Глава 13

Ульяна – Вот влипли! – выдохнула я. Я бы могла ускориться в два раза, а то и больше: всегда бегать любила. По утрам вставала рано и бегала по кругу во дворе школы, которая была рядом с домом, где вдвоем с Шатохиной снимала квартиру. Однако Ленка уступала мне в скорости, к тому же была в босоножках на каблучке, а на каблуках далеко не убежишь! Она безнадежно отставала, и я не могла бросить ее в такой критический момент, держалась рядом. Гнусные шуточки и пугающие обещания раздавались все ближе. Наконец, один из преследователей догнал, дернул Ленку за лямку сумочки и затормозил, налетев тушей на стройную подругу. – Руки убери, придурок! – завопила она, расцарапав ему лицо. Нас обступили с нехорошими ухмылками. Я не придумала ничего лучше, чем взять в руки валяющийся на асфальте обломок кирпича и швырнуть в обидчика. Ему рассекло бровь, но зато Ленка отскочила, плача и придерживая разорванный рукав своего платья. – Ах ты шмара! Кир, мне глаз, сука, подбили! – А мы ведь познакомиться хотели, посидеть культурно! Теперь будет жесть! – пообещал здоровяк, бросив бычком в нашу сторону. – Рыжую – в расход! Блондинка – моя! – заявил, под громкие улюлюканья своих прихлебателей. Он успел сделать всего один угрожающий шаг, и в темный переулок внезапно скользнули яркие лучи фар автомобиля. Из машины выпрыгнул высокий, широкоплечий мужчина и яростно подскочил к хулиганам. – Отойди от нее! ЖИВО! – заорал страшным, но знакомым голосом неожиданный спаситель. Что?! Не может этого быть! Коля?! Но как… Откуда?! – Ах, вот зачем ты сюда попросил внезапно свернуть! За юбкой какой-то! Коля, вернись! – требовательно запищал из затормозившей машины высокий женский голос, в котором я узнала главбуха – Алевтину Гавриловну. – Коля, я уезжаю и никогда тебе этого не прощу! Однако он не среагировал на возмущенные крики и требования женщины, уверенно летел в сторону беспредельщиков, с яростным намерением почесать об них кулаки. – Ой, ма… Я выронила кирпич, заранее не завидуя хулиганам! Коля был тем еще драчуном в деревне, всем тумаков раздавал и не смотрел на численный перевес. Когда он дрался, впадал в буйный раж, ничего кругом не видел, крушил все без разбора. – Коля! Ну, как знаешь! Ты уволен! – заверещала из недр своей Тойоты Алевтина Сергеевна и умчала прочь. – Лучше отойдем, сейчас месиво начнется! Я потянула Ленку за рукав в сторону, но один из нападавших внезапно схватил меня за локоть. Раздался страшный рев. Коля бросился в атаку, и наглеца, который схватил меня за локоть, внезапно не стало – его лицо познакомилось со стеной, и знакомство вышло очень близким: лицом в кладку, рассыпавшимися зубами о потрескавшийся асфальт. Я испуганно потянула Ленку в сторону за угол, а то она застыла, как истукан. – Пошли, тебе говорю! Сейчас под руку еще попадем! Мы проползли вдоль по стеночке, чудом проскользнули мимо дерущихся и спрятались за углом. Ленка привалилась спиной на обшарпанную стену здания и смахнула дрожащими пальцами пот со лба. – Ужас какой! – выдохнула она. – В Кольку как будто бес вселился! Вот что ревность с людьми творит! Мамочки, он их всех убьет… Страшно-то как! – зашептала она, прислушиваясь к хрипам, воплям и матам дерущихся. – Надо же, какой! Раньше все твое внимание принимал, как положенное, сам ничуть не чесался! Но как понял, что ты других мужчин интересуешь, резко передумал! Очередной хрип и хруст заставил нас вздрогнуть. – Уля, а ты уверена, что Коля ничего не выпил? – спросила Лена. – Вдруг выпил? – Дурная, ты опять про зелье? Ничего Коля не выпил! Я его в тот день даже не видела. Наверное, у бухгалтерши своей был. Не зря же он с ней вечерами катается по городу! – фыркнула я. – Да ну? Но он за тобой бросился… – Тише! Я зажала ладонью рот болтушке Лене и прислушалась. Все стихало. Слышались только приглушенные стоны и редкие звуки