потому что я по-прежнему не хочу работать в фирме Макса и его отца, и к тому, что приготовить на ужин и какой сериал начать смотреть. Неужели это и есть взрослая жизнь?

С работой пока особо не клеится. Во мне ещё не угасло желание работать по профессии. Но дело в том, что я не хочу сильно пропускать учёбу. А судя по предыдущему опыту работы в издательстве, где мне приходилось, кроме работы экономиста, выполнять множество дополнительных функций за скромное вознаграждение, найти высокооплачиваемую работу, где будут лояльно относиться к тому, что я несколько раз в неделю буду отсутствовать полдня, не так-то просто.

Но мне нужны деньги, так как я приняла решение съехать от родителей, как только представится такая возможность. Но не к Максу. Я ещё ни разу в жизни не жила одна, не вела свой быт, не обустраивала своё жилище так, как я хочу. Планирую снять небольшую студию и попробовать пожить самостоятельно. Хотя бы какое-то время.

Никому ещё не говорила об этом, так как знаю, что и родители, и Макс воспримут эту новость негативно. Будет очень сложно, но внутренне я ощущаю, что обязана отстоять своё право жить независимо, пусть и недолго.

Егор не появляется всю неделю, и меня начинает понемногу отпускать. Со Светой мы больше не возвращаемся к теме моей неудачной любви. Это хорошо, потому что сказать мне больше нечего, а обсуждать это по второму кругу у меня нет ни малейшего желания и сил.

Я очень благодарна, что после моего признания Света не стала воспринимать меня как-то по-другому. Она не жалеет меня, не относится как к неполноценной, не спрашивает, каково это – осознавать, что я никогда не стану матерью, не бросает сочувствующий взгляд, когда мимо нас проходит беременная девушка или женщина с коляской. Мы остались самими собой, с нашими шуточками и взглядами на жизнь, и я готова расцеловать свою подругу за это.

Третью неделю учёбы занятия, как и всегда, начинаются во вторник. И на этот раз Егор появляется. Когда мы со Светой входим в аудиторию, он уже сидит за столом и со скучающим видом пялится в телефон. Я снова испытываю волнение, когда вижу его, но уже не такое сильное, как раньше. Добрый знак. Мне действительно становится лучше. Раны затягиваются в очередной раз…

Он обращает на нас внимание. Когда мы заходим, они со Светой еле заметно кивают друг другу, и я не могу винить подругу за это приветствие. Это может показаться странным, но я сама как будто смягчилась по отношению к нему. Когда рассказала всё Свете, то окончательно поняла, что он не виновен в том, что со мной произошло, и, тем более, в моём бесплодии. Никто не виноват. Это череда нелепых случайностей, которые привели к плачевному результату.

Всю пару думаю о том, чтобы подойти к нему и хотя бы поблагодарить за то, что помог Свете найти меня в доме Ромы, которого я, кстати, так и не видела с того вечера. И за то, что довёз до дома. Он ведь мог этого не делать…

Говорю о своём намерении Свете, и она меня поддерживает. Мы все взрослые люди и сможем общаться нормально, пусть даже в рамках учебного процесса. Да, Максим против любого моего общения с Егором, но я же староста группы, мы не сможем отмалчиваться все два года.

В перерыве между лекциями Света уходит по каким-то мелким делам, а я замечаю в конце коридора Егора, стоящего у одного из окон. Это стоит мне огромных усилий, но, набравшись смелости, я иду в его сторону. Успеваю сделать буквально пару шагов, как становлюсь свидетелем того, как к нему подбегает какая-то девушка и бросается ему на шею с объятиями. Издалека не понимаю, кто это, да и времени разглядеть у меня нет, потому что я резко сворачиваю к лестничному пролёту, пытаясь унять вновь разбушевавшееся сердце.

Когда Егор уже успел подцепить кого-то в университете, он же практически не появляется на учёбе? Не думала, что мне будет настолько неприятно смотреть, как его обнимает другая девушка. Внутри всё сжимается, щёки горят, а сердце стучит так, будто хочет вырваться из груди.

Представляю, как было бы неловко, если бы я подошла к нему, а эта девчонка выскочила бы прямо передо мной. Ну ничего, я же староста. Придумала бы какую-нибудь отговорку, что я по учебному вопросу. Чёрт, лучше бы он продолжил не появляться на парах…

Когда я возвращаюсь в коридор, чтобы пойти на вторую лекцию, то Егора уже там нет. Наверно, обжимается с новой подружкой в более укромном месте. Конечно, почему бы и нет?

Подхожу к аудитории и замечаю какое-то оживление. Все толпятся вокруг двери, но никто не решается заходить. Вижу там Свету и выдёргиваю её.

– Что происходит? Почему никто не заходит? – спрашиваю я и наблюдаю удивлённый взгляд подруги.

– Ты почему здесь? Вы что уже поговорили с Егором?

– Нет, мы не говорили. Потом расскажу.

– Аудитория закрыта изнутри, говорят, что утром сюда выгрузили целый грузовик цветов через запасной вход…

– Что за бред? У нас какой-то праздник? – удивляюсь я, но заботит меня конечно же не это.

Непроизвольно оглядываюсь по сторонам и не нахожу Егора среди остальных одногруппников.

– Позвоню в деканат, может нам аудиторию заменили… – предполагаю я и достаю телефон.

Но через секунду кабинет отрывается, и оттуда выходят несколько человек в фирменной одежде цветочного магазина. Они оставляют дверь открытой, и студенты направляются в класс. Я не вижу, что там, но слышу удивлённые возгласы и посвистывания. Захожу последней и замираю в дверях. Аудитория небольшая, но она практически вся утопает в цветах. Белые розы в больших корзинах и маленьких, в квадратных коробках и круглых. Но все вместе они создают какую-то необыкновенную атмосферу. Всё вокруг словно окутано волшебным цветочным облаком. Ребята ничего не понимают и не спешат занимать свободные места.

– Красиво, да? – слышу знакомый голос за спиной. Близко, практически у самого уха. Ровное дыхание касается моей кожи, вызывая мурашки, которые пробегают по всему телу. Аромат парфюма, приятный и манящий, окутывает меня, проникая в каждую клеточку моего тела.

Вздрагиваю и оборачиваюсь, хотя знаю, что это Егор. Понимаю, что перекрыла собой вход в аудиторию, и он не может войти.

– Да… Но я не люблю белые розы, – зачем-то отвечаю я и делаю два шага вперёд, освобождая проход.

– Я помню, – невозмутимо отвечает он и проходит мимо меня прямиком на задние ряды.

Немного растерянно иду вглубь кабинета, подавляя накатывающее на меня волнение. Сажусь рядом со Светой, отодвигая очередную коробку с розами. Мы сидим все, как в цветнике. Кто-то фотографируется, кто-то спрашивает, для кого вся эта красота и можно ли будет забрать цветы домой, кто-то интересуется, будет ли вообще пара. Через пару минут дверь открывается, и когда я вижу, кто заходит вместо преподавателя, то всё понимаю…