Глава 22

Глава 22

Потягиваюсь на диванчике, постанывая от боли во всем теле. Впервые мне так некомфортно, хотя здесь я спала не одну ночь. Наверное, потому что я… не одна?

Точно, не одна!

Распахиваю глаза, смотрю вперёд. Пусто.

Фокусирую взгляд на часах.

Восемь сорок…

Подпрыгиваю с дивана.

Почему никто не разбудил?! Неужели животных не было, и я проспала всю ночь? Да быть такого не может! У меня сломались часы!

Сонно шагаю до стола. Первым делом хватаю почти разряжённый телефон. Нет, все верно. Уже утро, моя смена закончится через двадцать минут, а меня никто за это время на разу не поднял, что странно.

Внимание от экрана смартфона отвлекает какая-то бумажка с выведенным печатными буквами текстом. А это откуда взялось?

«Уехал. Ты мило спала, не стал будить тебя. Как только что-то станет известно по Джеку – позвони».

В конце – номер телефона.

Смотрю чуть выше записки, а там кофе и несколько пончиков. Трогаю бумажный стаканчик – ещё теплый. Леон купил это для меня, вернулся и только потом ушел? Причем не так давно. А почему я ничего не слышала? У меня чуткий сон!

Сбрасываю с себя плед. Быстро шагаю в уборную в кабинете, умываюсь, чтобы придать себе хоть какой-то свежести.

Выхожу в коридор, ловлю Олега.

– Почему меня никто не разбудил?

Да я теперь в такой прострации, что ничего вокруг не понимаю.

Парень чешет макушку.

– Решили дать тебе выспаться. Никого не привозили, а мы на передержке сами всех покормили, укололи. Павлов приедет минут через двадцать, собирались вот тебя позвать. Хорошо, что твой гость, кхм, ушёл раньше. А то тебе прилетело бы за посторонних в кабинете.

– Да, хорошо, что ушёл.

Я думала, что проснусь раньше, но увы. Всё пошло не по плану.

– У вас что, шуры-муры? – вдруг играет бровями.

Бью его по плечу.

– Нет. Просто он не захотел оставлять своего питомца одного, и я решила ему помочь. Не на стульях же спать. Кстати, как Джек?

– Нормально, – кивает. – Слабый ещё, но выкарабкается. Капельница стоит уже. А ты это, давай, дуй домой. Тебя дочка ждёт.

Пуговка сейчас, скорее всего, в садике. Бабушка отводит её туда сама, когда я с ночной. А я забираю её после того, как отосплюсь и приготовлю обед. Правда, я и так сегодня бодра и полна сил. Хочу увидеть малышку, но не дёргать же её после часа пребывания в саду?

Проведав Джека, собираюсь домой. Пишу Новаку короткое сообщение, что всё хорошо. Он может заехать. Отвечает коротко: «Спасибо».

На удивление, я чувствую себя замечательно. Осадка после встречи с Леоном не остаётся, как это было раньше. Неужели начинаю привыкать к его присутствию и теперь не шугаюсь любого взгляда в свою сторону?

Наверное.

Возвращаюсь домой, делаю генеральную уборку, готовлю обед. После тихого часа забираю Пуговку из садика. Заходим в торговый центр, покупаем ей новые вещи на лето. Резко стало жарко, и мы даже поснимали куртки.

Присматриваю платье для себя. Джинсы уже пора убирать в шкаф, а я всё в них хожу.

Закончив все дела, вечером вместе играем в куклы.

Неожиданно малышка начинает кашлять и шмыгать носом.

Ладонь сама летит к её лбу.

– Да ты же горячая, – выдыхаю в ужасе. Стоит вспомнить, как она тяжело болеет, озноб по всему телу проходит. Это ад для любой матери.

Сразу укладываю малышку в кровать, даю таблетки, которые выписывал нам врач в прошлый раз. Звоню на работу, чтобы отпроситься завтра.

Но всё, что слышу в ответ – отказ.

– У меня дочь болеет, – с нажимом пытаюсь выбить себе выходной. К бабушке отвезти дочь не могу. Если ещё и она заболеет – будет жесть. Она уже старенькая, вирус подорвёт ее состояние. Сестре тоже не отдашь – у неё свой мелкий. Выход только один – оставаться вместе дома.

– Да я понимаю, – говорит администратор. – Но у тебя на завтра две операции назначены. Павлов будет на Бульваре оперировать. Игорь Александрович на курсах в Питере. Были бы обычные приёмы, я бы тебя заменила кем-нибудь. Но это операции, Ник. Там работы на несколько часов, и потом отпущу. Выйди, пожалуйста. Возьми Пуговку с собой, ты же так однажды делала.