ударов. – Добивает! – все-таки сумела шепнуть Ленка даже через закрытый рот. – Тихо, говорю же! Нельзя такому буйному на глаза попадаться. Пусть успокоится немного, потом выйдем. Раздались шаркающие шаги. – Кто здесь? Милицию сейчас вызову! – заголосила старушка, следом затявкала мелкая собачонка. – Вали, куда шла, карга! – рявкнул Коля. Я осторожно выглянула из-за угла. Троих нападавших уже не было. Кажется, они струхнули и убежали почти сразу же, а четвертого Коля отмутузил до состояния фарша. Но появление старушки отвлекло его, и избитый воспользовался шансом ускользнуть. Он заковылял прочь, кренясь на один бок. – Пошел вон, хулиган! Тяпа, фас его, фас! Старушка начала натравливать своего мелкого дворового пса на Колю, он немного остыл и косился неприязненно на лающую собачонку, потирал ушибленные кулаки. – Вали, пока цела, бабка! – бросил сквозь зубы. – Невоспитанный хулиган! Чтобы у тебя язык отсох! Коля сделал шаг в сторону старушенции, как будто еще пребывая в состоянии ража и адреналина, но сдержался в последний миг, начал искать взглядом по сторонам и заметил мою макушку. – Ульяна! – сказал обрадованно. – Он тебя заметил! – ахнула Ленка. – Еще бы он тебя не увидел! Ты же рыжая! – Кто бы говорил! Твой блонд в сумерках виднее моего цвета волос. – Но позвал он тебя… Все, шлепает сюда! Мы встали и отряхнулись. – Гуляешь? – спросил с претензией Коля, смотря на меня. Я воспользовалась тем, что наблюдательная старушка еще была здесь и обошла Колю по большой дуге, вышла из подворотни. – Я с кем разговариваю? – спросил он с удивлением. – Куда пошла! Коля догнал нас в два счета, подстроился под шаг. Темные глаза Коли разглядывали меня пристально. Стильная укладка была взъерошенной, рубашка порвана на плече. – Ульяна! Я с тобой разговариваю! – бросил бывший жених с претензией. – Игнорировать меня не смей! Не то худо будет! – Неделя еще не прошла, – выдала я, перебираясь на оживленную сторону улицы. Там были прохожие, немного, но все же были, а Коля не стал бы неистовствовать прилюдно. – Какая еще неделя?! – рявкнул недоуменно. – Ты – невеста моя, вообще-то! – Уже нет. Я кольцо тебе вернула, в кармашек положила. Еще ты сам сказал, что у меня неделя на раздумье, и… Коля рывком остановил мой шаг, дернув за запястье к себе. – И что? – спросил с тихой яростью. – Ты думать собралась, что ли? Мало озвученного? Он был взбешен, конечно, но удивления было гораздо больше. Коля явно не понимал причин моего бунта и считал, что я дальше буду его ждать столько, сколько потребуется! – Я у родителей спрошу насчет долга, – ответила, посмотрев вскользь на лицо парня, но заметила, как он нахмурился. – О чем тут спрашивать? – рассмеялся, но как-то коротко. – Обо всем уже договорились. Семьи дружат, а еще… – Еще ты про долг какой-то сказал. Я вообще-то сейчас работаю, на повышение пошла, могу и помочь с долгами родителям, если уж на то пошло. – Не дури, Ульяна. Не дури… И гулять не смей! – потребовал он. – Думаешь, я не заметил? Наряды менять начала, марафетишься. Перед каким кобелем стелешься? – А я заметила, что ты прежде меня гулять начал. С взрослой женщиной! Она тебе в матери годится! Будешь на меня давить и требовать, я… Коля сжал пальцы сильнее, едва не расплющивая мое запястье. Я вскрикнула от боли и шлепнула здоровяка по руке, но он словно и не заметил, продолжал держать меня как в железных тисках. – У меня есть доказательства, где ты милуешься с этой старухой! – выпалила я. Коля изумленно вытаращился и отпустил мою руку. Я потрясла ею в воздухе, растирая покрасневшее и сильно опухшее запястье. – Что ты несешь? – тихо зашипел Коля, посмотрев по сторонам. Я, конечно, врала! Никаких прямых доказательств забав Коли с престарелой женщиной у меня не было. Но я все же кое-что знала, решила приукрасить! – Кафе «Мятный вечер». Кажется, Алевтине нравится там бывать! – заметила