Глава 19 Кто?

Эленита

Я так и замерла в санях, не успев вылезти. Мария забрала всех слуг в замок. Со мной остались лишь леди Верона и Тирон. Сын мельника уже взялся за вожжи, сменив Юджина, готовый прямо сейчас направиться на мельницу. Ему не терпелось узреть все своими глазами.

– Что случилось, Лукас? – наконец-то сумев оставить теплые меха, я вылезла из саней. – Почему мельница встала?

Лукас, запыхавшийся, робко переступал с ноги на ногу. Он снял шапку, сжал её в руках и склонил голову, глядя на землю.

– Мне, к сожалению, причины этого неизвестно, леди Виденбург, – все также не поднимая головы, ответил Лукас. – Я ушел с праздника пораньше, чтобы успеть намолоть еще муки. Мельница простояла долго. Если сразу начать, то механизмы могут не выдержать. Хотел, чтобы простоя не было. Все подготовил и запустил, а жернова не крутятся. Лопасти встали как мертвые. Хоть и на пригорке ветер хороший.

Вести меня совсем не обрадовали. Получается, пока мы угощали народ пирогом, радовались маленьким победам, кто-то проник на мельницу и нарочно испортил что-то из механизмов. Узнаю кто, накажу по всей строгости!

– Бабушка, иди отдыхать, – повернулась я к леди Вероне. – Тирон меня отвезет на мельницу. Я только проверить. Туда и обратно. Гляну одним глазком и сразу в замок.

– Не пущу! – леди Верона схватила меня за руки. – Нечего тебе там делать  сегодня. Уже скоро ночь на дворе. Завтра с утра поедешь и все посмотришь. Вдруг тот, кто сломал, все еще там? Остался проследить за всем. И решит напасть на вас?

– Я защищу леди Элениту! – вступился за меня Тирон, но бабушка уперлась.

– Если он воспользовался тем, что никого не было на мельнице, чтобы испортить механизм, то кто ему помешает навредить и вам из-за спины? У вас нет ни оружия с собой, ни воинов, чтобы защититься, – леди Иствуд говорила правильные вещи. – К тому же вечереет рано и быстро. Самое время для преступников. Все дела завтра. На свежую голову. И без возражений.

Пришлось согласиться с бабушкой.

– Иди домой, Лукас. Завтра с утра позовешь тех, кто уже бывал на мельнице в эти дни. Там и решим, что делать дальше и как поступить, – отпустила я мужчину домой.

Лукас поклонился и ушел. Теперь оставалось надеяться, что завтра у нас получится все исправить и снова запустить мельницу. Ведь молва по округе уже шла. Скоро в нашу сторону начнет подтягиваться народ. А у нас вся работа встала.

Я вся сникла, глядя вслед мужчине. Усталость навалилась такая, что мне не хотелось говорить ни с кем. Я быстро прошла в замок, а затем в свои покои, чтобы никто не увидел, как увлажнились мои глаза и как задрожали руки.

Переодевшись в домашнюю одежду и успокоившись, я стояла возле высокого окна в своих покоях. Сон не шел. Мое тело хоть и находилось в замке, сама я была далеко отсюда. Я даже на ужин не спустилась. Из головы не уходили мысли про мельницу. Кому понадобилось вредить нам? Да и зачем? Мельница – не тот промысел, за который можно было бы так вредить. Если только я чего-то не знала.

Опять нужно было возвращаться к этим слухам. Не нравилась мне история с призраками, но отчего-то она никак не отпускала. Каждый раз возвращала к себе. Может, мне стоило послушать изначальную версию? С чего все началось? Кто бы мне мог рассказать?

И тут в дверь постучали, отчего я  вздрогнула.

– Входите, – проговорила я, отходя от окна.

В покои вошла Мария.

– Миледи, вы не спустились на ужин, – тихо произнесла она, осторожно ставя поднос на резной столик у камина.

– Благодарю, Мария, – кивнула я, но даже аромат жаркого с мясом и сегодняшнего пирога, который я так и не попробовала, не смог развеять мою задумчивость.

Служанка задержалась, заметив, как мой взгляд снова метнулся к окну. Я все думала про мельницу и насчет слухов вокруг него.

– Всё наладится, леди Эленита, – вдруг сказала Мария тверже, чем обычно. – Мельницу мы отремонтируем. Сейчас народ ропщет, да, но они же видят – вы делаете всё, что в ваших силах. Мужчины начали охотиться и привозит в замок мясо. Насчет дров тоже переживать не стоит. Лесник позаботился. И мельницу заново запустите.

Я подняла на неё глаза. В словах служанки не было пустого утешения. Только крепкая уверенность, как у человека, знающего цену труду и терпению.

– Ты права, Мария, – глубоко вздохнула и присела за столик. – Завтра с рассветом поедем туда снова. А пока. Пока стоит поужинать и, наконец-то, отведать пирог.

Мария одобрительно кивнула и вышла, оставив меня с ужином наедине. За окном уже наступила ночь, по-прежнему выл ветер, но в моем сердце теплилась маленькая искра надежды.

– Переживем и это, –  проговорила я вслух, больше для себя, и потянулась к ложке.

Сытный ужин потянул в сон. Я не стала противиться и залезла в кровать. Даже не слышала, как приходила служанка и забрала поднос. Утром проснулась полная сил и решительности. На кухне меня уже ждал завтрак. Тирон в нетерпении крутился тут же. Юджин тоже был готов сорваться с места, стоило мне только открыть рот. Мария ждала моих указаний перед уходом из замка. Аннет готовила корзину с съестным нам на мельницу. Никто не знал сколько мы там задержимся. Не было только бабушки. Я знала, что меня не отпустят без завтрака, потому уселась за стол.

