Часть 44

Выходные промчались очень быстро. Я так и не пошла на свидание с Колином, потому что тревога назойливой мухой застряла в голове. Всё это время меня не покидало гнетущее чувство страха из-за неожиданного появления Грэя в нашем городе. Его присутствие здесь наполняло душу тяжёлым предчувствием беды…

Этот альфа… От таких, как он, лучше держаться на безопасном расстоянии. Инстинкт самосохранения вопил об опасности, а память услужливо подбрасывала воспоминания о его истинной сущности. Я слишком хорошо знала, на что он способен, помнила его ледяную жестокость. Даже после того, как понял, что я девственница, он продолжил истязать моё тело.

Однако после долгих размышлений я всё же решила не отказываться от работы. Рисование было моим спасением, моей отдушиной, и я не могла просто так от этого отказаться. К тому же, если Грей не станет намеренно искать со мной встреч, у меня будет шанс сохранить безопасную дистанцию.

Его обещания оставить меня в покое не стоили и ни гроша. Опыт подсказывал, что верить его словам, значит подвергать себя риску. Так что я тоже постараюсь по возможность избегать его и закончить работу в кратчайшие сроки.

В понедельник после занятий я направлялась на работу с заметно угасшим энтузиазмом. Тревожные предчувствия тяжёлым грузом давили на плечи, заставляя сердце биться чаще при мысли о возможной встрече с альфой. И словно в подтверждение моих опасений, интуиция не подвела…

Когда я вошла в холл на первом этаже, то замерла, увидев их. Грэй Вэйлис стоял рядом с госпожой Лори, и они явно были погружены в деловой разговор. Женщина держала в руках планшет, увлечённо что-то демонстрируя, а альфа внимательно слушал, его лицо выражало сосредоточенность. Но стоило мне переступить порог, как его необычные разноцветные глаза тут же нашли меня в помещении.

Его спокойствие казалось обманчивым, почти неестественным. Что-то неуловимое в его поведении подсказывало — моё появление не осталось незамеченным и определённо повлияло на его состояние. Я не могла объяснить это рационально, но чувствовала каждой клеточкой своего существа: его напряжённая поза, пристальный взгляд, особая энергетика — всё говорило о том, что он реагирует на моё присутствие.

В воздухе повисла едва уловимая напряжённость, словно электрический разряд, готовый в любой момент разрядиться.

— Добрый день, Рейна! — госпожа Лори расцвела в своей фирменной приветливой улыбке, её голос звучал так тепло и искренне, что на мгновение я почти забыла о своём беспокойстве.

— Здравствуйте, — ответила я, выдавив из себя подобие улыбки, которая, как я чувствовала, получилась натянутой и неестественной.

— Ты подумала? — её вопрос повис в воздухе.

— Да, я доделаю работу, — произнесла я, старательно отводя взгляд от альфы, боясь встретиться с ним глазами.

Его присутствие действовало на меня как электрический разряд, заставляя каждую клеточку тела напрячься в ожидании чего-то неизбежного.

— Это хорошее решение, — кивнула госпожа Лори, её улыбка стала ещё шире, будто она была искренне рада моему ответу.

— Ага… Ну, я пойду работать, — пробормотала я, чувствуя, как пульс учащается с каждой секундой.

Не дожидаясь ответа госпожи Лори, я развернулась и почти бегом устремилась в спасительный коридор. Мои шаги эхом отражались от стен, пока я стремительно поднималась по лестнице, ведущей на третий этаж.

Оказавшись, наконец, на месте, я позволила себе перевести дух. Мои руки слегка дрожали, но я заставила себя сосредоточиться на работе. Краски, кисти, недорисованная стена — всё это было моим спасением, моей отдушиной. Я должна взять себя в руки. Должна перестать бояться. Должна научиться игнорировать присутствие этого человека, каким бы пугающим оно ни было.

Творчество действительно стало моим спасением — оно помогало отгородиться от тревожных мыслей и переживаний. Я включила любимую музыку в наушниках и полностью погрузилась в процесс рисования, позволяя кисти скользить по стене, создавая новые образы.

Внезапно я почувствовала странное покалывание между лопаток, будто кто-то сверлил меня взглядом. Обернувшись, я увидела его — Грэя. Он стоял в пяти метрах от меня, небрежно прислонившись к стене. Его поза казалась расслабленной, скрещённые на груди руки. Но я знала — это обманчивое спокойствие.

Сглотнув подступивший к горлу ком страха, я заставила себя оставаться на месте. Медленно сняла наушник, не отводя взгляда от его лица. В груди что-то болезненно сжалось.

— Время уже почти восемь вечера, а ты всё ещё работаешь, — его голос прозвучал неожиданно спокойно, почти равнодушно.

Я машинально посмотрела в окно — там действительно было темно. Время за работой пролетело незаметно, словно несколько часов превратились в считанные минуты.

— Я просто хочу закончить работу поскорее, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Чтобы больше никогда не видеть тебя, Грэй…

Эти слова крутились на языке, но я не осмелилась произнести их вслух.

Но ему и не требовалось слышать невысказанные слова — казалось, он каким-то необъяснимым образом прочел их в моих глазах, уловил в напряженном воздухе между нами. Его проницательность пугала не меньше, чем его присутствие.

— Я могу подвезти тебя до дома. На улице уже темно и поздно, — произнёс он с такой непринужденностью, словно мы были давними друзьями.

Неожиданно для самой себя я издала короткий, горький смешок. Качнула головой в отрицательном жесте, чувствуя, как внутри закипает смесь эмоций.

— Нет, Грэй. Я прекрасно помню, как всё начиналось в прошлый раз, — мой голос звучал твёрже, чем я ожидала.

Он сделал шаг в мою сторону, и я инстинктивно отпрянула, ощущая, как адреналин хлынул в кровь.

— Рейна, — его голос стал мягче, почти умоляющим.

— Не подходи! — прошептала я, и внезапно злость, долго копившаяся внутри, вырвалась наружу обжигающим потоком. — Я больше не та наивная девушка, которой можно легко воспользоваться! Ты вообще знал, что я омега?

— Нет, — ответил он, но его невозмутимость говорила об обратном — эта новость не стала для него неожиданностью.

Может быть, мистер Кинг рассказал ему? Вполне вероятно. Они ведь друзья.

— Так вот, позволь просветить тебя, — продолжала я, чувствуя, как уверенность наполняет меня. — Все те странные реакции моего тела на тебя были всего лишь навязаны генами. Когда я просила тебя не трогать меня, это было моё искреннее, осознанное желание, а не навязанное инстинктами. Сейчас я прохожу курс лечения, и многое стало для меня ясным. И знаешь что? Я точно понимаю одно — никаких чувств к тебе я никогда не испытывала. Ни настоящих, ни навязанных.

Каждое слово давалось мне с трудом, но я говорила твёрдо, глядя ему прямо в глаза, не отводя взгляда. Впервые за долгое время я чувствовала себя по-настоящему сильной.