ГЛАВА 18.
Было такое ощущение, что она вообще не уходила. За две недели, здесь практически не изменилось ничего – зашуганая Леночка всё так же зыркала в неё на что-то намекающими глазами, дела все горели статусом: «срочно», а начальник... Безразличный ко всему и холодный начальник стал, наконец-то привычным самим собой.
Таня посвятила текущим делам какое-то время. В её отсутствие, накопилось достаточно много хвостов. А потом, улучив для погружения в себя небольшой «перекур», женщина задумалась.
Честно говоря, Полонский её пугал.
Ладно, эти его разовые редкие вспышки гнева, когда, после примороженной рыбы, причём, в вечной мерзлоте, перед ней представал... бушующий ураган, который как раз был более чем человеком... Человеком, который за пропущенное время накопленные эмоции добирал.
Это ладно. С этим она свыклась. Не было в этом ничего пугающего вообще!
Но вот тот эпизод её возвращения в первый раз... да и второй его демарш... С человеком, которого она знала, всё это совершенно не вязалось!
Если бы не последующее его полное успокоение, Танечка бы и в первый, и во второй раз подумала бы, что Сергей Викторович буйно-нелепо сошёл с ума.
Можно было бы даже похихикать над запомнившимся её «переодеванием»... Господи, а как он тапочки ей переобувал?!
Что это, вообще, было? Такое ощущение, что взрослый мужчина куда-то в это время девался, а его место заступал растерянный, мечущийся подросток-олигофрен...
Порассуждав на тему его таких вот неожиданных странностей, на тему того, в кого неожиданно превращался условно-нормальный человек, женщина пришла к выводу, что оба её «возвращения» мужчину до невозможности переволновали.
А, поскольку в разволнованно-сентиментальном виде Полонский, наверное, не был никогда, вот и превращался в непредсказуемого неадеквата.
И то, что это был не пугающе-агрессивный неадекват, а какой-то растерявшийся до невозможности и потерянный ребёнок... Это.... Это, в общем-то, делало Полонскому честь.
Значит внутри этой ледяной махины спрятан ребёнок. Ребёнок, который бросается из стороны в сторону в попытке как-то ситуацию утрясти.
Если бы босс был человеком злым, плохим, до невозможности мерзким, то, наверное, в минуты прилива адреналина, он бы точно себя как-то иначе вёл!..
Танечка подспудно Сергея Викторовича пожалела. Хотя, осознанно, умом вовсе не собиралась его жалеть. Наверное, чтобы вырасти в такого вот жуткого и равнодушного ко всему типа... Чтобы таким вот холодным айсбергом стать... Всему этому были какие-то весомые предпосылки!
Ну, например, как серийного маньяка в детстве жестоко избивал отец... или, там, алкоголичка-мать о ребёнка сигареты тушила...
Наверняка, что-то подобное было и тут! Не мог обычный человек ни с чего, превратиться в бездушную машину! Не мог просто так – ап! И из живого юноши взрослым моральным уродом стать!
Что там у него произошло, понятное дело, она никогда не узнает! Но босс больше не виделся женщине таким уж невероятным козлом!
Всё это больше походило на продуманную маску! Если человек холоден по-настоящему, если он осознанно и искренне считает, что лучше всех, то в минуты паники... Да! Именно паники, растерянности, смятения, если угодно... В такие минуты человек уверенно продолжает себя как полная скотина вести!
А босс в эти кратко-редкие периоды своей жизни натурально терялся... какую-то несусветную чушь постоянно нёс, в его поведении не прослеживалась хоть сколь-нибудь осязаемая логика!
Такое впечатление, что человек единственное, за что мог сознанием уцепиться – это конечная цель. А вот как до неё дойти, как добраться до этой цели... В виду внутреннего волнения, он просто понятия не имел! Вот и вылезало на поверхность что-то абсурдное, что-то по-детски дурацкое... Что-то, что неожиданно пробудило в Танечке материнский инстинкт...
Она специально провела маленький эксперимент. О, ничего особенного и хоть сколь-нибудь заметного для окружающих!
Просто, подавая боссу пачку документов, женщина вдруг замолчала, внимательно вглядываясь в его лицо.
Обычно, когда повисала такая вот маленькая пауза, босс на неё не отвлекался. Вернее, никакой лишней для производственного процесса паузы, господин Полонский даже не замечал!
А сегодня... Сегодня, когда можно было уверенно заявить, что внешне его «море» снова вошло в свои берега, босс вдруг ощутимо занервничал. Занервничал от пристального взгляда!
Сначала он, как бы проверяя обстановку, на секунду и сам вскинул на неё глаза, потом потупился, нахмурил брови (именно что нахмурил!!! Нахмурил, Карл!), немного помял подвернувшиеся под руку бумажки, а потом с каким-то подростковым вызовом вскинулся на неё:
- Что?
- Ничего, - помощница пожала плечами, - Просто вот смотрю, жду, не захотите ли ещё что-нибудь сказать...
Мужчина заёрзал. Очевидно, что ему стало неловко. Попытался свою непроницаемую маску вернуть на место, но из-за незнакомых красных пятен на щеках, как-то не пошло.
- Идите, Татьяна Владимировна, работать!..
Наверное, если бы была возможность, он бы в это мгновение забрался бы под стол. Чтобы спрятаться, чтобы на него не смотрели, чтобы ничем не показать, что ему под прямым взглядом неуютно... чтобы не выдать, что он – живой чувствующий человек, в конце концов!..
