Глава 11
Что нам искать земель,
согреваемых иным солнцем?
Кто, покинув Отчизну,
сможет убежать от себя?
Служка почем-то повёл меня не к «сцене», как остальных гостей, а в соседний, Малый, зал. Там мы дошли до противоположенных дверей, немного прошли по основному коридору и свернули в неприметную дверь в стене, за которой был довольно таки узкий проход. Двум людям уже не разойтись.
В другой ситуации я бы скорее всего насторожился. Или хотя бы уточнил, куда этот человек меня ведёт. Но не сейчас.
У меня всё ещё не шёл из головы барон. Я абсолютно не представлял, что же с ним делать. Понятно, что то, что он меня узнал – очень опасно. Если фон Бюхель расскажет кому-нибудь у себя на родине, да хотя бы своему отцу – графу, то… А вот что будет дальше я мог лишь предполагать.
Возможно, что никаких последствий и не будет. Но с другой стороны, не зря же у Маркуса заблокирована часть памяти. Причёи именно тот период, который он, судя по всему, прожил у биологического папаши.
И, как на зло, даже спросить не у кого. У Ивана Васильевича? Так этот жук даже если знает что-то, то не расскажет. А если не знает, то начнёт плести очередную интригу. Да и где он сейчас? Понаобещал мне с три короба и пропал. Хоть бы какую весточку подал…
Хотя, на самом деле, ну его нафиг. Может быть будь боярин тут, то было бы немного проще. Но вот доверять ему нельзя. И ради собственных интересов он, не задумываясь, подставит меня под пулю. Ну или, если исходить из местых реалий, под меч. Собственно, он уже так делал.
По хорошему, для моей безопасности надо бы устранить фон Бюхеля. И быстро, не откладывая это дело в долгий ящик. Но с другой стороны – а за что? Лишь за то, что он в чужой стране заметил сходство местного боярина со своим правителем? Хм… Как-то это бесчестно.
Да, именно бесчестно. Уж не знаю, то ли я так сильно пропитался местным духом и взглядами на жизнь, но честь отныне – это не просто набор звуков. И свернув с пути чести, даже если никто не узнает, я сам себя перестану уважать. Мне так кажется.
Можно было бы официально вызвать барона на поединок и прикончить. Это было бы более честно. Но! Помимо чести есть ещё и совесть. А этот пацан хоть и не понравился мне с первого взгляда, но по сути ничего плохого не сделал. Да и не факт, что в поединке я смогу его победить. Вдруг у него какой-нибудь высокий ранг, а в придачу мастерское владение мечом?
За этими мыслями я особо не обращал внимание ни на что вокруг. Топал себе за провожающим, и топал. И лишь когда мы, пройдя очередной узкий коридорчик, вышли в какую-то комнату с большими двухстворчатыми дверьми, служка остановился и что-то мне сказав, вывел из ступора.
– Что? – переспросил я.
– Сдайте оружие, боярич, – негромко, но очень требовательно произнёс служка.
А служка ли?
Внимательно оглядев этого человека, я понял, что от прислуги у него лишь одежда.
Во-первых, почти все служки на приёме, насколько я успел заметить, были помладше.
А во-вторых, ни у кого из них не было такого взгляда. Словно этот человек на тебя не просто смотрит, а через оптический прицел разглядывает. И лишь ждет повода, чтобы спустить курок.
– А ведь ты не простой служка? – зачем-то спросил я.
– Да и вы не простой боярич, – холодно произнёс этот… человек.
– Куда мы пришли?
– К княгине. Я же говорил, она хочет с вами побеседовать.
– Почему здесь? С остальными гостями она разговаривала не вставая из-за своего стола.
– Значит вы ей интереснее остальных гостей, – невозмутимо пожал плечами собеседник. И вновь повторил: – Сдайте оружие, боярич. Иначе я не смогу вас пропустить.
– И что тогда? Пойдём обратно? – хмыкнул я.
– Значит пойдём, – немного подумав, кивнул он.
– А как же приказ кнгяини? И вообще, я понятия не имею, что за этими дверьми. Вдруг засада! А ты меня тут уговариваешь оружие сдать.
