Часть 47

Поезд прибыл точно по расписанию. Я вышла на перрон, и моё сердце забилось чаще, когда увидела отца, стоявшего у выхода с вокзала. Он не изменился — всё тот же высокий, статный мужчина с добрыми глазами и лёгкой сединой на висках. Когда наши взгляды встретились, его лицо озарилось искренней радостью.

Отец стремительно подошёл ко мне, крепко обнял и, как в детстве, поцеловал в лоб. От него пахло знакомым одеколоном, который я помнила с самого детства. Мы двинулись к машине, и всю дорогу он говорил без умолку. Его глаза горели энтузиазмом, когда он рассказывал о своих планах: о покупке дома в этом городе, о том, как хочет обустроить участок, построить сауну и разбить сад с фруктовыми деревьями. Его воодушевление было заразительным, и я искренне радовалась за него.

Двухкомнатная квартира встретила меня теплом и уютом. На кухне меня уже ждали Эмилия и её дочь Алисия. За прошедшие полгода девочка заметно повзрослела — вытянулась, похорошела. Она по-взрослому пожала мне руку и смущённо улыбнулась.

Отец усадил меня за стол, а сам сел напротив вместе с Эмилией. Они обменялись какими-то особенными, только им понятными взглядами, и я заметила, как отец слегка покраснел.

— Знаешь, — начал он, немного запинаясь, — я уже говорил тебе в дороге о покупке дома… Так вот, дело в том, что мы с Эмилией… решили пожениться.

Его голос дрогнул, а Эмилия нежно накрыла его руку своей ладонью.

— Правда? — только и смогла вымолвить я, и моя улыбка стала такой широкой, что, казалось, вот-вот треснет лицо.

Слёзы радости навернулись на глаза, и я не стала их сдерживать. Как же я была счастлива за отца! Наконец-то он обрёл то самое настоящее счастье, которого так долго заслуживал. Больше не нужно было беспокоиться о его одиночестве — рядом с ним была женщина, которая его полюбила.

— Я так рада за вас! — воскликнула я, и мои слова утонули в тёплых объятиях.

— Девочка моя, ну что ты плачешь… — отец нежно взял меня за руку, его голос дрожал от волнения.

— Это слёзы счастья, папа, — прошептала я, пытаясь справиться с эмоциями. — Просто я так рада за тебя… Ты столько лет был один, и вот наконец-то нашёл своё счастье.

В груди разливалось тёплое чувство облегчения. Хоть бы папа был счастлив. Он действительно этого заслуживал после всего, что пережил.

В этот момент Эмилия, которая всё это время внимательно наблюдала за нами, мягко произнесла:

— Рейна, мы с твоим отцом хотели бы предложить тебе переехать к нам.

Её слова тронули меня до глубины души. Такой искренний жест заботы… Но я понимала, что не могу принять это предложение.

— Спасибо вам большое за предложение, — я искренне улыбнулась. — Но я должна остаться в нашей квартире. У меня там вся жизнь, учёба, работа, друзья…

Я лгала отчасти. У меня была там только работа и учёба. Остального не было. В душе я понимала, что есть ещё одна причина — не хочу мешать их счастью.

— Но я обязательно буду часто приезжать к вам в гости, — поспешила добавить я, заметив лёгкое разочарование на их лицах. — Обещаю, мы будем видеться очень часто.

Отец с Эмилией переглянулись, и в их взглядах читалось понимание.

Эти два дня пролетели как одно мгновение. Мы встретили Новый год в кругу семьи, и я чувствовала себя по-настоящему счастливой. Давно я не смеялась так искренне, не улыбалась от чистого сердца. Рядом с папой и Эмилией я словно окунулась в атмосферу тепла и защищённости, которой так не хватало в последнее время.

Несколько раз я ловила себя на мысли, что, возможно, действительно стоит переехать к ним. Но каждый раз останавливала себя — не хочу нарушать их семейное счастье своим присутствием. Они заслужили право на спокойную, размеренную жизнь.

Особенно тёплые воспоминания остались от времени, проведённого с Алисией. Мы устроили настоящий девичник — прошлись по магазинам, где папа не скупился и позволил нам накупить множество красивых вещей. Потом мы заглянули в знаменитую пекарню, где отведали самые вкусные сладости. А кульминацией нашего дня стал каток, где я, смеясь и падая, пыталась освоить искусство фигурного катания, а Алисия меня учила.

