Глава 2
Хорг стоял на дне котлована, упер руки в бока и смотрел, как очередной болван размазывает по земле нечто, отдаленно похожее на раствор.
— Ты чего мне суешь, дуркобес? — гаркнул он и ткнул пальцем в корыто. — Это раствор или каша? Жиже мешай! Воды тебе жалко, что ли? Так напотей до нужного объема, а не выходит — бери лопату и иди землю кидать, там много ума не надо.
Что хотел ответить болван с корытом, так и осталось при нем, ведь север в этот миг полыхнул так, что белый отсвет плеснул даже на дно ямы, а следом всю деревню накрыло волной Основы, и людей придавило разом, от макушки до пяток.
Лопаты замерли, голоса смолкли, и в котловане повисла такая тишина, какой тут не бывало с самого начала работ. Хорг распрямился и уже знал, откуда это, безо всяких догадок. Рей не так давно ушел на север, столб свой особенный достраивать, и рвануло вроде как раз с той стороны.
Здоровяк простоял еще пару мгновений, и когда понимание окончательно закрепилось в голове, сразу побросал всё прямо там и полез по стенке котлована вверх. Сверху потянулась чья-то рука, Хорг вцепился в нее, подтянулся, и под его весом мужик с коротким воплем слетел вниз, аккурат в корыто с густым раствором. Со второго захода Хорг вылез сам, больше ни на кого не полагаясь, да и желающих помогать больше не нашлось.
По деревне он бежал тяжело, но скоро, и паника вокруг набирала обороты с каждым его шагом. Стражники орали команды, бабы хватали детей и волокли под навесы, а навстречу несся мужик с полным ведром воды, сам, похоже, не понимая, куда и зачем эту воду тащит.
У стены по рельсам катили баллисту, прямо на ходу натягивая тетиву и разворачивая ее в сторону леса, и Хорг проскочил понизу так близко, что задел плечом одну из подпорок дорожного полотна. Та выстояла, а вот мужик наверху не удержался, и за спиной раздалась отборная ругань, а сам бедолага повис на руках.
К северным воротам он подбежал ровно в тот момент, когда один из стражников примерился топором к веревке противовеса и рубанул. Решетка ухнула вниз и встала в землю прямо перед носом, обдав Хорга пылью и мелким сором.
— Ты что творишь, дебил⁈ — Хорг едва успел отшатнуться. — Беги отсюда, пока я тебя самого под нее не сунул! На кой ты ее уронил⁈
— Угроза с севера! — рявкнул в ответ стражник, не выпуская топора. — Всё по инструкции, Гундар велел опускать если что не так, вот я и опустил!
Поднимать решетку руками без толку, на ней шипы, и при резком рывке они срабатывают, так что лезть туда означает остаться без рук. Хорг секунду глядел на опущенные зубья, обновляя в голове план, и следом развернулся к баракам.
Ближайшая секция стояла вплотную к частоколу, и крышу ее залили совсем недавно. Хорг забрался наверх, ступил на свежую заливку, и под сапогом продавилась глубокая вмятина. Бетон схватился и держал, но каждый шаг оставлял за собой вдавленный след, а снизу уже надрывался Бьерн, разглядев, что делается с его работой. Слов Хорг не разбирал, да и слушать было некогда.
Оттуда он перебрался на гребень частокола, где уже замерли шесть баллист с натянутой тетивой, и чуть не запнувшись перескочил через рельсы.
С внешней стороны стены болталась строительная веревка, забытая после стройки, и Хорг ухватился за нее покрепче. Спуск пошел вроде как гладко, но ладони у него еще не обсохли от раствора, хватка поехала, веревка с шипением проскользнула, обожгла кожу, и пальцы сами собой разжались. Падать оставалось не так высоко, но достаточно, чтобы перевернуться через голову и ухнуть в ров. По склону Хорг съехал на самое дно, в жидкую грязь, выбрался весь в земле и глине и побежал дальше.
Столб силы было видно еще со стены, и башенка осталась целой, даже светилась ровным теплым светом, будто ничего и не случилось. А рядом, на вытоптанной земле, раскинув руки, лежал Рей. Волосы у него стояли дыбом и потрескивали мелкими искрами, а на перемазанном лице застыла блаженная улыбка.
