Глава 16

Алмаза.

Под рукой что-то мягко вибрировало, нос зачесался и я чихнула, распахивая глаза. Вот дерьмо. Моя рука располагалась на груди у незнакомого мужчины, покрытой тонкой серебристой шерстью, а сама я прижалась к нему под бок. Походу мужик экстазировал и мурчал как животное. Держись, инопланетный извращенец. Со всей дури, а у меня её немало, уперлась ногами в него и резко столкнула с кровати. Послышался грохот с пола и матюг.

Взяв подушку, осмотрев себя и поняв, что слава богу, на мне одежда целая, я продолжила воинственный набег и снарядом запульнула ему по голове. Он опять заругался и я потянулась за следующим боеприпасом.

Меня скрутили и прижали к кровати, навалившись немалым весом.

– Пусти кошара, все усы повыдергиваю, – вырывалась я, стараясь перевернуться на спину и расцарапать ему глаза.

– Кошечка, Алия, ты разве не помнишь меня? – замурлыкал он мне на ухо, спокойно удерживая руки и ноги и вжимаясь в мое тело.

– Я твою морду кошачью только в страшном сне видала. Отпусти по-хорошему. Чтоб тебя блохи покусали! – видать на него подействовали слова и он резко развернул меня, рассматривая с ног до головы.

– Ты кто такая? – повелительно он спросил, стоя передо мной в чём мать родила, то есть кошка родила, окатилась… а какая в общем разница. И я к этому телу прижималась, батюшки-светы.

Только ради научных познаний и чисто с анатомической точки зрения, с интересом поглядела на болтающийся болт перед моим лицом и прикрепленный к нему мешочек. А ничего так, тоже серебристого цвета, только ворсинки чуть меньше. Наверное и на ощупь мягче. И куда меня понесло? Вот так три дня без секса, на любого достойного телом мужчину бросаться начнёшь.

Под моим изучающим взглядом, кошак как-то сдулся и принялся одевать штаны. Бааа, какой красивый хвостик, хочу, хочу, хочу… Я вцепилась в него руками, наглаживая и ощупывая со всех сторон.

– Аккуратней, самка, – он выдернул его из рук, – я задал тебе вопрос: как тебя зовут?

Хороший вопрос, я и сама им в последнее время задаюсь, когда моё имя имеют по буквам и склоняют в разные стороны.

– Меня зовут Алмаза, – я спустила ноги с постели, вставая. Увидев окно, я подошла выяснить, куда меня занесло. Что-то мне не верится, что у нас в стране есть гуманоидное Посольство. – Офанареть, – я прислонилась лбом к прохладному стеклу, созерцая серую поверхность земли с колдобинами, кратерами и скалистыми горами вокруг. Между последними на значительной высоте виднелись длинные прозрачные переходы. – Куда ты меня притащил, кошара недоделанный?

– Меня зовут Варфоломей, Алия. Я не понимаю, почему ты так разговариваешь и не узнаешь элементарных вещей? – он уселся на кресло, закидывая ногу на ногу и наблюдая за мной как за неведомой зверушкой.

– Всегда хотела завести себе котика и назвать его Вафля, – вдумчиво я проговорила. Он резко подскочил и подошёл ко мне, поднимая подбородок и вглядываясь в глаза. Красивый зараза и высокий. Не было бы у меня моих мужичков, так и сцапала его своими коготками.

– Ты не она, но в тоже время ты и есть она, – философствовал он. Тебя бы к нам в институт к нашему профессору гумнаук, думаю вы бы нашли общий язык. – Только Алия меня так в детстве дразнила.

– Правда? – я распахнула еще шире свои глаза, замечая, что его жёлтые отдают какими-то золотыми и оранжевыми крапинками. Наши романтические гляделки прервал громкий мявк из-за соседней стены и грохот и тут же к нам ворвался еще один представитель кошачьего семейства только какого-то солнечного окраса. Он обиженно держал свой хвост в руках и потирал его. За ним величаво шла Виви. Ой, ей богу, ей только поводка и хлыста не хватает для дрессировки.

– Шипит? – участливо поинтересовался Варфа.., Вар.., а пусть так и будет пока Вафля.

– Наступила ногой, – расстроился он.

– Он трогать сиси Виви, – заявила зашедшая блондинка.

Даааа? Отсюда поподробней, пожалуйста.

В ответ мужчина бросил на неё любопытный взгляд и заявил: – Я изучал. У наших женских особей такого объёма нет, только когда они вынашивают детенышей и вскармливают, то сос… груди увеличиваются, а потом обратно принимают обычную форму.