– Зачем засада? – даже слегка растерялся этот тип, растеряв всю свою невозмутимость. Но быстро собрался, и снова холодно и практически безэмоционально произнёс: – Подождите тут. Я уточню у княгини насчёт оружия.
– Не надо, – покачал я головой и расстегнув пояс со шпагой и кинжалом, передал его слуге. – Держи.
– Спасибо! – довольно искренне поблагодарил он. – Можете пройти.
За дверьми, которые несмотря на размер, открылись очень легко и беззвучно, оказался небольшой кабинетик. Насколько я понимаю – секретаря. Но в данный момент он был пуст. И тут была ещё одна дверь.
Ненастоящий служка за мной не пошёл, поэтому, не долго думая, я взялся за ручку и вошёл. Почему-то мысли постучать даже не возникло.
Хотя вру! Мысль такая как раз была. Но я её проигнорировал. Сам не понимаю из каких побуждений. То ли алкоголь виноват, то ли просто похулиганить захотелось. В общем, я просто открыл дверь и вошёл.
И попал в ещё один кабинет. В большой. И сразу видно что не секретарский. Слишком уж богатая обстановка. Огромный письменный стол. Шкафы с книгами и какими-то бугами. Пара огромных кожаных кресел в стороне. И даже большущий диван. А ещё сразу было видно, что работает в этом кабинете мужчина. Даже не знаю откуда возникла такая уверенность.
Саму хозяйку кабинета в первый момент я даже не заметил. Как-то она потерялась на общем фоне. Да и сидела неподвижно, утопая в глубоком кресле за письменным столом. И наверное даже не шевелилась, давая мне оглядеться.
И лишь когда княгиня заговорила, я, слегка вздрогнув от неожиданности, посмотрел на неё.
– Так вот ты какой, Маркус Дёмин… – негромко произнесла сидевшая в кресле девушка, нагло меня разглядывая.
А я в свою очередь рассматривал её.
Что можно сказать о Саблеславе Ульчинской?
Первое что приходит в голову – это то, что она красивая. Очень красивая. В Среднем зале это не так бросалось в глаза. Наверно из-за того, что сидел от «сцены» я всё же довльно далеко.
А второй мыслью было, что она очень сильно похожа на Ханну. Или Ханна на неё. Только у княгини кожа светлее. Почти белая. И глаза зелёные-зелёные, как у кошки. Да и в целом Саблеслава была как-то… породистее, что ли. И увереннее в себе.
Эта уверенность была во всём. Во взгляде, в наклоне головы, в голосе. Уверенность и какая-то внутренняя сила.
Зря этот псевдо служка у меня оружие забрал. Я сейчас отчетливо понял, что не справился бы с княгиней, даже будь у меня автомат Калашникова со спецбоеприпасами.
– Какой – такой? – спросил я, чтобы прервать затянувшуюся паузу.
– Вот и я думаю, какой ты на самом деле, боярич? – задумчиво протянула девушка, не прекращая меня разглядывать.
– Кхм, – негромко кашлянул я. – Чем обязан такой чести, как аудиенция?
– О чём я и говорю, – улыбнулась княгиня, посомтрев мне в глаза. – С виду непонятно кто. Мальчишка. Судя по оценкам в гимназии – не самый умный. А изъясняешься словно старый боярин, с полувековым опытом.
– Кхе! – на этот раз удивлённо кашлянул я.
– Вот тебе и кхе, – всё так же, с улыбкой, произнесла Саблеслава, и, неожиданно построжев лицом, спросила: – Как тебе приём, Маркус?
– Красиво, атмосферно… – отчего-то замямлил я. Сам не знаю как, но эта хрупкая с виду деушка подавляла. Словно та самая, пресловутая и воспетая в множестве романов аура власти окружала её, из-за чего я сам себе казался мелким и ничтожным. И это злило. Да, чёрт подери! Злило! И наверно именно благодаря злости, мне стало чуть-чуть легче. Настолько, что не подумав брякнул: – Традиции русские, опять же…
– Ага, традиции, – негромко рассмеялась Саблеслава. – Боярин Мороз мне, конечно, огромнейшую свинью подложил. Ещё чуть-чуть и вместо множества международных связей я получила бы несколько объявлений войны. Но гостям, к моему величайшему удивлению, понравилось.
