Глава 31

Остаток ночи Ричард провел в кабинете, пытаясь выяснить, кто проник в его дом, подпилил стойки балдахина и не оставил следов. Это была именно диверсия: след тонкой пилки нашли на изломе столбика. Если бы горничная не налетела на массивное деревянное сооружение, балдахин стоял бы до… каких пор?

Вызванный следователь опросил всех слуг, что-то прикинул на листе бумаги, померил ширину столбиков и озвучил выводы:

– Ваше Высочество, убить хотели не только вас.

– Что? – у Ричарда заныл затылок, предвещая бурю и неприятности.

– Тот, кто это сделал, рассчитывал на то, что постель будет двигаться.

– Двигаться? – недоумевающе переспросил принц.

– Трястись, – зарозовел скулами молодой служака. И пояснил: – Столбики распилили полностью, в разных направлениях, но оставили на месте. Даже легкое качание заставило бы опоры разойтись, и вся масса украшений и рамы упали бы ровно в центр постели.

– То есть если бы я просто спал, мог бы ничего не заметить? – правильно понял намеки принц.

– Совершенно верно, Ваше Высочество! Крепления прочные, опоры широкие, без расшатывания они бы спокойно держались на месте несколько дней.

– Вы нашли исполнителя? – этот вопрос волновал Ричарда больше других. – Кто предатель?

– Нашли, – следователь нахмурился, – в вашей спальне натирали паркет. Полотер оставался один примерно на час, этого времени было достаточно, чтобы подпилить стойки.

– Где он?

– У врачей. Это ночной лакей, который не раз выполнял эту работу.

– Почему у врачей, а не у палача? – буркнул принц.

– Невменяем. Бормочет, плачет, смеется. Кухарка сказала, что два дня назад ему пришел конверт, якобы от дочери из пансиона. Письмо не нашли, я отправил людей в школу, чтобы все проверили.

– Благодарю за службу! Вы свободны!

Едва следователь ушел, Ричард сел за стол и негромко сказал:

– Выходи уже, Шелби! Что думаешь?

Великан появился из-за портьеры, мрачно выглянул в окно, за которым занимался рассвет, и ответил:

– То же, что на пристани. Убить хотели не только вас, но и мисс Валевски.

– Ее спальню проверили?

– Проверили. Там то же самое: тонкий подпил, практически незаметный. Гостевые комнаты готовили всего три дня назад.

Ричард выругался и стукнул ладонью по столу:

– Я не понимаю! – сказал он. – Кто и почему старается убить Иржину? Она известная личность в Мондане, однако ее там любили! Почему, стоило ей ступить на землю Андарры, начались серьезные покушения? Принцессу проверили?

– Да, Ваше Высочество! Наши люди сообщили соколиной почтой, что леди Эвелина чувствует себя лучше. Ее здоровью ничего не угрожает, но из комнат она не выходит. В газетах сообщают, что Ее Высочество больна, и в ближайшее время отправится на теплые источники в Кирейю.

Ричард перебрал стопку корреспонденции, отыскал письмо королевы Изабеллы. Перечел. Ее Величество в осторожных фразах сообщала, что все благополучно. По тону письма можно было понять, что принцесса на самом деле не смирилась с потерей престижного супруга, но королева лично будет сопровождать «заболевшую дочь» на воды и проконтролирует круг ее общения и поведение.

Можно ли доверять Мондану? Что если союзники мечтают убить Иржину и снова предложить выгодный политический союз Андарре? В конце концов ребенка нет, а с утраченной невинностью можно и смириться… Только слишком все изощренно для Мондана. Не банальное столкновение экипажей, не нападение на корабль в море – тонкая работа, что с крыльцом, что с балдахином. И ведь всех служащих в доме заменили! Он специально попросил мать прислать слуг из ее летнего дворца! Остались только дворецкий и экономка, чтобы жизнь в доме оставалась комфортной.

– Что же делать? – принц не заметил, как произнес это вслух. – Сменить дом? Перебраться на корабль? Уехать из столицы?

Каждый вариант он проговаривал медленно, видя их недостатки. Другой дом искать поздней осенью – непростое дело. Слуги и телохранители его проклянут. Наладить охрану и быт для одного неприхотливого мужчины это одно, а устроить сразу нескольких женщин с ребенком – совсем другое. Корабль имеет еще больше недостатков для Иржины и Агнешки, а судя по всему защищать нужно именно их. Уехать – чего бы проще? Но его так и не изгнали из дворца официально, да и обязанности «морского коршуна» по подготовке флотилии к долгой зимней стоянке никто не отменял.

Поразмышляв, принц все же сел за письмо родителям. Шелби понял, что работодатель занят, и ушел, чтобы проверить завтрак. И в тот самый момент, когда Ричард плавил над огоньком свечи сургуч, чтобы запечатать конверт, окно тихонько звякнуло. Отложив палочку сургуча, мужчина бесшумно поднялся с кресла и переместился к камину. Именно на каминной полке лежали его клинки, а выше, на специальной стойке располагались вычищенные и заряженные пистолеты.

