Тринадцатая глава

Сегодня я сорвала джек-пот по позору. Хуже уже не придумаешь, можно сразу стричься и уходить в монастырь. Пока Виктор прогревал машину, я сидела, прижимая салфетки к носу, и судорожно пыталась натянуть платье до колен. Оно упорно сопротивлялось. В мою сторону Виктор даже не смотрел, неторопливо постукивал кончиком указательного пальца по рулю. Воплощенная статуя презрения. – Куда вас отвезти? – спросил устало. – Простите. Я лучше такси вызову. – Я потянулась к ручке, но открыть не успела. Застыла от хлёсткого: – Стоять. – В полумраке салона глаза Виктора ярко сверкнули. Но тут же погасли от сдержанного: – Извините. Просто я уже обещал вашей подруге, что доставлю вас домой, а я привык держать слово. Так куда вас везти? Не знаю, что он себе надумал, может, решил, что я в ста километрах от МКАДа живу, но, когда адрес назвала, глаза распахнул. Удивился. – Это прадедушкина квартира, – зачем-то сказала, будто оправдываюсь. Пусть бы думал, что любовник купил… Хотя о чём я, моя внешность такая стандартная, что даже на телефон бы не насосала – желающих бы не нашлось. – Мы соседи, я живу рядом, – тихо сказал Виктор, выезжая на дорогу. – За солью будем друг к другу ходить? – нервно пошутила. Кровь давно перестала идти, но я продолжала прижимать салфетки, как защитную маску, от того голос звучал приглушённо. Ладно, вечно прятаться бессмысленно. Сложила руки на коленях, как раз салфетки эти самые колени хоть немного прикрыли. Поймала отражение в зеркале: мама дорогая! По щекам размазана кровь вперемешку с тональным кремом и чёрными полосами потёкшей туши. Волосы растрепались, попыталась их пригладить – бесполезно. – Не думаю, что у нас дома закончится соль, – протянул Виктор, стрельнув коротким взглядом. Конечно, заметил попытки придать себе приличный вид. Я мысленно застонала. Бинго, Вик! Можно писать пособие «Как вызвать отвращение у понравившегося мужчины. Сто советов от бывалых». Как исправить ситуацию, понятия не имела, но исправлять надо. – Обычно я не закатываю скандалы посреди бара, – сказала, начиная аккуратно расправлять салфетки, машинально складывая их пополам. – Хотелось бы в это верить, – ровно ответил Виктор, не отрывая взгляд от дороги. – Он правда должен мне денег. Они, – судорожно вздохнув, я отвернулась, – они мне очень нужны. – Не сомневаюсь. Это большая сумма. Глубоко вздохнув, я прикусила губу. Всё плохо, лучше уже не станет. – Вы давно знакомы с этим Кириллом? – внезапно спросил Виктор. Решил, что ехать и молчать слишком некомфортно? Включил бы музыку, к чему выдавливать из себя разговор? – Мы два года жили вместе, – ответила нехотя. – А потом он украл деньги и пропал? Что-то в тоне, каким были произнесены эти слова, заставило насторожиться. Как вообще Виктора занесло в бар? Друзей с ним не было, он приехал один. И сразу подошёл к столику Кирилла. – Вы знаете Кирилла? Рука вцепилась в руль, костяшки проступили под кожей. Мгновение, и всё прошло. Виктор смотрел прямо перед собой, словно раздумывал: говорить правду, или нет. А я смотрела на его профиль, на то, как ложатся мягкие тени от фонарей на лицо, какие длинные у него ресницы. Дыхание перехватило, только сейчас дошло, как близко он сидит, можно коснуться руки, лежащей на коробке передач, если чуть-чуть сдвинуть пальцы. Он глубоко вздохнул, и мысли испуганно разбежались. Мы остановились на светофоре, Виктор повернулся и посмотрел прямо в глаза. – Возможно, он – бывший любовник моей жены. Ого. Вот это откровенность! У меня даже рот приоткрылся. Выходит, жена от него всё-таки ушла. А что с разводом? – Простите, – сказал Виктор, трогаясь с места. – Это не ваши проблемы, просто… Я захотел на него посмотреть. Зря приехал. Хотя, – он вдруг хитро улыбнулся, – может, не зря. – Представляю, какое у вас