– Кто же не любит хорошей драки?
– Вот-вот, – кивнула девушка. И грозно спросила: – Ты почто боярышню обидел?
Наверно кто-нибудь другой на моём месте испугался бы. Да и я сам тоже. Будь слова другими. А так у меня мгновенно возникла ассоциация, которую дополнило богатое воображение, обрядив княгиню в спортивный костюм, советского образца, в шапку Мономаха и добавило на её лицо бородку. И мне стало весело. Настолько, что я заголосил:
– Не вели казнить, вели слово молвить!
– А? – растерянно приоткрыла ротик Саблеслава. Потом до неё видимо дошло, она закрыла рот и нахмурилась. – Насмешничаешь, что ли, боярич?
– Никак нет, княгиня, – сделав серьёзное лицо, вытянулся я в струнку. – Просто не понимаю, какую боярышню мог обидеть. И когда.
– И правда не слишком умный, – пробормотала себе под нос княгиня. Затем добавила: – Боярышню Синицыну ты обидел. Сегодня.
– Не помню такого, – открестился я.
– Не помнишь? Ну-ну! Сделаю вид, что поверю. Между прочим, именно из-за Синциной боярич Каганов лишился руки. А ты чуть было не лишился жизни.
– Это как так?! – не на шутку удивился я.
– Любит он её, – пояснила княгиня.
– А я тут при чём?
– А она ему, не от большого ума, сказала, что за тебя замуж выйдет.
– Да с какого перепуга?! – совсем уж офигел я. – Я её знать не знаю.
– Эх, – вздохнула Саблеслава, – все вы, мужики, дуболомы непонятливые. Хоть и бояре.
– Вот тут даже соглашусь. Этот Каганов совсем дебил. Какого хрена он вообще меня на поединок вызвать решил? Нельзя, что ли, было просто подойти и поговрить?
– Боярич, – округлила глаза княгиня, – а ты не забыл с кем разговариваешь? Я тебе что, подружка?
– Прощеньица просим, княгинюшка! – усмехнулся я. От былой растерянности не осталось и следа. Да и девушка, что так и продолжала сидеть в слишком большом для неё кресле, больше не подавляла. Обычная красивая девчонка. Хоть и княгиня. Да к тому же и непонятная. Чего ей вообще от меня надо? А то, что что-то надо – это однозначно. Иначе к чему вообще эта встреча тет-а-тет?
– Балабол! – фыркнула Ульчинская. – Ладно, поговорим серьёзно. Хочу, чтобы ты знал. Я не хотела этой дуэли. И хоть Каганов мой боярин, но в данной ситуации я была на стороне Дёминых. И сделала всё, чтобы решение принимал Михаил Васильевичем. Ему достаточно было всего лишь сказать, что он против. И никакого поединка не состоялось бы. Понимаешь?
– Я, в принципе, так и думал.
– Но боярин Михаил, – продолжила княгиня, не обратив внимания на мою реплику, – зачем-то решил усугубить конфликт. Или же попросту избавиться от тебя, боярич. Никто ведь не думал, что ты сможешь победить. И боярин Иван, хоть и мог повлиять на брата, но не сделал этого.
– К чему ты клонишь, Саблеслава Мечеславовна? – серьёзно спросил я, понимая, что начался тот самый разговор, ради которого мне и назначили аудиенцию.
– К тому, Маркус, что в роду Дёминых тебе будет очень сложно выжить.
– А без рода Дёминых ещё сложнее.
– Возможно, – кивнула княгиня. – Но есть варианты.
– Я весь внимание!
– Мой отец, князь Мечеслав, – заговорила Саблеслава, после небольшой паузы, – был очень дружен с Михалом Васильевичем. С самого детсва. Именно поэтому он терпел род Дёминых на нашей земле.
– Терпел? – уточнил я.
