Глава 5.

Получив документ из рук профессора, Егор окидывает беглым взглядом аудиторию, ни на ком не заостряя внимание, и, как ни в чём не бывало, уходит на задние ряды.

Он не заметил меня… Или вообще не узнал. Прошло шесть лет, он изменился, повзрослел, но в нём всё ещё можно узнать того мальчишку с серыми глазами.

Торжественная часть продолжается, а у меня в голове не укладывается, как такое в принципе возможно, что мы с ним встретились спустя столько лет в одном университете, в Москве, которую он на дух не переносил. Да ещё и на направлении «Экономика и управление»… Где экономика и где Егор?

– Александра, прошу Вас подойти ко мне, – декан обращается ко мне, но сперва я даже не понимаю, чего он от меня хочет. Смотрю непонимающим взглядом, всё ещё пребывая в шоке от внезапной встречи…

Светка толкает меня в бок, и память резко возвращается. Как же я жалею, что накануне согласилась стать старостой нашей группы. Пётр Алексеевич позвонил мне вчера и предложил занять это место во избежание никому не нужных выборов. Тем более я уже была старостой в своей группе все пять лет обучения на специалитете. Декан так и сказал, что я уже опытная, к тому же очень ответственная. Но сейчас, когда он приглашает меня выйти к трибуне, ноги перестают слушаться.

Я никогда не думала, что мы когда-нибудь ещё встретимся с Егором. Нет, даже не так. Я очень на это надеялась. И вот сейчас, когда мы сидим в нескольких метрах друг от друга, меня просто разрывает на части от эмоций.

Захлёстывает обида на то, что в один день он просто исчез из моей жизни. Без каких-либо объяснений. Словно я вообще для него никто, раз не заслуживаю даже короткое сообщение. Ещё и номер сразу же сменил. Урод.

Злюсь на себя за то, что с трудом удаётся сдерживать переживания. Но мне больно. Словно его появление сковырнуло недавно зажившую рану.

А ещё я ощущаю страх… В памяти тут же всплывают самые ужасные моменты, которые мне пришлось пережить. Как теряю сознание в университете. Как прихожу в себя в больничной палате. Разговор врача с моей матерью, после которого она долго плачет. Осознание того, что я могла умереть… Я слышала, как мама говорит отцу о том, что я чудом выжила. Странное чувство – понимать, что тебя могло не стать. Никто в восемнадцать не задумывается о смерти, ведь жизнь только начинается…

Все родные и близкие винят именно Егора в случившемся. Хотя он даже ничего не знает. Но они так часто об этом говорили, что постепенно я тоже поверила. Головой понимаю, что Егор не виноват в той трагедии, но для себя я чётко поняла одну мысль, что, если бы у нас тогда не завязались романтические отношения, ничего бы не произошло.

Пытаюсь хоть как-то восстановить душевное равновесие, пока медленно встаю со стула. Вдох. Выдох. Вдох. Главное, не забывать дышать. Хочется позвонить Максиму и оказаться в его крепких объятьях. Он защитит. Он никогда не обидит. Он всегда будет рядом…

Выдыхаю. Кажется, никто не заметил, что со мной что-то не так. Света увлечённо что-то печатает в телефоне, не глядя в мою сторону. Это мне на руку, потому что я не хочу и не могу отвечать на неудобные вопросы. На ватных ногах дохожу до декана и встаю рядом с ним, изо всех сил стараясь не смотреть в сторону Егора. Он не заслуживает ни секунды моего внимания.

– Наши будущие магистры, давайте я вам сразу представлю вашу старосту – Александру Заволошину. Многие вопросы вы сможете решать через неё. Рекомендую сразу после собрания обменяться с ней номерами телефонов. Саша у нас девушка ответственная, до этого пять лет пробыла старостой своей группы в нашем же университете. Я со своей стороны полностью ей доверяю, что и вам советую, – говорит Пётр Алексеевич, пока я стою рядом и пытаюсь выдавить подобие улыбки.