Да, бывало. Но в те дни она не болела и чувствовала себя хорошо!

– Буду поглядывать за ней, пока ты в операционной. А потом выбью тебе выходные где-то на недельку. Договорились?

Шумно вздыхаю. Дерьмо какое-то. Всё хорошее настроение полетело к чёрту.

– Ладно, – цежу сквозь зубы, поглядывая на заснувшую дочку.

Утром поход со мной на работу она воспринимает с огромным энтузиазмом. Температура невысокая, но есть. Хотя по Поле и не скажешь. Всё такая же задорная и весёлая. В клинике скачет по залу с животными на передержке, рассматривает собачек и кошек.

– Ма, Зек! – указывает на лабрадора, который при виде нас начинает вилять хвостом. Выглядит уже бодрее, чем раньше, что несомненно радует.

– Джек, Джек.

– Ж-ж-ек! – восклицает Пуговка. Сует пальчик в клетку и тут же радостно хохочет, когда лабрадор облизывает её.

– А-ну, хватит, – улыбнувшись, хватаю её за ручку и вывожу из комнаты. Она оборачивается, грустно смотрит на пса. – Сейчас пойдём в мой кабинет. Ты там тихонько посидишь, пока я буду занята, хорошо?

– Хоёсо, – соглашается, опустив голову. Опять тоскует. И ничего с этим сделать не могу. – А они се боеют?

– Чуть-чуть. Но мама их вылечит.

Ямочки, прямо как у Леона, появляются на её щеках от улыбки.

– Поси быстее, – поторапливает меня. – Те есё яботать.

Смеюсь, не выдерживая рвения моей дочери. Маленькая батарейка! Если бы не она, я бы давно угасла и впала в депрессию.

Оставляю её в кабинете, заранее проверив, чтобы ничем не поранилась, и спешу в операционную. Пересекаю холл, ищу Алёну взглядом. Пусть, когда освободится, возьмёт Полину к себе. Но её на месте нет.

Зато есть кое-кто другой.

– Леон? – спрашиваю настороженно, увидев у стойки бывшего мужа. – Ты чего тут?

Сразу же напрягаюсь, увидев его сердитое лицо. Сегодня он сам не свой. Прошлой ночью был уставшим, в повседневной одежде. А тут снова собран, одет с иголочки в рубашку и брюки.

– Пришёл проведать Джека?

– Нет, я к тебе, – серьёзно звучат его слова.

– Мог бы и позвонить.

– Ты не отвечала.

– А. Телефон остался в кабинете, – зачем-то оправдываюсь перед ним. – Так о чем ты хотел поговорить?

– Стань моей женой для опеки, – выпаливает неожиданно.

Чего-чего?

Он пьян? Не выспался? Он понимает, что говорит?

Или это не мне?

Выглядываю из-за его плеча. В холле никого.

– Леон, ты издеваешься? – из горла вылетает смешок. – Если нужна фиктивная жена, заплати кому-нибудь. Прости, мне надо работать.

Кто же знал, что известный боксёр, который любит свою карьеру и собаку больше всего на свете, вдруг заявится просить о помощи. Да и какой! В усыновлении ребёнка.

До сих пор пребываю в шоке.

Я не ожидала ничего подобного.

Отшатываюсь от стойки, высматриваю Алёну. В кабинете её ждёт моя Пуговка, которая сегодня не пошла в сад и вынуждена сидеть в четырёх стенах и скучать. А у меня операция.

Теперь ещё и проблема в виде Новака.

– У опеки могут возникнуть вопросы, если вдруг появится женщина, на которой я женился день назад. Но ты… Ты будешь отличной кандидатурой. Для всех – у нас снова вспыхнули чувства. Всё. Никакого двойного дна. Ник, пара дней – и Матвей переедет ко мне.

Я понимаю его желание. Леон как можно быстрее хочет забрать мальчика из дома малютки. Но это не ко мне. Он свихнулся, если просит помощи у той, кого посылал на аборт.

– Прости, но…

Я не успеваю договорить, как в дверях появляется моё сокровище. Держит в руках подаренную Леоном игрушку, которую принесла с собой из дома.

Сердце останавливается.

– Ма! – радостно лепечет Поля и бежит ко мне. Врезается в ноги, и я машинально хочу обнять её. Но застываю. Потому что за спиной стоит её отец.

Слышу его голос. Такой жестокий, грубый. Похожий на гром среди ясного неба:

– Так это твой ребёнок?