Глава 12
Помолвка с Альфинуром вышла спонтанной. Для него. Я же давно решила, что хочу видеть этого парня рядом с собой. После моего оборота в ту ночь, что-то внутри щелкнуло окончательно. Те, ценности, которые я всегда ставила в приоритет, перестали быть актуальными и значимыми. Отбросив в сторону мнение окружающих, на поводу которого я шла всю жизнь, стараясь понравиться всем и каждому, я вдруг ощутила себя…свободной. Поняла, каково это быть хозяйкой собственной жизни, которую независимые и сильные люди проводили так, как того жаждет душа. А потому я хочу окружить себя мужчинами, что действительно будут любить меня, или теми, кому я смогу помочь. Ведь мир, краски которого всегда казались мне яркими, начал покрываться ржавчиной и постепенно прогнивать под сводом угнетающих законов, от которых страдает каждый второй.
Днями напролет я сидела в библиотеке, читая немногочисленные книги о своей расе. Когда-то давно они населяли Северную Империю Саэр, строя города у воды или под водой. Во время войны между Центральной и Северной Империями, русалки подверглись истреблению, так как воины Империи Харран считали мою расу порождением тьмы, вышедшей из глубин морей. В те времена убить русалку или демона считалось почетным деянием, пока Северная Империя, наконец, не вытеснила врага со своей территории.
Сама раса подразделялась на три вида: сирены, обладающие песенной магией, иары, способные читать ауры и гипнотизировать, а также албасты, что вызывали своей магией стихийные бедствия. Я относилась к сиренам, однако, лишь наполовину. После войны, когда существование русалок встало под угрозу, участились межрасовые браки, и произошло кровосмешение. Я знала, что и моя мама была русалкой, но я никак не могла вспомнить её лицо…Зато раз за разом в моей памяти всплывало лицо папы, с которым я, кажется, и жила…Он был хмурым и строгим, но очень красивым: с черными короткими волосами, колючей щетиной и аметистовыми глазами. Пока я не могла вспомнить нашу с ним жизнь, и почему в ней не было мамы…
— Не гоже детям морей в пустынях сидеть, — закурив, Урхас пустил струю дыма в сторону сада. Позади него стояли две огромные готовые картины, которые стража собиралась повесить в коридоре. На одной из них Ориас с суровым видом аккуратно прижимал меня к себе за талию, на другой — я, улыбаясь, держала смеющегося Альфинура под руку. — И, спасибо вам. Рано этому бедолаге помирать, не заслуживает.
«Урхас, вы прочитали мое письмо?» — взяв в руки чашку чая, я решила задать один из самых волнующих меня в последнее время вопросов.
Старик согласно кивнул и тяжело выдохнул.
— Читал я, читал…Не аукнется вам любопытство это?
«Незнание аукнется мне»
— Иногда лучше и не знать. Не думаю, что Ориас хотел бы, чтобы вы его историю узнали.
«Именно поэтому я спрашиваю у вас»
Урхас криво усмехнулся и стряхнул пепел.
— Зять он мне…Недолго, правда…
Я выдержала это откровение довольно стойко, сохранив на лице лишь спокойствие и заинтересованность, хотя внутри меня образовался ком, распирающий изнутри. Значит, у Ориаса действительно была жена? Но в нашей стране, где женщин гораздо меньше, разводы — вещь настолько редкая, что почти и не встречается. Так, неужели…
— У меня дочек две было…То старшая. Они с Ориасом с детства знакомы были, хорошо дружили, ну а потом как-то и до любви дело дошло…Вы, госпожа, не принимайте слова мои к сердцу близко, но любил он дочку-то мою. Давно то было, конечно, время прошло, и дочки-то моей…нет уже сколько…
Я вдруг почувствовала, как в горле сильно пересохло.
— Хороший он мужик, ему дальше жить нужно. Потому, рад я, что вы его пригрели. Вы с дочкой моей совсем разные, но оно и к лучшему, думаю…
«Простите, что спрашиваю, но, что с ней случилось?»
— Убили…Из-за Ориаса, как бы это не прозвучало, и убили, хотя прямой вины его здесь нет…
«Из-за…Ориаса?»
— Да, госпожа, — Урхас сделал сильную затяжку сигаретой, — он в страже прошлой рубиновой госпожи служил. Понравился ей. А Ориас, он же правильный. Верный. Отказал ей.
«Значит…»
— Даа…Прошлая госпожа своей гордостью не зря славилась. Ей, прекрасной и богатой, отказали…Все Императрицы жестокие. Вы отличаетесь, госпожа, но, не слушайте бредни старика, и ваша мать жестока, поверьте. Рубиновая Императрица мою дочку и убила. Решила, что станет Ориас свободным и деваться ему некуда будет… А та ж…беременная ходила…
Урхас замолчал. Конечно же, ему было тяжело вспоминать то, что наверняка разорвало ему сердце. Он не плакал, но его глаза сощурились, отчего вокруг собралось множество складок. Старик посмотрел куда-то в сад, я не решалась нарушить это молчание. Теперь все становилось на свои места. Значит, Ориас убил Императрицу в знак мести за две жизни. Думаю, именно поэтому Урхас и хотел спасти маара, ведь тот отомстил и за старика, что дорожил своей дочерью.
«Ориас не хочет жить потому, что считает себя виновным в смерти жены и ребенка?»
Старик ничего не ответил. Лишь едва заметно кивнул, закуривая вторую сигару.
Мне стало жаль Ориаса еще больше. Я не ошиблась в том, что он хороший человек, но, кажется мне, что его гложет что-то еще. Что-то, что не дает ему покоя, и что-то, что он, наверное, никому не расскажет.
Я слышала о прошлой Императрице Рубинового клана, поэтому, если в скором времени мне придется вступить в конфронтацию именно с ним, я буду чувствовать себя более уверенно, зная, что права. Смогу защитить того, в ком я не ошиблась. Однако…Что-то в этой истории не дает мне покоя…Вот только что…Недоговаривает ли мне что-то Урхас или же он и сам чего-то не знает?
— А вы…помните свою мать, госпожа?
Этот вопрос вдруг показался мне таким несуразным, что мне потребовалось время, чтобы понять его смысл. Я отрицательно покачала головой. Лица моей матери я не помнила и не могла вспомнить.
Урхас почему-то утвердительно кивнул, будто только и ждал этого ответа.
— Вам бы в края свои родные вернуться…
Я горько улыбнулась.
«Сами знаете, что мой статус мне этого не позволяет»
— Вы о том, что если попадете в Северную Империю, то потеряете все права в Центральной?
Я кивнула.
— Давно эта война была. А Империи до сих пор сквозь зубы разговаривают. Что наш Центр таким образом получить желает? Патриотов? Вместо этого у нас многие преступники начали пытаться бежать в Саэр. Не добегают правда. Да и в Северной Империи законы другие, все равно им там спокойствия не видать…Там же пристанище справедливости. Люди там хмурые, но по совести поступают…А мне они жестокими всегда казались. Помнишь, какие они расправы над пленными устраивали?
Я нахмурилась, а Урхас криво усмехнулся.
— Могу я вопрос вам задать?
«Да»
— Вас тянет…на родину? Вы ведь родились там, пускай и не помните.
Я задумалась. Я постоянно хотела выйти из дома и погрузиться не в закрытый искусственный водоем, а в море, океан, которые я видела на картинках в книгах. Можно ли назвать это той самой «тягой»? Ведь Северная Империя сплошь и рядом окружена водой…
Пожала плечами, переводя взгляд на остановившуюся в проеме фигуру Ориаса. Думаю, сейчас этим двоим есть о чем поговорить и без меня…