Глава 65. Влюблённая пара

Сайрон * Творилось что-то невообразимое. Я пытался рвануть в пещеру с пленницами – чтобы освободить девушек и не выпускать из поля зрения свою пушистую хулиганку. Пока она оставалась в кошачьем облике, на неё никто не нападёт, но всё равно могут зашибить ненароком, поэтому я сильно за неё волновался. Но приблизиться к пещере я не смог: меня в воздухе внезапно окружили летающие механизмы, напоминающие птиц и ос одновременно. А из стального жала у них вырывались красные лучи, которые, как оказалось, были способны прожигать даже металл! Я понял это, когда одна из «птиц» нечаянно разрезала этим лучом другую напополам. Целились-то в меня, но я увернулся. А дальше я так и продолжил уворачиваться, стараясь уходить с линии огня так, чтобы под удар попадали другие механические монстры. Не знаю, что там был за сплав магии и технологии, но я был очень впечатлён слайтерским уровнем вооружений. Я усиленно рвал эту хтонь когтями и поливал огнём из пасти, но пламя лишь замедляло летающие механизмы. Помимо ловкости, меня выручала и моя новая броня из серебряной чешуи: от такой зеркальной поверхности смертельные лучи успешно отражались и били по тому, кто их выпустил. Правда, уязвимые места всё же были – на крыльях и лапах. Всё бы ничего, но несколько глубоких ранений я всё же получил. А эти монстро-птицы всё прибывали! Так что численный перевес был на их стороне. Робин тем временем продолжал стоять неподвижной статуей у защитного экрана. Насколько я понял, он пытался его дестабилизировать, причём весьма в этом преуспел: было видно, как полупрозрачные стенки пошли светящимися трещинами. И тут произошло то, чего я совсем не ожидал: Луняша освободила пленниц, и те, едва выйдя из заточения, – не просто обратились в дракониц, а ринулись мне на помощь с возмущённым криком: «Наших бьют!» Я был потрясён до глубины души. Вообще-то это я тут мужик, защитник и явился их спасать, а получалось всё наоборот. Моя мужская драконья гордость скорбно пищала где-то под плинтусом. Луняша тем временем с довольным видом сидела у входа в пещеру и периодически лупила метавшихся там котов. Я сообразил, что это были преступники, которых она превратила в животных, как короля Августина. Надо будет потом проследить, чтобы эти меховые варежки тоже были арестованы и не ушли от правосудия. Испугавшись, что драконицы могут пострадать от монстро-птиц, я поспешно разделался с остатками этих механических тварей. Вот только одна из них всё же успела ранить принцессу... Я был далеко, с раненым крылом, и мой путь загораживали другие драконицы, так что я не успел был подхватить Айранию, хоть и рванул к ней настолько быстро, как только мог. Но это блестяще сделал Робин! Оторвавшись наконец от порушенного им защитного купола, он рванул к своей невесте, и она приземлилась прямо в его объятия! То, как эти двое посмотрели друг на друга – можно описывать в самых жарких любовных поэмах. Они не просто смотрели друг другу в глаза, как зачарованные, между ними полыхали золотистые искры! – Ты мой спаситель! – выдохнула принцесса. А слайтер неожиданно накрыл её губы нетерпеливым, горячим поцелуем. Этот тип времени даром не теряет! Опустившись на землю, я принял человеческий вид, девушки тоже. К счастью, кроме принцессы, ни одна из них не пострадала. Нога была ранена, я сильно хромал, но в целом всё было приемлемо. Вокруг нас метались преступники и полицейские, раздавались взрывы, крики, звуки борьбы. Всё было в дыму и копоти. Но влюблённая парочка игнорировала происходившее в этом бренном мире и с упоением целовалась, не замечая ничего вокруг. А я решительно шёл, точнее ковылял, к своей пушистой хулиганке. Нога болела адски, но я делал вид, что всё хорошо. – Ты ранен! – встревоженная Луняша сама метнулась ко мне мохнатой молнией и заскочила на плечо. Как сильный, мощный мужик и вообще дракон, я небрежно отмахнулся: – Ерунда, заживёт. Пара минут – и усиленная регенерация сделает своё дело. Прижав Луняшу к своей груди, я похромал назад к Айрании и Робину. Как официальные жених и невеста, они имели полное право целоваться, в том числе прилюдно, так что я не переживал за аморальность их деяний и нарушение этикета. Вопрос только в том, как отреагирует на всё это король Августин...