ГЛАВА 7. ЯД В ЗОЛОТОЙ ЧАШЕ И НЕЗВАНАЯ СВЯТАЯ, ЧАСТЬ 1

МЭЙЛИН (Ю РА)

Три дня до Банкета Цветения пролетели в изматывающем напряжении.

Отец сдержал слово: я оказалась под строжайшим домашним арестом в собственном павильоне. Мои покои охранялись так, словно внутри хранилась Императорская печать, а не болезненная третья принцесса. Брат Лонг лично проверял караулы дважды в день, а Фэн приставил к моим дверям двух отборных «Теней», которые почти сливались с гобеленами. Императрица навещала меня каждое утро, принося редчайшие целебные сиропы и подолгу расчесывая мои волосы, всё еще напуганная тем приступом.

Единственным человеком, чье постоянное присутствие рядом со мной не вызывало у семьи лишних вопросов, был Ли Чжань в образе мастера Чэна. Лекарь Го официально подтвердил Императору, что его «огненная Ци» стабилизирует мои меридианы, и теперь Злодею был открыт круглосуточный доступ в мою спальню.

Если бы мои гиперопекающие братья знали, как именно проходят наши «медицинские сеансы», они бы поседели на месте и забыли про все манеры.

Я сидела перед туалетным столиком из полированного сандала, одетая лишь в нижнее шелковое платье. Мои волосы тяжелой темной волной спадали на спину. Ли Чжань стоял позади меня. Он снял плотные кожаные перчатки, иллюзорная личина наемника слегка рябила, обнажая острые скулы и упрямую, волевую линию подбородка истинного Темного принца.

— Расслабься, — его голос, низкий и хриплый, завибрировал в тишине комнаты.

Его большие, мозолистые ладони легли на мои обнаженные плечи. Контраст был невероятным: моя ледяная, фарфоровая кожа и его обжигающий, грубый жар. Я непроизвольно вздрогнула, подаваясь назад, в спасительное тепло его мощной груди.

Ли Чжань не отстранился. Его пальцы профессионально скользнули ниже, нажимая на ключевые точки меридианов вдоль позвоночника. Густая Темная Ци, мастерски замаскированная под тепло, хлынула в мое тело, растапливая утренний лед проклятия. Это было больно, но одновременно приносило такое острое, щемящее облегчение, что я едва сдерживала стон.

Я подняла глаза и встретилась с его взглядом в отражении бронзового зеркала. В его серо-фиолетовых омутах плескался холодный расчет, но зрачки были чуть расширены. Он сканировал мое состояние с хладнокровием палача и внимательностью лучшего лекаря одновременно.

— Вы сегодня необычайно щедры на Ци, Ваше Высочество, — прошептала я, чувствуя, как на щеках расцветает предательский румянец.

— Сегодня Банкет Цветения, — ровно ответил он, продолжая массировать узлы энергии на моей спине. Каждое его движение было выверенным и властным. — Ты должна выглядеть достаточно здоровой, чтобы выдержать многочасовую церемонию, и достаточно сильной, чтобы твои иллюзии не развеялись от первого же сквозняка.

— Вы сомневаетесь в моем мастерстве?

— Я сомневаюсь в твоем инстинкте самосохранения, принцесса, — Ли Чжань убрал руки. Жар мгновенно исчез, оставив после себя фантомное покалывание на коже. Он отступил на шаг, вновь полностью натягивая на себя маску грубого Чэна. — Расскажи план еще раз. Если мы собираемся рисковать головами в тронном зале, полном Императорской гвардии, я хочу быть уверенным, что ты ничего не упустила.

Я развернулась к нему, набрасывая на плечи теплую шаль. Мой мозг переключился с фанатского трепета на жесткий стратегический режим.

— Сегодня вечером на банкет прибудет посол Чжао из королевства Нефритовой Реки, — я заговорила тихо, чеканя каждое слово. — Официально он привезет дары в честь весеннего цветения и предложит моему отцу выгодный торговый союз. Неофициально — Чжао является одним из главных казначеев Лу Фэна.

Ли Чжань сузил глаза:

— Нефритовая Река финансирует Орден Света?

— Именно. И посол Чжао привезет не просто золото. В качестве главного дара Императору он преподнесет «Благословенный Лотос» — древний артефакт, который якобы очищает разум и укрепляет здоровье правителя.

Я сделала паузу, вспоминая сюжетные строки, от которых у меня когда-то сводило скулы от гнева.

— Этот лотос — красивый троянский конь, господин Ли Чжань. Под слоем фальшивой светлой магии в нем скрыт паразит. Если отец поставит его в своих покоях, артефакт начнет медленно выкачивать его жизненную силу, передавая ее Ордену, и одновременно служить маяком для Безликого. Через полгода мой отец сляжет от "неизвестной болезни", и никто не сможет его спасти.

Лицо наемника оставалось бесстрастным, но воздух вокруг него едва заметно потемнел.

— Твоя задача, принцесса? — сухо спросил он.

— Вывести посла Чжао на чистую воду. Когда он откроет шкатулку, я использую Иллюзию Истинной Сути. Это высшее плетение моей семьи, оно срывает любые маскировки с магии. Я заставлю всех в тронном зале увидеть гниль, скрытую в лотосе.

— И какова же моя роль?

— Не дать Чжао уничтожить артефакт, когда всё вскроется. И... защитить меня, если Лонг решит сначала рубить головы всем вокруг, а потом задавать вопросы.

Ли Чжань усмехнулся. В этой кривой, грубой улыбке Чэна не было ни капли веселья.

— Твои братья быстрее перережут глотку послу Нефритовой Реки, чем позволят кому-то подойти к тебе ближе, чем на длину клинка. Иди одевайся, принцесса. Твой выход на сцену совсем скоро.