– А ты как думаешь? Сильнейший боярский род, который выращивает элитных бойцов, располагается большей частью на землях княжества Ульчинского, но при этом служит Государю. Тебе такое понравилось бы?
– К счастью я не князь.
– И мой отец терпел, – снова не обратила внимания на мои слова княгиня. – Потому, что всегда мог поговрить с главой рода и решить любые разногласия. Но теперь всё изменилось. Бояре Дёмины практически посходили с ума и делают что хотят. А я совсем не представляю, чего от них ждать!
– Тут я помочь ничем не могу, – развел я руками. – Не имею должного веса.
– Ошибаешься, – наконец-то услышала меня княгиня. – Можешь.
– Да? – развеселился я. – И чем же? Пойти к боярину Михаилу и советы ему давать? Дескать: Михал Василич, ты не прав! Негоже так делать! Вертай всё в зад!
– Зря насмешничаешь, – нахмурилась Саблеслава. – Советы боярам не нужны. Не очень они их любят. А скорее – совсем не любят. А вот приказы они выполнять привыкли. Как-никак служивые все люди.
– То есть я им приказывать должен?
– Не им – роду! – веско произнесла княгиня. И каким-то торжественным тоном добавила: – Когда станешь во главе!
– Да ктож меня посадит?
– Я. Моя помощь. Ты вообще интересуешься делами внутри своего рода?
– Да не особо, – пожал я плечами. Что-то этот разговор мне всё меньше и меньше нравился.
– Серьёзно? – удивилась княгиня. – Впрочем, не важно. Я поясню. В роду Дёминых вовсю цветёт недовольство политикой правящих бояр. И многие дети боярские уже, – выделила она интонацией – готовы пойти за тобой. Понимаешь?
– Допустим. А как же боярин Михаил? Он же не станет смотреть, как из его рук власть забирают.
– С ним я тебе помогу.
– А боярин Иван? Он всего лишь в ссылке, насколько я понимаю. Но род свой любит. Душой за него болеет. К тому же – Богатырь.
– Богатыри тоже смертны, – очень спокойным тоном произнесла Саблеслава.
– О как! А во главе рода стану я – приёмыш, не имеющий ни капли крови Дёминых?
– Именно так.
– И для этого мне, наверное, надо продать душу? – иронично уточнил я.
– Да кому она нужна, твоя душа? – не приняла шутки девушка. – Нет, ты всего лишь приведёшь род под мою руку.
– А ты не боишься, Саблеслава Мечеславовна, что расскажу про этот разговор боярину Дёмину?
– Ты, Маркус, много не знаешь и не понимаешь. Конфликт с твоим родом лишь дело времени. Слишком уж грозная сила у Дёминых. И, заметь, абсолютно мне неподконтрольная. Да и не только в этом дело…
– А в чём же? – спросил я. Хмеля в голове как и не бывало. Кроме того, я скастовал на себя ещё одно «Малое исцеление». И приготовил парочку боевых заклинаний, на случай, если меня начнут убивать. А судя по тому, куда свернул этот разговор, вероятность такого исхода очень даже велика. Чтобы там не говорила княгиня.
– Как раз в том, что род Дёминых служит Государю, – после непродолжительного молчания, произнесла Саблеслава. – Я – последняя из рода князей Ульчинских. Понимаешь, что это значит? Молодая незамужняя девчонка правит большим и богатым княжеством. Вот чтобы ты сделал на месте Великого Князя?
– Ничего, – пожал я плечами. – Упаси меня светлые боги от такой должности.
– Эх, – обиженно надула губы княгиня. – Сложно с тобой, боярич.
– Да я простой, как коромысло!
– Вот-вот! Простой он… Ладно… На месте Государя я бы постаралась земли княжества забрать под свою руку. Причём забрать тоже можно по-разному. При хорошем для меня раскладе, он пришлёт сватов. Например, от имени своего младшего сына. Я слышала, он его очень любит. А при плохом, он пришлёт легионы. Или натравит на меня кого из других князей. Вариантов много. Но все они меня не устраивают. Да и крови прольётся немерено. Крови моих подданных! Моих бояр и детей боярских!