сложилось мнение обо мне, – проворчала я смущённо. Атмосфера из напряжённой постепенно становилась тёплой, я перестала теребить салфетки, расслабилась. – Честно? – он скользнул насмешливым взглядом по ногам. – Сами как считаете? Я демонстративно шлёпнула себя ладонью по глазам и покачала головой. – Стыд да и только, – простонала обречённо. – И часто вы выходите в люди в таком виде? – Что, хотите составить компанию? Виктор хмыкнул, пожал плечами, крутанул руль, входя в поворот, и, остановившись у очередного светофора вдруг сказал: – А если хочу? Сердце рухнуло в желудок и забилось там быстро-быстро. Не послышалось, он меня сейчас на свидание пригласил? Язык прилип к нёбу, все остроумные ответы выветрились, а не остроумные дали бы понять, как сильно я хочу на это свидание сходить. – Не волнуйтесь, я пошутил, – мягко сказал он. Я с трудом сдержала стон разочарования. Пошутил. Ну конечно, а я что себе вообразила? Что на меня такой посмотрит? Мой потолок – Кирилл и ему подобные, неудачники с комплексом бога, которым и женщина нужна под стать: чтобы поддерживала, поддакивала и по возможности не отсвечивала, пока они свою карьеру строят. Я же такой была во всех отношениях, так что… – Приехали. Ну вот, даже эта сказка закончилась слишком быстро. Я завозилась, надевая плащ, салфетки рассыпались по полу. Согнувшись пополам, начала их собирать и вздрогнула, когда наши руки соприкоснулись на одной из салфеток. В тесноте и темноте салона наверняка было отчётливо слышно, как сильно колотится сердце. Горячая рука Виктора прожгла до кости. Замирая внутри, я медленно подняла глаза – он правда оказался слишком близко, почти коснулся кончиком носа моего носа. Мгновение, и мы оба выпрямились. – Спасибо. Я открыла дверь, испытывая непреодолимое желание бежать отсюда как можно скорее, пока фантазия окончательно не разыгралась. – Вас проводить? – спросил он, опираясь на опустевшее пассажирское сиденье. – Нет, спасибо, – рассмеялась я нервно. – Сама дойду. Спокойной ночи. И ещё раз извините за доставленное неудобство. – До свидания, – ответил он, и мне очень хотелось думать, что было в его взгляде что-то большее. Показалось, конечно, но мечтать не запретишь. – Увидимся на спектакле. Неловко кивнув, я поторопилась к подъезду. Машина почти сразу же тронулась, и вслед, как это бывает в романтичных фильмах, никто не смотрел. Может, стоило согласиться и позволить проводить, чтобы провести вместе несколько лишних минут, но к чему? Чтобы неловко попрощаться у дверей? «Зато он узнал бы, где ты живёшь», – проворчал внутренний голос. Я устало покачала головой в такт мыслям. Дома наконец получила возможность рассмотреть себя как следует и окончательно убедилась, что предложение Виктора было продиктовано страхом, что учительница его дочери просто свалится где-нибудь по дороге домой, и придётся искать ей замену. Сходила, проветрила мозги, называется… Только хуже стало. О новой встрече старалась ни думать, но думала только о ней. Смотрела на бегающих по классу на перемене детей, а видела зеленющие глаза, от которых не оторваться. Голос слышала – мягкий, почти интимный. И вспоминала, как он руки коснулся. Что там недавно говорила про лёгкость, когда влюбляешься? Кажется, я перешла в стадию, когда хочется постоянно видеть, и если не видишь, плохо и тяжело на сердце. Когда за Настей приходила няня, Софья Львовна, я вздыхала от разочарования. Точно знала, что не приедет, но всё равно почему-то ждала. К спектаклю извелась так, что даже перестала за этот самый спектакль переживать. Взволнованно смотрела на собирающихся родителей, подбадривала волнующихся детей и снова выглядывала из-за занавеса. Прозвучал звонок, стало тихо, я вышла на сцену, стала с краю у трибуны, открыла книгу и начала читать. Виктор так и не пришёл.