43. Столица

Столица Ранолевса была расположена очень удачно: на юге ее омывало капризное Шианское море, на западе – от целого света защищала широкая река. Мы пришли с северных холмов: город лежал перед нами во всем своем великолепии. Кажется, отсюда можно было рассмотреть каждую улицу, каждый дом. Королевский дворец стоял на берегу реки. Я с любопытством рассматривала отрывшуюся панораму, припоминая, где располагался дворцовый парк, где был лабиринт, а где – спуск к реке, возле которого были огорожены купальни.

- Каждый раз у меня дух захватывает от этой красоты, – тихо сказал Вазилевс. – Как бы мне не хотелось заливать все это кровью!

- Не заливай, – равнодушно ответил Регнар, с трудом удерживая своего буйного коня. – Придуши Люциуса и дело с концом.

Принц тяжело вздохнул и махнул рукой. Войско двинулось на город. Разумеется, его было прекрасно видно. Так и задумывалось. Только глупец бы не испугался, когда на него надвигается двадцать с лишним тысяч солдат. В столице народу втрое больше, но ведь там женщины и дети.

Накануне принц объявил общий сбор, на котором напомнил своей армии, что они не воюют со своим народом, напротив – они его защищают от произвола. Что женщины, которые живут в городе – это такие женщины, как и оставленные ими жены, а дети и вовсе общие – будущее Ранолевса. Поэтому любого, кто будет замечен в мародерстве или причинении вреда мирным жителям, принц будет считать своим личным врагом, а к врагам он беспощаден. Люди, помнившие о резне в северных замках, где не щадили ни женщин, ни детей, хмурились и кивали.

Хиро пытался оставить меня в деревушке возле столицы. Там принц велел Аде ждать его и не высовываться, охраняя драгоценную жизнь своего ребенка. Я же взбунтовалась: мне претило ждать. Я не собиралась лезть в бой, но видеть всё происходящее хотела из первых рядов. Впрочем, пока ничего серьезного не происходило, разве что…

- Корабли из гавани уходят! – воскликнула я, прикладывая руку козырьком ко лбу. – Смотрите, корабли!..

- Это ваша заслуга, графиня, – весело сообщил мне принц. – Я подкупил адмирала. При виде нашей армии он уводит корабли, потому что ему непременно отдали бы приказ атаковать захватчиков.

Я кивнула, довольная, что смогла спасти какое-то количество жизней. Мы спускались с холмов медленно, позволяя ало-серому пятну на краю города развернуть свой строй. Нападать никто не спешил.

Принц выехал вперед.

Навстречу ему выехал известный мне генерал Шатиньон.

- Вас больше в несколько раз, – мрачно сообщил он принцу. – Но мы все равно будем защищать столицу и короля, пусть и до самой смерти.

- Отчего же вы решились на переговоры? – с любопытством спросил Вазилевс.

- Не поверите, жена уговорила. Я вижу штандарт Волорье. Так значит, слухи не врут, графиня жива?   

Пришлось мне выезжать вперед. Хиро ехал рядом. В последние дни он не отходил от меня ни на шаг.

- Генерал.

- Графиня. Вы изменились.

- Все мы изменились.

- Хлоя просила передать вам свой сердечный привет.

- Благодарю вас. Передайте ей… если останетесь живы, конечно… Что я по-прежнему ее люблю. Я и Ада.

Массивный мужчина в алой с черным форме кивнул и задумчиво посмотрел на Вазилевса.

- Я жду, – сказал он, чуть склонив в бок свою львиную голову.

- Чего же?

- Ваших аргументов. Точку зрения короля Люциуса я слышал. По его мнению, вы – наглый выскочка и сумасшедший ублюдок. Но я знаю, что вы рождены в законном браке, и оттого не совсем верю его величеству. К тому же моя жена очень предана вам.

- Я вижу, вы умный человек, генерал.

- Не надо лести. Я просто, как и все, хочу жить.

- Я не льщу. Я хочу спросить у вас совета. Что должно сделать с человеком, убившим своего отца ради наследства? Достоин ли он владеть отцовским домом и командовать отцовскими слугами?

- У вас есть доказательства? – мгновенно сообразил генерал, который верно служил Раймонду IV.

- Есть. Будут. Графиня?

- У моего… у графа Волорье эти доказательства были, – звонко сообщила я. – Я могу указать, где он их спрятал.

- Когда?

- Два дня, – твердо ответил принц. – Дайте нам два дня, и я принесу вам их.

- Если это правда… то отцеубийца не достоин владеть наследством, – твердо сказал генерал.

- Вы дадите нам пройти в город?

- Я позволю вам занять северные кварталы. Там есть постоялые дворы. Верю в вашу порядочность, принц. Но только два дня.

- Люблю южан за их бескомпромиссность и абсолютную бессмысленную честность, – процедил бледный Вазилевс, утирая пот со лба. – Графиня, сделаете? Хиро?