Хорг подлетел, рухнул на колени, сгреб его за плечо и тряхнул.
— Рей! Живой⁈
Рей медленно повернул к нему голову, и в его расфокусированном взгляде плавало такое довольство, какого Хорг у него отродясь не видел.
— Хы…
* * *
Надо мной висело небо, по нему лениво полз клочок облака по форме напоминающий пулемет… И в эту мирную картину влезла строчка, которую глаза поймали не сразу, буквы то расплывались, то снова собирались в фокус.
[Возведение строения специального назначения завершено]
[Путь Созидания III: 20% → 47%]
Вот это я понимаю прибавка, почти двадцать семь процентов за одну постройку, и сразу ясно, что возился я с этим колодцем не впустую. Ну и надо сказать, что награда вполне заслуженная. Ворота — это хорошо, лазарет тоже очень даже неплохо и за такое принято награждать.
Но вот полезность столба силы сложно переоценить, он ведь действительно способен перевернуть с ног на голову все представления об удобствах и благах цивилизации! Это может и не электростанция в привычном для меня понимании, но явно штука ничуть не хуже. Осталось только рун напридумывать новых, чтобы можно было греть воду, например, или толкать ее по трубам…
Жаль только, что Разрушение даже не дрогнуло, и вот это уже слегка обидно, волну-то моя постройка выдала на загляденье, такую, что вон полдеревни сейчас, наверное, прощается с жизнью. Видимо, выброс лишней Основы за разрушение не засчитывают, ну и ладно, переживу.
Хорошо-то как… Основой приложило будь здоров, настолько крепко, что я успел отрубиться на какое-то время, а сейчас перед глазами пляшут мушки и в ушах чуть звенит. И ведь что удивительно, не больно ни капли, наоборот, по телу разливается тепло, и шевелиться нет ни малейшего желания.
— Рей, собака, какого хрена ты тут натворил⁈ — сквозь звон пробивался голос Хорга, но это меня сейчас волнует в последнюю очередь.
Если поскрести память, всплывает вся утренняя возня, как продолжение вчерашней вечерней. Положил несколько колец кладки, замешал раствор жиже обычного да присыпал его големовой щебенкой от души, поправил разбежавшуюся проводку и принялся лить.
Ведерко за ведерком, смесь почти как вода, чтобы протекла до самого низа и облепила каждый камень. Вот с вибрацией пришлось осторожничать, рог штука мощная, а сердце мне нужно целым, не хватало еще дотрясти шар до новых трещин. Так что пожужжал самую малость, ровно настолько, чтобы раствор сполз в горку камней под сердцем и улегся там без пузырей, потом подлил еще, и доливал, пока уровень не накрыл срез и не подобрался к середине черного шара. На этом заливку я и остановил, к сердцу нужен доступ, замуровывать его наглухо никакого резона нет.
Если совсем коротко, столб силы теперь куда больше смахивает на колодец, и провозился я с ним дольше, чем рассчитывал. Думал управиться к ночи, а сейчас, если солнце не врет, скоро полдень. Виновата крыша, без нее было никак, иначе в колодец натекло бы воды, а зимой эта вода примется замерзать и оттаивать, давить на кладку и сердце, пока что-нибудь не лопнет. Хотя расколоть кладку, в которой сидит пара сотен рун восстановления — это надо постараться, я бы на такие попытки даже глянул с любопытством.
Крышку слепил пока облегченную, по тому же принципу, что и на бараках. Сплел каркас из веток, обмазал глиной, придал форму и сверху прошелся бетоном. Получился конус больше метра в поперечнике, и в одиночку поднимать эту бандуру было то еще удовольствие, спина до сих пор недовольна. Зато ничего не развалилось, колпак сел на горловину как влитой и стоит себе ровно. Работой я доволен, и система, похоже, тоже, Основу мне залила доверху, оттого и валяюсь сейчас в полном благодушии, плавлюсь от удовольствия.
Хорг рядом продолжал возмущенно бубнить, подтянулся еще народ, затопали, загомонили, но мне до них пока нет никакого дела. Приподнялся на локтях, помотал головой, разгоняя муть, и решил все-таки глянуть, что у меня вышло. Ладно, тут уж грех пожалеть единичку и не потратить ее на анализ.