Татьяна почувствовала прям какое-то превосходство. Именно так чувствует себя взрослый и уверенный в себе человек, когда перед ним стоит, стесняется и мнётся нерешительный смущённый ребонок.
Она не ошиблась! Сергей Викторович странный, да! Он – о-о-очень странный! Это совершенно точно – не циничный эгоистичный козёл!..
Вот, много ли, вообще, обычной женщине надо? Лишь один маленький разочек, лишь на секундочку к кому-то жалость и сочувствие ощутить, и всё! Все обиды, все многолетние оскорбления, всё самое плохое тут же забывается! А на их место приходят сопереживание и уверенность, что человек, грубо говоря, «не козёл»!..
***
Конец её первого дня на старом-новом месте ознаменовался ещё одним, выбивающимся из привычной рутины, моментом.
К ним в офис примчалась Вероника Сергеевна, дочь босса. Татьяне Владимировне уже доводилось эту шебутную красотку встречать.
Молодая женщина была очень хороша внешне. Понятное дело! Раз у неё такой внешне привлекательный отец, наверняка и матушка в этом смысле не подкачала.
В общем, в смысле внешнего совершенства, Вероника Сергеевна была очень... вот прям очень-очень и по-настоящему хороша!
Но Татьяне девушка запомнилась вообще не этим! Обычно такие вот изысканные красотки как себя с окружающими ведут?
Да вот хотя бы папочку её взять? Папочка ставил себя выше всех! По крайней мере, выше подчинённых ему сотрудников!
А дочка в этом смысле пошла явно не в красавца-отца! Море обаяния, щедро раздаваемые, причём, искренние улыбки! Такое ощущение, что леди никогда не доводилось на себя в зеркало смотреть!
С Леночкой она обращалась как со своей лучшей подругой!
С Татьяной, правда, её не так прям плотно свела судьба, но помощница точно не чувствовала себя ниже. Не чувствовала себя последним в этом офисе человеком!
А «здравствуйте-спасибо-пожалуйста-извините», Вероника Сергеевна, похоже произносила за них с папочкой на двоих!
Молодая леди ворвалась в приёмную и почему-то не заторопилась к папе! Леночка предупредила Татьяну, что Вероника пришла пообщаться именно с ней!
- Так вот, из-за кого папа пропустил свой отпуск, - пропела она после положенных «реверансов», - Татьяна Владимировна, признавайтесь! Как Вам это удалось?
Обаятельная хитрюга, жизнерадостная шантажистка... да и что-то было в Веронике от любительнице интриг... В общем, бывшая мадам и снова мадмуазель (как из разговора стало ясно) хотела выяснить, каким образом на папочку можно бы повлиять!..
Наверное, это могло бы быть странным, если бы на месте этой девушки был нормальный... ну, в смысле, вменяемо-сдержанный человек. Но Ника была именно что обаятельно-раскованной, с сумасшедшим шармом... с теплой, обволакивающей аурой, которая распространялась сразу на всех!
В общем, Татьяне Владимировне поведали (не по такому уж, кстати, и секрету), что доченька босса подала в последний раз на развод, потому что влюблена... влюблена в своего первого мужа... И вот теперь мается, бедняжка, и не знает, в какой форме эту «замечательную новость» папочке преподнести!
- Понимаете?! Получается, что в первый раз я прям вот правильно выбрала! Прям вот сердце мне подсказало!!! – захлёбывалась счастьем Ника, - Получается, что я не так, чтобы и «натворила дел»!!!
Если отодвинуть то, что помощница отца – не лучшая для подобных интимных разговоров кандидатура, то из всей сумбурной беседы можно было сделать чёткий вывод: Вероника Сергеевна в своей семье – чёрная овца.
Понятное дело, при таком сдержанном и всегда во всём обстоятельном папе, взбалмошная ветреная девчонка не очень походила на полноправного члена его семьи!
Тане слабо представлялось, что Полонский засыпал дочь упрёками, что она «не такая». Наверное, за них двоих тут очень постаралась мать!
Но у Вероники был явный и неприятный комплекс – девушку убедили, что она в жизни вообще не способна сделать хоть что-нибудь правильно, хоть в чём-то быть надёжной!
И теперь, когда вот так всё в её жизни снова случилось с разводом, девушка пыталась отыскать в своём поведении важное и рациональное зерно!
- Вы же видите? Вы же понимаете, что у меня первый брак был очень правильным? Был настоящим!!! Это же понятно? – волновалась молодая женщина, как будто бы от ответа Танечки зависела её жизнь, - Мать всё зудела, кого я выбрала, кого я выбрала! А я по-настоящему любила! И Славка, между прочим, меня по-настоящему любил!!!
Судя по всему, там всё сложно складывалось в личной жизни Вероники. Первого мужа девушка выбрала сама. Но мать зять не устроил. Как уж там получилось, и как молодые смогли поддаться, только тёща молодую пару очень быстро развела...
А дальше – череда устраивающих «королеву-мать» браков. Только девушка не была счастлива ни в одном из них...
И вот, «молодые» снова сошлись. Сошлись тайно. Для родителей, их дочь пока что только развелась! Девушке в семье был необходим союзник! Мать, понятное дело, в одиночку точно не уломать!
Надо бы уговорить отца оказать дочери настоящую моральную поддержку! Он должен! Он просто обязан! Ему же и самому, вроде бы, нравился Славик!!!
Вот Вероника Сергеевна и прилетела за советом к человеку, который умеет «отцом вертеть»!..