– Ну все, нам пора, – так и не дождавшись леди Иствуд, я вышла из-за стола. – Передайте бабушке, что постараюсь не задерживаться допоздна, – решила не беспокоить ее с утра пораньше.

Когда мы выезжали со двора замка, еще полностью не рассвело. Тирон гнал лошадь настолько, сколько та могла выдержать. Я куталась в мех, пытаясь спрятаться от мороза и ветра. Погода благоволила нам, чтобы мельница работала. Но кому-то она явно мешала. Повторный ремонт ничего не даст. Стоит отвлечься и оставить мельницу без присмотра, как могут снова что-то испортить. Если только охрану нанять…

С этими мыслями я и доехала до мельницы. В окошке был виден свет издалека. Значит, Лукас и мужчины, что хотели помочь, тоже были здесь. Меня это обрадовало. Значит, вчерашний незнакомец ее мог посеять в их сердцах сомнение.

Незнакомец!

Меня словно осенило. Не он ли устроил диверсию с мельницей? Но для чего? Чтобы я впала в немилость перед ревизором короля? Кто там получал замок и графство после меня? Это тоже не стоит сбрасывать со счетов. Нужно нанять человека, чтобы все это выяснил. Неужели какой-то дальний родственник нанял кого-то, чтобы тот все это устроил?

– Леди Виденбург, – развернулся в нашу сторону Платон, стоило нам войти в помещение. – Как хорошо, что вы пришли. Но нас вам порадовать нечем, к сожалению. Мельница все еще не работает, а мы до сих пор не можем понять, в чём причина. Вот все перепроверили – и жернова, и механизм, и привод. Вроде бы ничего не сломано, все на своих местах, но лопасти не крутятся. Собрались вместе, осмотрели ещё раз – без толку. Может, кто-то из вас заметит что-то, что мы упустили? Или у кого-то есть догадки, в чем может быть дело? – и староста деревни с надеждой взглянул на Тирона.

Мальчика не пришлось упрашивать дважды. Да и он сам горел желанием везде облазить, чтобы найти поломку. Это же такое большое дело, ответственность. Если еще и найдет, то будет ему чем гордиться. Я не стала совать свой нос туда, в чем не разбиралась. Терпеливо ждала, пока сын мельника посмотрит везде, где только можно. Юджин тоже не стал стоять в сторонке. С остальными мужиками вместе они заново начали осмотр чуть ли не каждого сантиметра механизма мельницы.

Время шло. Я все также ждала окончательного вердикта, прислушиваясь к обрывкам фраз местных жителей. И по их недовольству можно было понять, что причину поломки они так и не нашли. Это угнетало. Через какое-то время передо мной появился Тирон.

– Миледи, в механизме я не нашел никаких поломок. Осмотрели шестерни, валы – все цело, смазано, на месте. Мельница должна работать. Я даже проверил каждый зубчик на шестеренках. Все в полном порядке, – доложил он как самый настоящий взрослый. – Ветер тоже есть. Не крутятся только лопасти. Почему-то-о-о… – протянул мальчик, задумавшись.

Лопасти!

Мы вдвоем с Тироном одновременно ринулись с места на улицу. За нами последовали и остальные. Но с улицы ничего невозможно было разглядеть или увидеть. Сын мельника тут же исчез за дверью.

– Будь осторожен! – крикнула я ему в спину, но не была уверена, услышал он меня или нет.

– Я прослежу, – Платон последовал за мальчиком, за ним ушел и Лукас.

Все остальные остались на улице и задрали головы, чтобы заметить хоть что-то. Все тщетно. Но мы продолжили смотреть. Вот Тирон вылез наружу. Он шустро перелез ограждение и оказался на одной из лопастей мельницы. Мальчик двигался шустро, словно не испытывал никаких страхов перед высотой.

– Глядите-ка! – крикнул он через пару минут, глядя на нас сверху вниз и указывая на основание одной из лопастей. – Между деревянным крылом и осью торчит толстый железный штырь, вбитый так ловко, что даже сильный ветер не может сдвинуть лопасти с места. И его не видно, если не вылезти наружу.

Мы с земли так и ничего не сумели рассмотреть, но уже хорошо, что мы нашли причину. Но меня волновал другой вопрос. Кто же так постарался? Да так, чтобы никто не сумел сразу не догадаться в чем причина поломки. Кто так сильно не желает, чтобы мельница не работала?

Тут налетели порывы ветра, как дикие звери. Рвали одежду и хлестали по лицу колючими снежинками. Лопасти устрашающе заскрипела.

– Тирон! Слезай немедленно! — закричала я, испугавшись за мальчика.

Но мальчишка не двигался. То ли от страха, то ли от упрямства, он лишь крепче вцепился в лопасть. Еще один порыв ветра, и нога Тирона скользнула по мокрому дереву. Сердце упало куда-то в бездну, рядом кто-то закричал.

– Он падает!

На мгновение мир замер перед моими глазами. Казалось, сейчас он сорвется, полетит вниз, и всё... Только не это!

– Держись, мой милый! – закричала я, ища хоть что-то, что помогло бы его удержать или помочь ему.

Но ветер трепал его, снег слепил глаза ему и нам всем. Порывы ветра накатывали с новой яростью, словно за что-то были обижены на мельницу, завывая в ее старых балках. Или на нас, что мы влезли во всем это и растревожили? Но теперь это уже не имело значения. Пока я носилась, Тирон не удержался и сорвался.

– Нет! – кинулась я вперед, вытягивая руки вперед.