Виви посмотрела на своё наследие четвёртого размера. И как она вперёд с ними не заваливается? Мой полуторный даже сравнить не с чем, только червячок зависти небольшой берёт.

– Нельзя брать чужой, – пафосно она ответила, – мой мужчина только трогать. Ты будь мой первый мужчина и заключить брак? – шагнула она к нему.

Тот отскочил от неё как от прокажённой.

Вафля расхохотался: – Дядя, ты уверен, что хочешь дальше следовать своим планам?

Виви, обнаружив, что вышеупомянутый самец не проявляет инициативу, надула губы и отвернулась от него. Да ей их и накачивать силиконом не надо. Вот так позаботилась об атлантах природа! Точно, о последних. Вспомнив, что нахожусь не в гостях, потребовала: – Надеюсь нас покормят здесь.

Вафля закрыл глаза, кивнул мне в ответ и через некоторое время к нам закатили столик с горячей едой. Нагло усевшись без приглашения, я приступила к трапезе: – Может представитесь? – обратилась я ко второму, оглядывающему меня с ног до головы.

– Ленок Барталамей второй, советник Императора расы лирианцев, правая рука Императора и дядя этого мужчины, – заявил он, усаживаясь напротив Виви и оценивая ее реакцию. Девушка равнодушно ела, по-русски наплевав на его именитость и звания.

– Будущий император Варфоломей Муксун первый, – представился уже мне известный кошак.

Судя по всему, их дедушка большой любитель рыбки, раз давал своим детям такие имена: ленок, муксун. Зато никогда не забудешь, как их зовут.

– Вивианит, Старшая женщина Комитета расы клонированных атлантов, уникальный образец в единственном экземпляре, – выдала она. Ночами зубрила что ли?

Взгляд у обоих мужчин потемнел и стал просто убийственным в её сторону.

– Ты тоже клон, наследница атлантов? – протянул Вафля, представляя, как душит меня. Я поёжилась. Вот такое мне снилось три дня подряд, из разряда 'молилась ли ты на ночь Дездемона', аж кусок в горле застрял.

– Нет, я оригинал, настоящая, от мамы и папы, – я проглотила неплохую кстати еду, очередной раз удивляясь и сомневаясь, что в округе есть домашнее хозяйство.

Мужчины заметно в отношении меня расслабились, а я добавила: – Алмаза Морозова, без всяких титулов, россиянка с планета Земля.

– Может ОНА её потомок? – запальчиво предложил Ленок, – Варфоломей, можно я возьму анализы и немножечко изучу их обеих.

Ах ты ж скотина. Виви в одну секунду оказалась за спиной у него и приставила десертный ножик к его горлу.

– Невозможно меня убить этим, киса, – его хвост метнулся, обхватил её ноги, резко потянул и она полетела на него. Он перехватил и усадил её у себя на коленях, уставившись опять на её формы. – Да очень ценный экземпляр, даже жалко от тебя избавляться.

– Виви тоже не убить. Виви появляться на свет пятнадцать раз, – она протянула ладонь ему под нос, нажала на запястье и показала тоненькие высветившиеся полосочки.

Как можно, Виви, тебя только в стан к врагу засылать. Всё расскажешь, что нужно и не нужно.

– Думаю, я пока сохраню ей жизнь, – Ленок пытался прожечь дырку на её одежде, – киса, пойдем ты мне поведаешь, как ты там под землёй существуешь и как тебя угораздило отбрасывать свои лапки столько раз, – придерживая хвостом за талию, он потащил её на выход. – Вар, я пока займусь дознавательным процессом.

Угу, следователь хвостатый. – А ты меня ДОПРАШИВАТЬ будешь? – обратилась я к своему кошаре, облизывая пересохшие губы. Не знаю, что он себе надумал, но грациозно поднялся, напоминая мне наших стриптизёров возле шеста, обтираясь об спинку стула.

– Ты что линяешь? – испортила я такой момент, увидев зацепившийся кусочек шерсти, – а ты вылизываешь себя? – я потом конечно смутилась, когда поняла, что спросила.

– Ну Алия, ну ты даешь, – засмеялся мужчина, – ещё не одна кошечка не говорила мне так прямо, открыто выражая мысли.

– Я и не кошка, – пожала плечами. Вообще мне надоел весь этот светский фарс. Я хочу вернуться к своим мужчинам, забрать их и отправиться домой. Так, а как мы будем дома в общежитии жить? А остальные люди? Я не смогу их там оставить под землёй. И дальше что… Мы же не нарисуемся перед миграционной службой, заявив, что якобы беженцы, дайте нам вид на жительство. А работать как они будут? Конечно можно открыть модельное агентство, но для этого нужен начальный капитал. Нет, всё это бред сивой кобылы.

