Глава 5.8

— Молчишь? Не ожидала меня увидеть? — склабился джинн, а глаза, изучающие Мишель, оставались холодными. Злыми.

— Мы просто хотели отдохнуть, — попыталась прояснить ситуацию Заури.

Джинн отмахнулся от русалки, как от назойливой мухи.

— Что глазками хлопаешь, рыженькая? — ухмыльнулся джинн. — Как насчет минетика?

У Мишель даже рот приоткрылся от такого чудовищного хамства. Хуже всего, что это не прошло незамеченным и дружки джинна погано заржали.

— Да не здесь, — заверил ее Дэенис, и эти слова послужили сигналом для новой волны веселья прихвостней. — Зайдем в какую кабинку в туалете — и погнали. Самое место для тебя.

Рот Мишель закрылся, а сама она побагровела от злости.

Русалка рядом дрожала крупной дрожью, перепуганная насмерть. Мишель сама испугалась до икоты. Но она не позволит так говорить с собой, а тем более… относиться к ней, как к грязи под ногами…

Она бросила взгляд на охрану, до этого с невозмутимо-сосредоточенным видом вглядывающуюся в толпу танцующих… а сейчас с интересом озиравшихся… куда угодно, только не на них.

Заметив ее взгляд, джинн осклабился еще шире.

— Ну что, рыженькая? — спросил он. — Некому пожаловаться? Никто не поможет?

Мишель сглотнула.

— Пошли? — продолжал издеваться джинн. — Так и быть, после того, как отсосешь, с условием, если постараешься, как следует, можем считать, что маленькое недоразумение, возникшее между нами, исчерпано.

Он действительно все продумал, подумала Мишель. Она узнала его тайну — теперь он настаивает на том, чтобы знать ее. На этом действительно будет все. Если она вякнет кому-нибудь о том, что видела тогда, он растрезвонит на всех углах, что она отсасывала ему в туалете. А может, не ему одному. С этих отморозков станется заснять на линкофоны происходящее…

Что-то скользкое коснулось пальцев, принялось перебирать холодными лапками вверх… Мишель, бросив взгляд на свои руки, ничего не обнаружила.

— Мишель, — простонала рядом Заури. — Силовые наручники. Мы не отобьемся. Охрана куплена. Скоро чары лягут на рот… и откроем его, только когда они разрешат.

«И для чего они разрешат», — пронеслось в мыслях Мишель.

А потом, сама не зная почему, бросила взгляд на вип-ложу, в которой сидел инкуб.