Она оказалась удивительной девочкой — живой, непосредственной и очень доброй. В ней было что-то от Серы — той черноволосой девушки, которая так быстро стала моей подругой. Мысли о ней не покидали меня. Как она там? Наверное, ненавидит меня. Ведь из-за действий моего отца пострадала её мама.

Эта мысль камнем лежала на сердце. Я скучала по Сере, по нашим разговорам с ней.

Два дня пролетели как один миг, и вот я уже возвращаюсь домой. Папа провожал меня на вокзал с явной неохотой, долго обнимал и обещал, что скоро мы снова увидимся. В его глазах читалась грусть расставания, и это тронуло моё сердце ещё сильнее.

Три часа пути, и я оказалась в своей пустой квартире. Тишина давила на плечи, а в душе разливалась щемящая тоска. Взгляд упал на гиацинты, стоявшие на столике. Мысли о том, что нужно вернуть подарки Грэю, только усугубили моё состояние.

Встреча с ним сейчас казалась невыносимой. Но тут пришло сообщение от Колина с приглашением встретиться, и я с благодарностью ухватилась за эту возможность отвлечься. Мне действительно нужно было проветриться и развеяться.

Приняв решение, я начала собираться с особым вниманием. Выбрала новое платье, купленное на выходных — молочного цвета, из плотной, приятной к телу ткани. Модель была идеальной: длина до колена, длинные рукава и изящный квадратный вырез декольте. Платье прекрасно сочеталось с моими любимыми белыми ботфортами и пальто.

Макияж получился лёгким и естественным. Розовая помада добавила образу нежности и женственности. Глядя на своё отражение в зеркале, я невольно улыбнулась — мне действительно нравилось то, что я видела. Сегодня я чувствовала себя особенной…

Колин ждал меня в уютном ресторанчике в центре города. Когда я вошла, его лицо залилось румянцем, а в глазах промелькнуло искреннее восхищение. Мелкие веснушки на его щеках стали ещё заметнее от смущения.

— Ты прекрасна, — прошептал он, не отрывая от меня взгляда.

Я смущённо улыбнулась в ответ, чувствуя, как тепло разливается внутри.

За столиком мы держались за руки. Колин рассказывал забавные истории, стараясь отвлечь меня от тяжёлых мыслей. Его добрые глаза светились искренним обожанием, и я поймала себя на мысли, что, возможно, с ним я могла бы быть по-настоящему счастливой.

Время в ресторане пролетело незаметно. После ужина мы отправились гулять по заснеженному парку, наслаждаясь праздничной атмосферой и обществом друг друга. Мы целовались на скамейке, и Колин проводил меня до самого дома.

У двери моей квартиры мы замерли в объятиях. Его поцелуи были нежными и трепетными, но что-то мешало мне полностью раствориться в моменте. Наконец, он прошептал:

— Спокойной ночи, Рейна…

И ушёл, оставив меня с противоречивыми чувствами.

Войдя в квартиру, я ощутила странное смешение эмоций. В груди было тепло от проведённого времени с Колином, но одновременно какая-то внутренняя тревога не давала покоя. Словно я предавала кого-то или совершала ошибку.

Колин определённо нравился мне — его забота, внимание, искренность. Но когда его губы касались моих, я не чувствовала того трепета, тех бабочек в животе… Моё тело оставалось спокойным, а сердце — равнодушным.

А может, просто надо попробовать с ним серьёзно? Может, надо было пригласить его в квартиру?..

Я торопливо сняла пальто и шарф, услышав стук в дверь.

Может быть, Колин вернулся, услышав мои мысли?

С этой мыслью я бросилась к двери, готовая распахнуть её навстречу новым чувствам. Но реальность оказалась совершенно иной. На пороге стоял не Колин. Передо мной предстал тот, кто мог разрушить меня — Грэй Вэйлис.

Его лицо было бледным, почти серым. Губы плотно сжаты, челюсти напряжены до предела. Растрёпанные волосы придавали ему нехарактерный для него взъерошенный вид. Этот парень всегда выглядел идеально, но сейчас… В его глазах читалась смесь эмоций — раздражение, боль, что-то ещё, чего я не могла разгадать. Этот взгляд пронзил меня насквозь, заставив сердце пропустить удар.

— Грэй?.. — произнесла я нахмурившись. В моём голосе слышалось искреннее недоумение.

Почему он здесь?

В воздухе повисло напряжение, тяжёлое и густое. Я чувствовала, как учащённо бьётся сердце…