10. Отчаяние творит чудеса

И это действительно оказался Ишум. Но как же плохо он выглядел: голова разбита, скафандр разорван в нескольких местах и из ран натекло уже немало крови вокруг него. Одна рука у него была вывернута под немыслимым углом. Но самое страшное, что его грудная клетка не поднималась. Я приложила голову к его груди, в надежде услышать стук сердца. Наша анатомия должна быть похожа и где-то там у него тоже должно биться сердце. Но я ничего не услышала. Я трясущимися руками попыталась поднять ему веки, чтобы увидеть реагирует зрачок на свет или нет. Но перчатка скользила мокрому от крови лицу и никак не могла поднять веко. Я даже не знаю, как к нему прикоснуться, чтобы еще сильнее не травмировать. Мысль о том, что Ишум может быть мертв я гнала от себя. Я судорожно тыкала символы в виртуальной клавиатуры от своего скафандра, пытаясь найти среди кое-как работающих программных опций хоть что-то, могущее мне помочь диагностировать состояние Ишума. Нашла, какой-то пульсомер, мой пульс зашкаливал согласно его показаний, а вот у Ишума, я как не старалась, эта программа пульс не находила. Я продолжала искать диагносты. Нашла опцию аптечки, где было доступно только обезболивающее и что-то типа антибиотика. Снова не то. Вот, что — то похоже на наше МРТ, кардиограмму и общий анализ крови одновременно. Я провела руками вдоль тела Ишума, затем из одной из ран взяла немного крови в выдвинувшийся из моего скафандра откуда-то в районе запястья тонкий щуп. Теперь надо подождать.

Сижу и смотрю перед собой. Передо мной крутится проекция тела Ишума со всеми повреждениями костей и органов, которые выявил диагност. Это очень не радует. Ведь кроме обезболивающего мне ему предложить нечего. А учитывая состояние его скафандра, то у него и этой возможности нет. Внезапно передо мной побежали результаты анализа крови. Я не понимаю в этом ничего. Что мне сейчас дадут уровень тех или иных элементов в его крови? Я дошла до конца текста, который мне выдал диагност и тут меня прошиб холодный пот: клиническая смерть, у него клиническая смерть. А вот теперь точно конец, подумала я. Из клинической смерти я его не выведу, устройство связи не работает и моя способность к телепортации тоже недоступна. Значит, мы с ним умрем здесь непонятно где. Сначала он, а затем я. Как жаль, что я отказалась брать с собой Нибиру. Он бы наверняка что-то придумал. А так, я даже не знаю, поймет ли он что меня надо уже искать. А главное, где искать. Потому что мне кажется, что мы явно где-то не на этом злосчастном астероиде. Ведь если бы были там, то мои способности работали бы. А тут что-то их блокирует.

Я посмотрела на Ишума, и подумала — Неужели мы с ним так нелепо погибнем? Он прыгнул за мной. Но думал ли он о том, что может так ситуация повернуться?

Решила, что его сломанную руку нужно положить правильно. Даже если он ничего не чувствует, то пусть его тело лежит красиво. Я взяла его за израненную левую руку и повернула ее под нужным углом, аккуратно положив рядом с его телом. С трудом встала и обошла Ишума, сев с другого бока, чтобы и вторую руку положить вдоль тела. Взяла его за правую руку, положила ее к телу. Продолжая держать его за руку, я еще раз посмотрела ему в лицо. Истерика началась внезапно, я рыдала и повторяла, что мне жаль, как мне жаль. Я рыдала и рыдала, сил сидеть не было и я упала рядом с его телом, так и не отпустив руку. Сколько я проревела — не знаю, но внезапно почувствовала, что меня как будто кипятком окатило, а затем по телу прошла ледяная волна. От моих рук на тело Ишума потекла темная дымка с золотистыми искорками. Она впитывалась в его тело, излечивая все повреждения. Внезапно его рука дернулась в моей, и он судорожно задышал. В этот момент от меня в разные стороны устремились темные волны, затем вспыхнуло знакомее мне золотое сияние и снова все погасло. Проморгавшись, я увидела, что Ишум открыл глаза и смотрит на меня.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.

— Как с того света вернулся, — честно ответил Ишум. — Последнее, что я помню до того как отключился, это как радужное сияние охватывает нас, мы ударяемся о стену образовавшейся трещины и ты теряешь сознание. Я только успел притянуть тебя к себе и схватить обеими руками, как вспыхнул свет. Наше падение как будто остановилось, а затем я с тобой на руках продолжил падать, но уже где-то не там. Стены были другие. Системы моего скафандра отключились, я несколько раз ударился о стены, стараясь уберечь твою голову от ушибов, Потом мы с тобой все же ударились о какую-то конструкцию и проломили ее. В итоге упали на край площадки. От удара я выпустил тебя из рук и ты откатилась от края, а я не успел схватиться и продолжил падать. А сейчас я открыл глаза и увидел тебя.