– Я до сих пор не понимаю, причём тут боярич Дёмин, – негромко произнёс я, впечатлённый её откровенностью.
– А притом, что если во главе рода Дёминых останется боярин Михаил, то я не смогу быть уверенна, что он, в случае чего, не ударит в спину.
– То есть, если во главе стану я, то не ударю?
– По крайней мере, я на это надеюсь, – улыбнулась Саблеслава. – А полностью в чём либо быть уверенным нельзя.
– Понимаю…
– Ну, а раз понимаешь, то отвечай! Принимаешь моё предложение?
– Нет, конечно.
– Почему? – искренне удивилась княгиня.
– О, причин много. Во-первых, я не хочу править родом. По крайней мере – пока. Это же какая ответственность! А я, между прочим, ещё в гимназии учусь.
– Тебе помогут.
– Понятно, что помогут. Но всё равно не хочу. Да и не в этом дело. Вот ты, княгиня, говоришь, что прольётся много крови твоих людей. Да? А прими я твоё предложение, и будет литься кровь Дёминых. Потому что бояре и дети боярские может и недовольны правлением Михаила Васильевича. Но и так просто скинуть его не дадут. То есть кто-то, допустим, пойдёт за мной. А кто-то останется верен своему долгу. И что из этого выйдет? Бойня! Брат пойдет на брата. Сосед на соседа. Кто-то, возможно, под шумок сведёт личные счеты. В итоге кровь польётся рекой, а род Дёминых ослабнет настолько, что тебе не составит труда забрать его под свою руку. И для этого уже будут не особо нужны бояре Дёмины. Даже такие молодые и глупые, как Маркус…
– Да уж, глупые… – неожиданно рассмеялась Саблеслава. И, если честно, напугала меня этим больше, чем если бы начала гневаться. – Как бы я хотела, чтобы у меня хотя бы половина бояр была такими же глупыми! Значит, не хочешь становиться во главе рода?
– Не хочу! – твёрдо заявил я.
В кабинете, после моих слов, повисла напряжённая тишина. Княгиня о чём-то думала, с интересом меня разглядывая. Я же стоял практически не шевелясь. Смотрел на её красивое лицо и готовился прорываться с боем из кремля. Чёрт! А ещё ведь и Ваську надо вытащить! Витю и Ханну она вряд ли тронет…
– Знаешь, – наконец-то заговорила княгиня, – как владычица княжества Ульчинского, я разочарована. Но как княгиня, я бы хотело иметь такого подданного.
– Какого – такого?
– Верного! Верного роду, который неоднократно пытался его убить. А помимо верности есть в тебе боярич и ещё одна очень важная черта. Важная, именно для боярина. Ты о своих людях радеешь. Так же как и я. Наверное сейчас думаешь, что княгиня Ульчинская безжалостная стерва? А я всего лишь хочу оградить от горестей своих подданных.
Если бы не общая серьёзность и нервозность ситуации, то я бы расхохотался. Это я верный роду? Да прям конечно! И боярина Михаила на пару с его братцем жалеть не стану. Но дело в том, что в первую очередь в любом случае прилетит именно мне. Да и те люди, что служат роду Дёминых, не виноваты ни в чём. Возможно, среди них есть много сволочей. Но есть и достойные. Такие, как Егор Зареченский. Или боярский сын Александр Сильнов. Случись в роду раскол, и они, так как поддерживают меня, первыми попадут под раздачу. Хм… А может, быть верным роду – это и есть забота о людях? И не так уж и не права Саблеслава?
– А как ты смотришь, боярич, чтобы совсем выйти из рода? – снова заговорила княгиня.
– Это как?
– Да просто! Ты выходишь из рода, и идёшь под мою руку. Титул боярского сына я тебе дам. И землю в кормление. Будешь под моей рукой. Никто тебя больше просто так обидеть не посмеет.
– Заманчиво, конечно…
– Заманчиво, но нет? – уточнила Саблеслава.
– Заманчиво, но нет!
– Что же ты упёртый-то такой, боярич? На этот раз что тебя не устраивает?
