Глава 41

Утром, я помогла встать Командиру, покормила его, и ушла делать свои обычные дела, мыла и чистила полы, ползая на коленях, один из солдат нарочно опрокинул ведро с водой.

— Нам сказали, что тебя можно трахать, хочу проверить, какая там, наверняка ещё тугая… — он приподнял меня за шею и уложил на стол, задирая робу, и срывая тряпку, намотанную на бедра. Держал за шею, не давая много воздуха, я начала царапать его руки и брыкаться. Вокруг столпились солдаты, их глаза горели в предвкушении зрелища, они что-то говорили и толкали друг друга. Он сунул пальцы в мое лоно, я вскрикнула от боли, стиснула зубы и послала тьму, все, что смогла собрать, он дернулся.

— Сдохни, ублюдок! — просипела я, отталкивая его ногами от себя, он рухнул к моим ногам, умирая. Его душа вот-вот должна была покинуть тело, я схватила её.

— Прими дань, Смерть!

Темный силуэт внезапно появился возле меня, знаю это один из многих, но вдруг даст шанс.

— Ммм, магиня смерти, и у меня тут. Спасибо за дар, но я не нуждаюсь в нем, миры мои богаты жатвой, чего же ты хочешь за столь щедрый дар…

— Передать весть моему наставнику.

— Это мелочь для меня, передам… а ты уверена, что нужна ему?

— Уверена!

— А зря, нам сущностям Смерти чужды чувства. — и исчез, забирая душу. Я моментально рухнула на пол, теряя сознание.

— У тебя долг передо мной! Отдай ее мне!

— Она мой сосуд!

— Ты же уже понял, что она не пойдет добровольно, я забираю ее в счёт долга и расходимся!

— Зачем она тебе? Что она для тебя? Маленькая тощая птичка, бывшая принцесса, а теперь и рабыня?

— Не твое дело!

— Мой ответ, нет! Я дождусь, когда она приползет ко мне на коленях! Через неделю не придет сама, через пыточную пройдет!

Я застонала, приходя в себя, я лежала в закутке капитана, на его кровати, рядом стояли Хозяин и Капитан.

— Ты думала, я не узнаю, что ты получаешь подпитку от мужей? — он схватил меня за руку, выворачивая её, знак парности уже не был блеклым, он стал ярче.

— Они идут за мной! Ты умрёшь в муках! — дергалась, пытаясь вырывать руку.

— Но перед смертью заберу тебя! А это забираю сейчас, — он выхватил кинжал и мгновенно отсекая мне руку, ровно под знак пары. Я закричала, а он смеялся, видя, как я прижимаю к себе всё что осталось от руки, крови не было, рана была прижженная магическим кинжалом.

— Это только начало! Мне нужно тело, конечности твои нет!

Я снова скатилась в обморок, на этот раз надолго, бред сменялся тьмой, мужей больше не было, был кто-то другой, он обтирал меня влажной тряпкой, и прижимал к себе, когда я начинала биться в судоргах.

— Пить, — простонала, открыв глаза, голова кружилась, меня приподняли и дали напиться, снова уложив в кровать.

— Сколько я тут?

— Пять дней. — капитан сидел рядом на кровати.

— Значит ещё два дня. Убей меня! — твердо посмотрела на него.

— Я не смогу! Ошейник не даст этого сделать! — он растерянно смотрел на меня.

Я закрыла глаза, призывая тьму, хоть капли, звала и просила смерти, но она молчала, подпитывать меня больше некому, он оборвал нити…

Я замолчала на два оставшихся дня, капитан пытавшийся меня уговорить, сдался, поняв, что это бесполезно, утром того дня, когда должен был прийти Хозяин, я с трудом выползла на улицу. Мне хотелось последний раз посмотреть на свет дня. Я стояла и щурилась, греясь в его тепле, рядом раздались шаги, я знала, что пришел он.

— Мой ответ нет!

Одним ударом он свалил меня на землю, со всего размаху впечатывая ногу в ребра. Сцепила зубы, не издавая даже звука.

— Как в таком хрупком теле столько силы духа? Как? — поднимая меня за волосы и смотря мне в лицо.

— Тебе не понять, но спасибо, что перед смертью обрезал нити… — рассмеялась ему в лицо и плюнула кровью, скопившуюся во рту, на маску.

— Ах ты, тварь! Тогда вот последний довод для тебя! Ведите!

Стража выволокла избитого капитана, он даже не смог стоять на ногах.

— Ну вот, его жизнь на кону твоего упрямства!

— Прости, — он смотрел на меня твердо, словно прощаясь.

— Умри с честью! Возвращаю то, что забрала у тебя, — я правильно его поняла, жить он не хочет. Ядовитая тьма, что я забирала у него, мгновенно вернулась к нему, пожирая.

— Я требую долг перед смертью! — он бился в конвульсиях от боли, его лицо перекосилось.

— И чего же ты хочешь? — хозяин смотрел на капитана.

— В качестве долга перед смертью, я требую у богов твоего бесплодия! — он качнулся, падая от навзничь, его глаза закрылись, и дух покинул тело.

— Я знаю, мы ещё встретимся, маленькая птичка! — и исчез. На чистом небе загрохотал гром, сверкнула молния и ударила в тело капитана, испепеляя его в прах, его воля была исполнена.

— Ну что же, значит ты мне больше не нужна… в пыточную ее, оставлять в живых столько, сколько можно.

Меня подхватил одной рукой, огромный человек, в кожаном фартуке, мы спустились в подвал, на несколько этажей ниже, зашли в комнату, в которой все было пропитано кровью и болью. Палач обмотал меня цепью и подвесил на крюк, как кусок мяса. Сорвал с меня робу и ткань с бедер, и груди, равнодушно окинул тело и начал перебирать инструменты.

Я поняла, это конец, обессиленно повисла на цепях, обернутых вокруг тела.