я. – Ты следила, что ли?! – нахмурился Коля. – Не думаю, что твои родители традиционного воспитания одобрят связь с очень взрослой женщиной! – Никакой связи нет. – Именно поэтому она тебя по городу катает. Пффф… Конечно! – Мы расстались, тебе не о чем рассказывать! – Вы не расстались, она тебя уволила. С позором выгнала! Наверное, папа обрадует тебя… крапивой за успехи. Коля сжал пальцы в кулак, посмотрел на меня, побагровев, взгляд потемнел совершенно, в его глубине заискрили огоньки. – Вот ты какая, значит… – протянул он. – Тихоней прикидывалась, но голыми руками не возьмешь? Хорошо, – усмехнулся. Я выдохнула с облегчением, но кажется, слишком рано выдохнула. Потому что жених обвел меня и Ленку долгим, изучающим взглядом и процедил сквозь зубы: – Живо шуруй домой, а я следить буду, чтобы вы с Шатохииной никуда не зарулили! Коля расстегнул пуговки и закатал рукава на рубашке, обнажив мускулистые предплечья. Демонстративно показал, с чем придется иметь дело смельчакам и просто придуркам, которые решат к нам с Леной подкатить намеренно! – Чего встали? – спросил, глядя исподлобья. – А ты чего раскомандовался? Не буду я тебя слушаться! Я все родителям расскажу! – Расскажешь предкам? Так ведь невыгодно о правде говорить, Ульяна. Ты расскажешь, я расскажу. Начнем грязными трусами трясти перед родителями… Дальше что? Неизвестно еще, из чьих трусов больше «добра» вывалится! От бессилия я сжала пальцы в кулачки. Вот какой гад оказался мой жених! Коля быстро сориентировался и начал давить, что мне тоже невыгодно показывать истинное положение вещей перед родителями. – Сказать нечего? – усмехнулся он, словно поняв направление моих мыслей. – То-то же. Пока ты в статусе моей невесты, есть кольцо или нет, значения не имеет. Топай домой. Но перед этим вот сюда меня поцелуй! – потребовал, ткнув себя пальцем в губы. – Не буду я с тобой после старухи целоваться! Ты, наверное, с нее песка собрал целую тонну, вместе с тоналкой и пудрой! – Ревнивая, – цыкнул языком. – Хорошо. Иди домой. – А мы… Мы в магазин хотели зайти! – пискнула Лена. – За мороженым? Идите. Я следом, – пообещал Коля и отошел в сторону, махнул. – Вперед! – Нет, не за мороженым. За прокладками, Николай. За прокладками и тампонами, месячные скоро начнутся! – нарочно громко сказала Ленка, словно хотела смутить Колю. Но плохо она Колю знала. Все коровы Гореловых на его руках телились, какой-то прокладкой и месячными Колю было не смутить! – Тампоны в свою разработанную манду вставляй, а Ульяне тампоны нельзя. Ты же еще невинна? – спросил с надеждой. «Местами…» – подумала я. Неужели Коля не верил, что я переспала с другим? Надеялся, что до самого главного не дошло? Видел же засосы на местах, куда из простого любопытства или случайно не целуют! Неужели эти следы ему ни о чем не сказали? Мое молчание Коля принял за согласие, улыбнулся самодовольно: – Ясно, – кивнул, приподнял голову, поправил взлохмаченные волосы пальцами. – Внимание привлечь хотела? Тебе это удалось! От обиды мне даже плакать захотелось! Почему так? Когда я его хотела безумно, когда была готова свою невинность жениху до свадьбы подарить, Коле это было не нужно. Но стоило мне потерять эту ценность, как он объявил за мной охоту и начал подчеркивать, что я – его невеста, но говорил так, словно слова «его невеста» означают «собственность»! – Кольцо я тебе верну, – пообещал Коля. – Не стоит. – Впрочем… Может, и так. Получше найду! – Не стоит тратиться. О себе подумай. Тебе теперь работу другую искать надо… – Найду. Не проблема! – и бровью не повел: до чего же самоуверенный! – Ты, главное, до дома доберись! – Пошли, Лена! – позвала я подругу. Мы пошли немного нервным, напряженным шагом, оглядываясь изредка. Коля шел следом и смотрел набыченно по сторонам, сверлил наши спины пристальным взглядом. – Как думаешь, у него это пройдет? – спросила я.