- У тебя ведь есть свои люди во дворце?

- Есть, конечно. Но просто слуги. Им не везде есть ход.

- В таком случае предлагаю нам расположиться на ночлег. Утром обсудим дальнейшие действия. Эва совсем вымоталась. Ей бы отдохнуть в нормальной постели.

- На всех желающих постоялых дворов не хватит, – наморщил лоб принц. – Пусть так: кто ослаб или болен – те могут переночевать под крышей. Остальные – разбиваем лагерь. И… Эва, я могу одолжить вашего капитана? Пусть он съездит за герцогиней. Мне спокойнее, когда она перед моими глазами.

Я согласилась, конечно. Мне тоже будет спокойнее, как бы она ничего с собой не натворила.

Хиро нашел нам комнату в отличной гостинице и заплатил за нее полновесными золотыми, несмотря на то, что хозяева в страхе были готовы заселить нас бесплатно. Они разумно полагали, что наше присутствие защитит их от произвола солдат. Уверениям, что принц запретил грабить население, они не поверили.

Комната была большая и светлая, с ширмой, за которой скрывалась настоящая фарфоровая ванна, уже наполненная горячей водой. Пока Хиро ходил за нашими вещами, я успела вымыться, переодеться в чистое белье и проголодаться. Еще не стемнело. Сколько времени мне лететь до дворца? В библиотеку я не сунусь, страшно. А вот флакон смогу достать без проблем. Я отлично помню, где его спрятала. А ведь кажется, что с того ужасного дня прошла целая вечность! Впрочем, больше года – это и так вечность.

Он принес мой сундук и свои торбы, сел на стул и уставился на меня нечитаемым взглядом.

- Что? – заволновалась я.

- Ты не должна этого делать, Ли. Я не позволю тебе даже ко дворцу подойти. Слишком рискованно.

- Я птицей, – прикусила губу я, досадуя, что он так быстро разгадал меня.

- Ты птицей долго не можешь, тебе нужно отдыхать. А если тебя узнают?

- Я переоденусь мальчиком.

- Нет, я не позволю. У Вазиля есть свои люди во дворце, пусть они достанут.

- Если они полезут на крышу, их сразу поймают.

- Ты говорила, что на крыше только яд. А бумаги в библиотеке.

- Да, в книге про морские завоевания. Правда, я не помню названия. Только знаю, что она синяя и там гравюры с кораблями.

- Я уверен, что они найдут. Пожалуйста, послушай меня. Я знаю, что не имею права приказать тебе, но просить могу. Пожалуйста, не делай этого. Если с тобой что-то случится, я не смогу жить.

- Ну не случалось же ни разу, – проворчала я.

Его забота была приятна. Я чувствовала себя защищённой. Это странно, но так сладко! Вот только флакон все равно нужно достать.

- Ли, пожалуйста...

- Я тебя услышала, Хиро! Я голодна. Ты хотел сходить за ужином.

Он кивнул, встревоженно поглядел на меня и поднялся.

Когда Хиро ушёл, я плотно закрыла дверь, подошла к окну и оперлась руками на подоконник. Зажмурилась. Повела плечами. Удивленно открыла глаза и взглянула на свои руки. Почему у меня не получается? Я не могу перевоплотиться! Но прежде, чем я успела начать паниковать, в моей голове зазвучал голос тётушки Агнесс: "Птица теряет способность к обороту при болезни или тяжелой ране... а женщина ещё и тогда, когда готовится стать матерью".

Я широко раскрыла глаза, обернулась на дверь, за которой несколько минут назад скрылся Хиро и осторожно положила руку на живот. Я ведь даже знала день, когда это могло произойти. В конюшне замка Клебсона! И ведь не поняла, не почувствовала! Ада поняла, а я нет. А ведь я так об этом мечтала!

Я медленно прошлась по комнате, невольно улыбаясь, опустилась на кровать, вытерев повлажневшие глаза. Все вдруг стало неважно – кроме того, что внутри меня зародилась новая жизнь. Яд, бумаги? Плевать! Пусть этим займётся кто-то другой. Мне же теперь нужно гнездо. Тихое, теплое, лучше всего в деревне. Правда, Хиро сообщать новости пока не стоит. Он же меня силой увезет отсюда, а я хочу быть уверена, что Вазиль станет королем. А и не увезет – так станет оберегать, словно хрупкую вазу, я думаю. Поэтому пока это останется моим маленьким секретом.

Тихо мурлыкая под нос ниххонскую колыбельную, я достала свой заветный сундучок, поставила на стол и принялась перебирать мешочки с травами. Так, нужно будет заваривать кипрей, а еще мелиссу и липовый цвет. И волосы обязательно споласкивать ромашкой, чтобы не тускнели. Улыбка не покидала моего лица, пока я медленно, по листочку, смешивала сушеные травы и раскладывала по шелковым мешочкам.

Хлопнула дверь. Я обернулась и радостно улыбнулась Хиро.