Сердце колотится так, что рискует проломить грудную клетку, ведь я знаю, что Егор сейчас смотрит на меня. Собираю всю волю в кулак и приветствую одногруппников. Получается даже пошутить, что если кто-то против моей кандидатуры, то с радостью могу уступить должность старосты любому желающему. Таких, конечно же, не нашлось.

Я ещё раз прошу всех подойти ко мне после окончания собрания и оставить номер телефона, чтобы я могла добавить всех в групповой чат. Когда возвращаюсь обратно, всё же смотрю на Егора, а тот, как назло, тоже поднимает глаза, и наши взгляды на мгновение пересекаются. Меня словно бьёт электрическим током. Ужасное чувство, когда сталкиваешься лицом к лицу с болезненным прошлым. Тут же мысленно ругаю себя за то, что вообще решилась на него взглянуть. Думаю, что Егор тоже узнал меня. Но он не выглядит удивлённым, скорее… скучающим.

Пока декан завершает свою речь, размышляю о том, чтобы вообще бросить магистратуру или, как минимум, перевестись на другое направление или в другой университет. Лишь бы больше не пересекаться с Егором. Никогда.

Но дело в том, что тогда мне придётся объясняться с родителями, с Максимом и, соответственно, рассказать им про Наумова. А я не хочу бередить старые раны. Слишком дорого я и мои родные заплатили за отношения с ним.

Родители ненавидят его. Отец пообещал убить собственными руками, если Егор когда-нибудь приблизится ко мне. А ещё я боюсь, что папа на нервах может сорваться и снова начать играть… У мамы слабое сердце, её и так уже забирала скорая. Боюсь за неё и её реакцию тоже. А Максим… Я знаю, что он будет в ярости, и тот факт, что мы с Егором просто будем видеться в рамках учёбы, создаст огромные проблемы в наших отношениях.

Иногда мне кажется, что Макс ненавидит Егора даже сильнее, чем отец. Ведь когда-то я предпочла именно Наумова, нарочно игнорируя проявления любви самого Максима. Это чертовски больно ударило по его самолюбию. Я видела, как его это ранило, ведь я слишком хорошо его знаю, хотя он старался быть отстранённым.

Но мне повезло. Как только я осталась одна, Максим оказался рядом, будто ничего и не было. Он поддерживал, дарил заботу и любовь, в которой я так отчаянно нуждалась. Нет, мы не сразу стали встречаться. Это произошло примерно через год после того, как Егор исчез. А до этого Макс просто находился рядом, вытягивая меня из того кошмара, в котором я оказалась.

Раньше я считала, что нельзя полюбить друга, но моя мама всегда говорит, что самые гармоничные отношения и крепкая любовь складываются после дружбы. Выходит, она оказалась права, у нас всё сложилось, я смогла полюбить Максима. Хотя, иногда мне кажется, что я просто убедила себя в этом и сама поверила. Но, тем не менее, я очень дорожу нашими отношениями и боюсь его потерять. Он – моя тихая гавань, в которой я чувствую себя в полной безопасности.

Если продолжить обучение, то не представляю, как долго смогу находиться с Егором в одном пространстве и особенно держать в тайне от близких его появление в своей группе. Максим часто подвозит и забирает меня с учёбы, они могут пересечься в любой момент, и тогда беды не избежать.

Вся ситуация уже запутывается в уродливый клубок, а мы с Наумовым находимся в одном помещении всего лишь пятнадцать минут. Провалившись в свои мысли, не сразу замечаю, что Света толкает меня в бок.

– Ау, ты здесь? Сейчас очередь соберём из желающих оставить телефончик симпатичной старосте.

Прихожу в себя и вижу, как ко мне подходят одногруппники. Кто-то оставляет записки или визитки со своими контактными данными, кто-то диктует лично. Вбиваю номера по очереди, стараясь не думать о том, что Егор тоже может подойти.

– Наумов, а телефон?! – внезапно выкрикивает Света, отчего я вздрагиваю и замираю…