Глава 18. Часть 4.

– Тоже правильно, – задумчиво кивнул Чегевар, крутя между пальцами крупный Анькин сосок. – Авторские права прописаны? Кому принадлежат рисунки?

– Господи, Сеня, да мы об этом и не говорили, – она сбросила его руку со своей груди. – Ты как маленький мальчик настройки приемника крутишь.

Он, как в былые годы, резко навалился на нее сверху. Конечно, Анька могла вывернуться из его все еще сильных рук. Но стало любопытно, чего старый хрен добивается. Сейчас-то они явно в разных весовых категориях. И что его легкий вес по сравнению с Анькиным супертяжем?

– Проверь все документы, вели нарисовать еще узоров. В документы внеси, что вся дизайнерская мура – собственность компании.

Анька воззрилась на любовника, а он провел языком по ее шее, опускаясь к груди.

– Подожди, Сеня, ничего не пойму! Зачем?

– Сделай пока не поздно, – скривился он.

– Ее переманят? Кто?

– Нет, заказали, – нехотя пробурчал он.

– Кто? – Анька таращилась на него широко распахнутыми глазами, как когда-то давно в московском поезде, когда под звук колес он всю ночь не давал ей заснуть.

– Лавр, – прошептал Чегевар, нависая над ней.– Помнишь, приезжал из Хабаровска?

Анька кивнула.

– Сделай что-нибудь! Пожалуйста! – принялась клянчить Владыкина, заглядывая Арсению в глаза. – У нее же двое детей. Сенечка, ты можешь.

– Нет, – отрезал он, откатившись в сторону. – Я ее с крючка не сниму. Там тема личная, Лавр сам при делах. Мы с ним договорились. – И, поморщившись, нехотя добавил: – Старею я, Анюточка. И болезнь эта подкосила сильно.

– Но я же тебе врача хорошего порекомендовала, – быстро вставила Анька. – Кстати, муж он моей компаньонши.

– Знаю, но поделать ничего не могу. На покой уже надо. От дел отходить помаленьку и ехать в эту твою Чехию. Где ты дом купила?

– В Карловых Варах. Там, Сенечка, все по-русски говорят. И курорт. Тебе с больным желудком хорошо водичку целебную пить.

– Поехали со мной, маленькая? – попросил он вроде как в шутку. – Пашку возьмем.

– А если я соглашусь, ты сможешь отмазать Машу? – серьезно поинтересовалась она.

– Нет, – развел руками Чегевар. – Бесполезно.

Анька пружиной подскочила с постели, принялась одеваться. Он неспешно встал и лениво подошел сзади, помог застегнуть молнию на платье. Поцеловав в шею, прошептал на ухо:

– Шум не поднимай, лапочка.

– Учи ученого, – фыркнула Анька и тут же, словно одумавшись, добавила ласково: – Бог с ними, Сенечка. Просто понять не могу, каким боком моя Маша к твоему Лавру?