Глава 18

Я смотрела на письмо, и хмурилась.

— Что-то случилось, Тил? — поинтересовалась Крис. — Тебе снова нехорошо?

Я помотала головой, и соседка, протиснувшись мимо меня потянулась за чашкой.

— Будешь? — спросила она.

— Нет.

— Нет не будешь, или нет — не случилось? — улыбнулась природница.

— Не буду. Случился лорд Иртон.

Я не видела смысла скрывать от нее то, что испортило мне настроение. Сегодня была пятница, занятия уже закончились, и я собиралась пойти вечером в библиотеку, поискать информацию о тех, кто, как и я мог управлять сразу двумя видами энергии. Нет я пока не стала теневиком, но какие-то новые способности у меня точно проявлялись, и теперь я была уверена, мои периодические головокружения, внезапная тошнота, неожиданна смена вкусов и переиодическая слабость как-то с этим связаны.

— Так что там с этим Иртоном? — поинтересовалась Кирс, подсыпая себе в чашку какой-то порошок.

Запахло горьким.

— Ужин.

— Он все же не отстал от тебя?

Видимо, нет.

Кристалиа бесцеремонно сграбастала со стола письмо и пробежалась глазами по строчкам. Я испытала приступ раздражения, но не стала ничего говорить.

— О Великая Мать! Он и правда мерзкий тип! — она подняла на меня глаза.

— Прочитала приписку? — криво ухмыльнулась я.

— И что? Ты послушаешься?

— Да ни за что! Ты случаем не умеешь наращивать кривые уродливые зубы с желтым налетом?

— С налетом?! Нет, — удивленно протянула природница. — А что? Так можно?

Я пожала плечами и не стала отвечать.

Иртон в своем письме отметил мой дурной вкус и просил одеться подобающе. В нормальную человеческую одежду. И не брать с собой обещанный в прошлый раз учебник по паразитологии.

От запаха отвара, что пила Крис на меня снова накатила дурнота.

— Схожу-ка в библиотеку, возьму справочник кожных заболеваний для старших курсов, там картинки такие яркие... — пробормотала я и, прихватив пару не нужных мне книг, которые следовало сдать, вышла в коридор.

На миг остановилась, борясь с приступом слабости, чаще прочих симптомом мучали меня последние две недели. Преподаватели и мэтр Такул отмечали у меня наличие легкого магического истощения, но я так и не поняла, где и когда я его могла заработать. Не на практике же у Нарэма Гоффа в тот раз. Магистр Снейр меня больше не допускал до практических занятий, требуя справку из лазарета, а мэтр Такул ее не давал, так что я вынужденно обходилась теорией и подумывала наведаться к другому доктору, заподозрив нашего в некомпетентности.

Справочник кожных заболеваний мне в библиотеке на вынос не дали, сказали, что рано мне еще, так что возвращалась я не солоно хлебавши, когда прямо надо головой раздался голос Ханимуса Каррэ:

— Студентка Нэппингтон, загляните к лорду Ярранту, он ждет вас в моем кабинете.

Вопреки обыкновению, говорил бывший ректор негромко, не во всеуслышание, как порой бывало.

— Прямо сейчас?

— Да, прямо сейчас. Поторопитесь. Не задерживайте советника, он только ради вас сюда явился, забросив более важные дела.

В груди затрепетало, и даже в жар бросило. Тщательно подавляемые мысли обрели силу и встрепенулись, разом напомнив внезапный поцелуй и тот холодный тон, которым лорд Сатем говорил со мной после.

— Только ради меня?

Ладошки вспотели, а пол коридора скакнул куда-то в сторону, бросив меня к стене. Я зажмурилась.

— Что с вами Тилирио?

— Ничего. Сейчас все пройдет! — поспешила уверить его я, испугавшись, что вместо кабинета ректора, меня могут отправить в лазарет, а тем временем мой Грозный Теневой маг снова отправится ловить культистов, или чем он там так занят в последнее время.

К счастью, мне сразу же полегчало, и даже случился прилив сил. Я бодро зашагала вниз по лестнице, едва удерживаясь, чтобы бегом не побежать и гадая, что он мне скажет? О чем будет наш разговор. А лучше, никаких разговоров. Хочу, чтобы он просто соскучился! Отворяя дверь кабинета, я представила, как лорд Сатем обнимет меня или даже снова поцелует.

— Студентка Нэппингтон, спасибо что не заставили ждать, — сухо поздоровался советник.

Сухо и так холодно, точно он неделю пробыл в снегах Файбарда и насквозь проморозился. И это его «студентка Нэппингтон», он и раньше-то меня так не называл. А наедине в этом и вовсе не было смысла.

— Здравствуйте лорд Са... Яррант, — ответила я в тон ему, остановившись, не доходя до стола, за которым он сидел. — Вы хотели меня видеть?

Великая Мать, что же так горько во рту, и замерзли ладошки?..

Я опустила глаза, и увидела, как убираются под стол, потянувшиеся было ко мне тени. И страстно захотела ощутить их собственной кожей. Сглотнув, заставила себя посмотреть прямо на советника. Не понимая, что я сделала не так, но я ни в чем не виновата, чтобы он теперь так вел себя со мной.

— Да. Я увидел, что для вас на сегодня заказан пропуск. На вечер.

— Да, — я кивнула, не ожидая, что разговор зайдет об этом.

— А знаете ли вы, куда ведут указанные в вашем пропуске координаты?

Я пожала плечами. Иртон настаивал, чтобы я оделась прилично. Возможно, он снова хочет поужинать со мной в каком-нибудь столичном ресторане? Скорее всего.