Выстрел в утренней тишине прозвучал так громко и резко, что особняк вздрогнул. Залаяли собаки, закричали птицы, заплакала испуганная Агнешка. Телохранитель с перекошенным лицом ворвался в кабинет и застал своего принца изучающим останки какой-то твари.

– Что это? – от растерянности бухнул Шелби.

– Ты мне скажи, – невесело отозвался Ричард, – думал змея, но у этой твари есть лапы.

Верный слуга послушно склонился над разорванной метким выстрелом тушкой, сморщился, сдержал рвущиеся нецензурные слова.

– Так что это?

– Ядовитая ящерица с островов. Они стремятся к теплу и нередко заползают в постели.

– Кусают? – поморщился Ричард, глядя на плед и подушку, приготовленные для него на диване.

– Нет, мирные. Ядовитые железы покрывают их кожу на спине, – вздохнул Шелби, натягивая перчатки, чтобы убрать улику в пустую вазу.

– Значит это не случайность, – Его Высочество подошел к окну, чтобы рассмотреть слабо закрепленное стекло, которое предательски звякнуло, когда тварюшка забиралась в его кабинет по натянутой веревке. – Подкинули, да еще точно в мой кабинет. Куда стража смотрит?

Телохранитель взвесил останки в руках, взглянул на окно и уверенно ответил:

– С крыши спустили, мой принц. Закинуть не могли: высоко, да и стража ходит. Рядом колонны, значит путь один.

– Кто же это у нас такой умный и предусмотрительный? – проговорил в пространство Ричард. – А главное, где он взял такую ящерицу?

– Так цирк в столицу прибыл, с Юга как раз, – вспомнил Шелби. – Они под шатром и клетки в ряд поставили, показывают за деньги или за еду.

– Навести их, выясни, кто купил или украл ящерицу. А пока с мисс Валевски глаз не спускать!

– Слушаюсь!

⁂

Проснулась Иржина под веселый щебет Агнешки. Девочка старательно помогала сестре Нонне накрывать на стол и спрашивала, почему мама спит на диванчике? Монахиня терпеливо отвечала, что мама соскучилась по своей девочке, вот и пришла ночью. Теперь же маму нужно накормить и вместе с ней разучить новую песенку про осень.

Открыв глаза, певица радостно улыбнулась новому дню, а потом вспомнила, почему она спит на узком детском диванчике в кукольной гостиной дочери.

Выйти из комнат за одеждой и личным вещами ей не позволили – все принес знакомый по Мондану «Тихоня». Вежливо передал корзинку с бельем и коробку с личными вещами, попросил заранее заказать обед и … остался под дверью. Еду, принесенную лично дворецким, не разрешили сразу есть – сначала скормили по кусочку каждого блюда паре шустрых белых мышек, сидящих в маленькой клеточке.

Иржину напрягла такая пристальная забота, да и сестры начали шушукаться, но ради спокойствия Агнешки, она делала вид, что так и надо. Она действительно попросила телохранителя принести мандолину и пару часов пела с дочкой, разучивая новые песенки. Потом они перекусили молоком, свежим хлебом и яблоками. Выбор продуктов подсказал девушке, что охрана опасается отравления, и это понимание морозом прошлось по ее нежной коже.

Потом они еще немного поиграли, почитали книжку, однако сидеть взаперти с шустрым энергичным ребенком не было никакой возможности, так что, поколебавшись, Иржина сообщила, что они все желают выйти в парк, на прогулку.

«Тихоня» не возражал. Теплые пальто и плащи принесли с теми же предосторожностями. В парке остро пахло прелой листвой, сыростью и почему-то грибами. Агнешка весело носилась по дорожкам, приплясывала, пела, сестры улыбались проглянувшему среди туч солнцу. Иржина расслабилась. Погрузилась в светлую медь осеннего дня. Растворилась в кружении листвы, полете паутины, шуме ветра.

Они уже подмерзли и собирались обратно в дом, пить горячий чай, есть суп, хрустеть свежеподажерными гренками. Агнешка и сестры ушли вперед, а певица задержалась, собирая сбитые ветром ветки в красивый букет. Тут он и напал! Неизвестный мальчишка молча свалился ей на плечи, уронил на землю в стылую грязь, попытался вцепиться в глаза руками, а когда не вышло – впился зубами в ткань пальто, хрипя тянулся к ее горлу. От ужаса Иржина даже закричать не успела, но «Тихоня» не зря следил за ними. Примчался огромными прыжками, сдернул мальчишку, заломил руки и, не давая возможности опомниться, закричал в чумазое лицо:

– Кто послал? Зачем?

Подросток хрипел, бился до кровавой пены на губах, но кое-что сказал. От его слов кровь стыла в жилах, но певица расслышала:

– Сдохни, Черная герцогиня!

Через минуту подбежали еще люди. Они заслонили от девушки некрасивую сцену. Шелби поднял Иржину на руки, унес в дом. Она успела увидеть, как нападавший дернулся и затих, став удивительно тонким и длинным.