– Я пока не хочу служить кому-либо, – честно ответил я.
– Ты уже служишь! – раздражённо бросила княгиня. – Служишь государю! Служишь роду! Служишь боярам Дёминам, будь они неладны! Так почему не хочешь послужить мне?
– Государь далеко. И призовёт меня только в случае войны. Служу роду? Вряд ли. Пока что род служит мне. Обеспечивает. Кормит. Одевает. Учёбу, вон, оплачивает. А насчёт службы боярам Дёминым… Да накой я им сдался? Они меня выпихнули из посёлка и забыли. Живи, как хочешь. Вот я и живу. Так, как хочу. Пока всё нравится.
Снова замолчали. Княгиня пристально меня разглядывала. Очень пристально. Словно диковину какую. И что там у неё в голове творилось в это время, я даже не представляю. Но! То напряжение, что почти физически ощущалось раньше, исчезло. Словно она передумала меня убивать. Знать бы ещё – почему?
– Эх, боярич! – неожиданно усмехнулась девушка и, закинув руки за голову, потянулась. При этом верх платья так обтянул её грудь, что весь предыдущий разговор моментом вылетел у меня из головы. А там было что обтягивать! Вот прям было! – Интересный ты человек! А знаешь, у меня есть ещё одно предложение.
Она неожиданно встала, вышла из-за стола и начала мерить комнату шагами. Шесть шагов вправо. Разворот. Шесть шагов влево. А я стоял и смотрел, совсем уж ничего не понимая. Что за предложение-то? Уж не руки ли и сердца?
– Как ты смотришь на то, – княгиня резко остановилась напротив меня, – чтобы жениться?
– Э-э-э, – завис я. Вот как знал! – Ты меня, княгинюшка прости! Но я пока не хочу. Только без обид! Ты девушка красивая. Властная. Княгиня к тому же. Умная… Наверно. Но рано мне пока.
Боже, что я несу? Это всё от растерянности. Хоть я и подумал об этом только что. Но не всерьёз же!
Княгиня тоже зависла. Округлила в удивлении глаза, став похожа на какую-то забавную анимешку, и даже ротик приоткрыла. Красивая она всё же…
– Да ты боярич совсем дурак, что ли? – наконец-то вышла из ступора Саблеслава и, ожидаемо, начала ругаться. – Ты чего удумал? Что я за тебя замуж хочу? Больной совсем? Я хотела тебя на одной боярышне женить! На боярышне, понимаешь? Тогда бы и ты сразу боярином стал. А ты решил сразу князем?
Упс!
– Подожди! – резко замолчала княгиня. – То есть ты подумал, что я тебе предлагаю князем стать? И отказался? От меня? Красивая, говоришь? И, наверное, умная? То есть, не уверен в этом?
Саблеслава снова на секунду замерла, а потом – бац! И она уже стоит рядом со мной. Практически вплотную. И держит правой рукой меня за воротник.
Это было проделано настолько быстро, что я даже не успел заметить её движения. Какой же у неё ранг?
– Ты, Дёмин, совсем страх потерял? – прошипела Саблеслава мне в лицо. И почему-то в этот момент она была похожа на большую рассерженную кошку. Очень красивую кошку! Особенно глаза, что были сейчас всего лишь в десяти сантиметрах от моих. В их зелени можно было утонуть…
А губки какие! И носик! А ещё от девушки очень приятно пахло каким-то парфюмом. И это окончательно снесло мне голову.
Сам не понимая, что делаю, я положи руки ей на талию, притянул к себе и поцеловал.
Княгиня вначале даже растерялась и, похоже на автомате, ответила на поцелуй. Но спустя несколько очень приятных секунд её ладони уперлись мне в грудь и она, надавив, чуть-чуть отстранилась.
В её взгляде в этот момент столько всего намешалось. И удивление с растерянностью. И немного злости. И… желание.
Спустя пару мгновений давление на мою грудь исчезло, и мы снова слились в поцелуе. А затем я переместил свои ладони с её талии ниже, приподнял и понёс к такому удобному дивану…