— Какой-нибудь ресторан, наверное? — ответила я, и только потом сообразила, как это могло для него прозвучать.

Советник тяжко вздохнул и поднялся с кресла. Прошел к окну и остановился, глядя в него.

— Я не имею права вмешиваться в вашу личную жизнь, Тилирио, — он говорил, не оборачиваясь, — но считаю своим долгом предупредить, что обязан буду связаться с вашими опекунами, и рассказать об этом визите.

— Да, лорд Сатем, — ответила я мягко.

От привычного обращения советник даже слегка вздрогнул, обернулся через плечо и посмотрел на меня пронзительно-пристально. Ко мне тотчас устремились тени, на миг окутав с ног до головы. Я резко втянула воздух, едва не выгнувшись от невероятно приятного ощущения, закрыла глаза, но тут же все исчезло. Советник уже взял себя в руки и снова смотрел в окно.

— Ступайте, Нэппингтон.

Я кивнула, хоть он и не мог этого увидеть, и на дрожащих ногах отправилась к выходу.

— Тилья! — окрик застал меня на пороге.

Теперь уже я не стала оборачиваться, боясь, что расплачусь.

— Не снимайте амулет вызова, что я вам дал. Зовите, если понадоблюсь.

С трудом проглотив ком, что перекрыл мое горло, я тихо ответила:

— Я не стану отвлекать вас по пустякам.

— Вы — не пустяк Тилирио, вы... подруга моей дочери.

Не совсем то я хотела услышать, но и это немало.

— Спасибо, лорд Сатем.

Сатем Яррант

Советник как мог загружал себя работой, чтобы выбросить из головы ненужные мысли. Но стоило сомкнуть глаза, как пред внутренним взором вставал образ рыжеволосой подружки его дочери. Она отравила его своей красотой, непосредственностью и молодостью. Он понял, что и в прежние годы вряд ли желала кого-то настолько сильно, даже его тяга к Дариа неуловимо отличалась. По крайней мере к жене его тени были равнодушны, как и ко всем другим женщинам, прошедшим через его постель или жизнь.

— Кто она такая? — не уставал задаваться он вопросами. — Что она такое?

А после того, как позволил себе ее поцеловать, он долго думал, как быть дальше. Думал и не мог прийти к какому-то решению. И если с Дариа он развелся, то Элья...

Больше всего советник боялся навредить своей дочери.

Парадокс, но он даже обрадовался активности культистов, хотя как можно радоваться гибели ни в чем неповинных людей, страдающих от взрывов, что гремели в столице? Зато он так был загружен отчетами от оперативных групп, и допросами, что ни о чем другом было некогда думать. Виновников находили, но мало кто мог сказать что-то толковое. Это были либо фанатики, свято верящие в идею магии для всех. Либо люди, которые не могли объяснить, как и зачем сотворили такое. Это особенно пугало, создавалось впечатление, что ими кто-то управлял.

Если это действительно было так, и культ Кровавой Луны научился управлять не только животными, опасность приобретала совершенно иные масштабы. Нельзя было доверять никому, враг посредством подчиненных ему людей, мог проникнуть куда угодно. Будь то дворец или Древо академии, уж очень сходны были симптомы у декана Ланме, что набросился на студенток и у тех, кто попал к ним в руки. Но самое ужасное, что распознать подчиненного заранее, нет никакой возможности.

Советник вышел на связь с «Уроборосом» и попросил о содействии.

И вот сегодня он привычно просматривал очередной отчет, который ему предоставлял «Волчьи Тени», приписанные к академии. Не то чтобы это входило в его обязанности или требовало личного внимания, но день за днем он это зачем-то делал.

На этот раз взгляд сам зацепился за что-то, что заставило его задержать листок в руках, дольше, чем это обычно требовалось.

— Тилирио Нэппингтон... — прочел вслух он одну строчку.

Советник хмыкнул, он хорошо помнил, что с тех пор, как причина его горячих снов вернулась к учебе, она только однажды покидала академию и вспоминать об этом ему совершенно не хотелось. Что же на этот раз?

Лорд Сатем не долго договаривался с совестью и сразу же проверил указанные в заказанном для Тильи пропуске координаты. Результат его неприятно удивил.

— Поместье Иртон Холл?

Он поднял архивы, чтобы проверить все, что ему известно об этом человеке, и даже обнаружил досье. Никакого особого криминала там не было, не считая того, что лорд Иртон был большим любителем молоденьких женщин и из-за этой своей любвеобильности три года назад проходил подозреваемым по одному делу об убийстве. Маньяка, впрочем, нашли, и это оказался совсем другой человек.

Заподозрили же Лео Иртона по причине того, что у него слишком уж часто менялись служанки, все как одна юные и хорошенькие, но все, кроме одной несчастной остались живы и вполне довольны полученной оплатой. Все, на что они жаловались, были постельные пристрастия Иртона, которые не для всех оказались приемлемыми. Собственно, это и обосновывало их увольнение из его дома. В последние же полгода служанки не менялись, и связано это было с тем, что дела лорда Иртона шли неважно. Из-за нападения культистов на один из отдаленных городков, на севере он потерял небольшой золотой прииск, который достался ему по наследству, а теперь то место поглотила Чаща и на то, чтобы добраться и возобновить работу нужно было много средств, который у Иртона не было. Банки отказались дать ему ссуду нужного размера, а накопленное стремительно таяло.

Советник покривил душой, когда сказал Тилье, что вынужден будет сообщить опекунам об этом визите. Еще до ее прихода, он связался с Хортес Холл и молодая женщина, представившаяся Лаиссой Соронг, будущей леди Хортес, сказала, что Лео Иртон — жених их воспитанницы.