– Слушай, будущий император, – я начала наступление на него, – у тебя будет место на твоей планете для трёхсот двух переселенцев? Кстати, где ты проживаешь, не здесь ведь?

От моей наглости у кошака открылась пасть, то есть рот, обнажая острые клыки. Пока он подвисал от вопроса, я подскочила к нему, запихивая палец в рот и проводя по его языку. – Шершавый, – глубокомысленно заявила, понимая, что веду себя как маленькая девочка. Не успев убрать свою наглую конечность, как он обхватил губами и прошелся по нему снизу верх, облизывая и легонько посасывая. Теперь уже меня подзаклинило. Неожиданно я представила, как он использует свою исключительную особенность в моём мокром местечке и тут же дала себе мысленно оплеуху, отстраняясь от покалывающих приятных ощущений.

– Это что означает? – он не опустил руку и держал за средний палец, мягко поглаживая подушечками по полоскам связи.

– Ты не ответил на мой вопрос, – не собираюсь я сразу, как Виви раскрывать все секреты.

– Алия, ты хочешь чтобы я приютил у себя на планете принца Фаэтона и его клонированных особей, которые объявлены вне закона Галактики?

– Кого? Какого принца? О чём ты? – удивилась я, – и чем тебе помешали живые люди? Они не просили, чтобы их создавали таким образом. Но они существуют, – упрямо я рассуждала, – а любое живое существо грех убивать. Надо дать им шанс и они тебе докажут, что могут приносить пользу обществу.

– Почему ты о них так сильно печёшься? – сощурил он глаза, – даже если ты землянка, а Галлион оставшийся в живых принц несуществующей планеты Фаэтон, но являющийся до сих пор сирианцем, он никогда не свяжет себя с тобой узами брака, а ты не станешь повелительницей горстки живых атлантов. Скорее всего, как только он окажется в своей родной звёздной системе, поверь, ему предложат и выберут наилучшую перспективу.

Вот козёл, думаешь меня обидел? С принцем я сама разберусь, почему он умолчал о своём положении. К сожалению, мне открылась не вся память умершей наследницы атлантов и естественно кое-что я до сих пор не знала. Теперь я понимаю, почему Галлий не рассказал мне про себя, кто он. Я так полагаю, у него серьёзная психологическая травма: переживает за гибель своего народа и думает, что я буду его в чём-то обвинять. Насчет брака, так он у меня нерушимый, а кто не верит – с радостью продемонстрирую доказательство перед их носом.

– Так и скажи, что зажлобил местечко! – взорвалась я. – Должно быть планетка у тебя захудалая, а я навязываюсь, прости. Можешь сейчас отправить весточку сирианцам, и я, и Вивианит вас больше не будем напрягать своим присутствием и оскорблять его величество низким происхождением.

Ух, а глаза как гневно загорелись. Неприятно слышать, да? Нашел на кого давить, на слабую хрупкую самочку.

– Знаешь, мне кажется я знаю для чего Галлион держит тебя при себе. Ведь это его невеста оставила одного в этом закрытом мире. И думаю, что если бы он не спасал её народ, то успел произвести эвакуацию своего, – он кивал самому себе, пытаясь выбить меня из равновесия. – Я тебя ПОКА оставлю себе, – постановил он, прохаживаясь вокруг меня, – хорошая игрушка получится. Вряд ли, он будет скучать по тебе. А если он потом всё-таки вспомнит о тебе, я надеюсь ты не сломаешься к этому времени.

Сволочь.

– Ты пожалеешь. Если сделаешь мне что-нибудь плохое, мой муж убьет тебя, – предупредила я его.

– Проверим? – откинув от себя ближайший стул, который преграждал ему путь, он в два счёта скрутил меня. Очень легко перетащил меня к кровати и разорвал на мне единственную одежду, наваливаясь всем телом на меня.

– Нет, не надо, – замотала я головой, уворачиваясь от его поцелуя. Но он грубо захватил рот в плен, жёстко сминая губы. Я успела сцапать его за губу. Он зашипел и отстранился от меня. Гипнотизируя меня взглядом, он вводил меня в обездвиженное состояние. Последнее, что я запомнила, как САМА тянусь к нему за повторением поцелуя, прогибаю спину, оттопыривая к нему попу, приговаривая при этом сладким эротическим голосом: – Господин, возьми меня.

Мразь, убью, когда очнусь.