— Ты живой, — прошептала я. — Как же это хорошо, что ты живой.

— Расскажи свою часть истории, — попросил Ишум- Как ты оказалась рядом со мной?

— Я пришла в себя, мне было очень плохо и все болело. Попыталась дозваться тебя, ты не отвечал. Я решила тебя искать. Мой скафандр так же поврежден, но в итоге мне удалось его настроить так, чтобы появился свет и можно было хоть немного осмотреться. С этой площадки я тоже упала. Прежде чем найти тебя долго ползала, проверяя все темные фигуры. Нашла груду сломанных панелей и какой-то непонятный куб с проводами. Потом нашла и тебя. У тебя были страшные раны. Диагност выдал, что ты в состоянии клинической смерти. У меня началась истерика, а потом ты очнулся, — честно отрапортовала я. — Ты не можешь себе представить как я рада тому, что ты со мной.

— Почему ты не телепортировалась на корабль со мной? — спросил Ишум.

— Видишь ли, а я не могу. Не работает во мне эта функция, — погрустнев ответила я. — Я не знаю где мы и как будем выбираться, но телепортация нам не помощник, во всяком случае мне. А ты можешь попробовать сам перенестись хотя бы на пару метров?

Ишум попробовал, было видно, что он напрягся, но кроме слегка дрогнувшего пространства ничего больше не произошло.

— Странно. Но будем все решать постепенно, — сказал Ишум. — Давай проверим наши ресурсы питания скафандров.

— А как? — спросила я.

— На виртуальной клавиатуре нужно найти красный значок, похожий на треугольник. Он изображен основанием кверху и заштрихован зелеными полосками, — сказал мне Ишум.

Я с трудом нашла то, что он сказал. Нажав на этот треугольник, я получила информацию о том, что у меня 70 % питательного раствора.

— У меня показывает 70 %. А как это едят? Как из скафандра появляется еда? — спросила я.

— Никак, — смеясь ответил Ишум. — Специально иглой внутри скафандра тебе вводится питательный раствор прямо в вену.

— А как я им поделюсь с тобой? — недоуменно спросила я.

— Надеюсь, тебе не придется этого делать. Я могу долго обходиться без еды без потери работоспособности и активности организма, — ответил Ишум.

— Можно я тебя обниму? — невпопад попросила я — Я все еще не могу поверить в то, что ты живой и я тут не одна.

Ишум с трудом сел.

— Обними, если хочешь, — тихо сказал он мне. — Я обещал тебя защитить, но как-то все неудачно пошло. Скорее ты меня защищаешь сейчас, чем я тебя. Едой вот намерена делиться.

Я обняла его. Какое-то время мы молчали. В тишине мне казалось, что стресс меня прямо физически отпускает, расплетаются какие-то тугие узлы в моей нервной системе и я могу дышать спокойно. Ишум легонько прижимал меня к себе одной рукой, а другой тихо гладил меня по голове и по плечам. Мне было спокойно в его объятиях. И уютно. Мне было все равно что его лицо и голова все еще в крови, да и мое лицо тоже испачкано кровью, что мы с ним застряли неизвестно где и неизвестно как будем выбираться, сейчас мне было просто хорошо и я жила этим моментом. Как будто мы снова с ним сидим напротив сада на корабле и любуемся белыми и синими деревьями.

— Еда у меня есть благодаря тому, что ты сделал все, чтобы меня защитить от ударов во время падения. И за это я тебе тоже благодарна, — наконец решила я прервать наше молчание.

— Я мог и должен был тебя защитить. Этого требовала моя честь, — спокойно ответил мне Ишум- Я дал тебе слово.

— Хватит на сегодня сложных разговоров, — сказала я Ишуму. — Давай попробуем поспать, а потом пойдем искать выход отсюда.

Мы легли с ним на пол. Одну руку он положил под голову, а второй подгреб меня к себе поближе. В итоге моя голова оказалась на его плече. Спорить я не стала, ведь так лежать было удобнее. Я закрыла глаза и стала слушать мерное дыхание Ишума. В итоге я быстро уснула. Ишум тоже заснул.

Мы не видели как по кубу, обвитому проводами, который попался на моем пути вдруг интенсивно забегали непонятные символы, затем от него отделилась верхняя плоскость, затем боковые грани, а нижняя опустилась на пол вместе с непрозрачным саркофагом. Крышка саркофага откинулась. В нем находилось существо около трех метров ростом, с кожей стального цвета и большим, вытянутым черепом. Какое-то время после открытия крышки существо лежало, а затем резко открыло глаза и встало. Существо с трудом покинуло саркофаг, его шатало от слабости. Оглядевшись по сторонам, оно заметило нас с Ишумом и двинулось в нашу сторону абсолютно беззвучно.