[Анализ объекта…]
[Анализ завершен]
[Объект: строение специального назначения. Конструкция завершена]
[Несущий контур: замкнут. Режим: рабочий]
[Источник Основы: сердце великого гранитного голема]
[Эффективность конструкции: 71%]
[Целостность ядра: 18%. Состояние: деструкция остановлена]
[Текущее потребление: 0,7% мощности источника]
[Восстановление ядра: недоступно. Для запуска требуется нагрузка не менее 30% мощности]
[Примечание: с началом восстановления пропускная способность источника возрастет]
Ну вот, замкнул контур, и кладка сразу ожила по-человечески, эффективность подскочила в разы, как я себе и обещал. С сердцем тоже порядок, крошиться оно перестало, и это, пожалуй, главная новость дня.
Вот только до настоящего восстановления еще пилить и пилить, потребления у меня кот наплакал, а нужно его куда больше, иначе сердце так и зависнет на одной отметке, не отремонтируется ни на волосок и останется таким же хрупким. Сейчас ведь к нему можно просто прикоснуться, и оно развалится на куски, это мы уже проверяли.
Выходит, склад теперь нужен даже не позарез, а еще вчера. Один он сожрет столько Основы, что сердце наконец почувствует разницу и потихоньку начнет зарастать. Это не точно, конечно, но мне бы искренне хотелось в это верить.
Ну и до кучи неплохо бы разжиться руной освещения, а то работать при свете одного только сердца, как я уже убедился, та еще романтика. Своей такой руны у меня нет, значит придется трясти охотников, кто-нибудь из них наверняка натыкался в чаще на светящуюся пакость, мхи всякие или жуков.
Гм… Интересно, за сколько стрел Вельт согласится прочесать лес и приволочь мне источник света или хоть какой материал, что светится от Основы? Главное тут не переплатить, посули ему лишний десяток, и он мигом решит, что облагодетельствовал разом всё человечество, усядется на шею и свесит ножки.
— А ну приди в себя! — меня вздернули за шиворот и встряхнули так, что клацнули зубы.
Будить Хорг умеет, этого не отнять, никакая Основа не нужна. Взгляд наконец сфокусировался, и я оглядел собравшихся. Вокруг толклись несколько десятков стражников, стена за их спинами ощетинилась орудиями и стрелками, и всё это хозяйство пялилось строго на меня.
— Ну? Чего расселся? — Хорг навис сверху и мотнул головой в сторону столба. — Объясняй давай, что это за хрень была.
— Эмм… — я почесал затылок, выгадывая время. Выброс и правда вышел мощный, тут не поспоришь, вот только я и сам такого не ждал. — Наверное… Хотя это не точно. Но, возможно, сердце сбросило лишнюю энергию, накопило и сбросило, бывает.
— Мне одному кажется, или ты сам не слишком веришь в то, что несешь? — Хорг прищурился и уставился на меня в упор. Ну а что тут ответишь? Правильно ему кажется, но признавать подобное в мои планы не входит.
Идти самостоятельно я, в общем-то, мог, хотя уши пока еще закладывало, а под ногами земля чуть плавала туда-сюда. Хорг шагал рядом и молчал, хотя по нему было видно, что выговориться хочется, просто сложно подобрать так быстро достаточно обидные слова. Вокруг нас тянулась та же компания, что прибежала на вспышку, несколько стражников, пара мужиков, непонятно каким образом оказавшихся снаружи стены.
— Ну и ничего страшного тогда, — произнес я, когда мы уже перевалили через порог ворот. — Вспыхнуло чуток, потом темнота. Бывает ведь, наверное.
Хорг покосился на меня, и я на всякий случай немного ускорил шаг.
— Кажется, вы как-то излишне встревожились… — продолжил я, оглядывая спутников. — Ну выброс Основы, ну мощный. С лазаретом было примерно то же, когда контуры замкнулись. Взрывов же не было, правда?
— Правда, не было, — процедил Хорг. — Только половина деревни решила, что жилы опять пришли и чем-то по нам стреляют.
— Ну так значит, переоценили ситуацию. — развел я руками. Ну а что? Правда ведь, всего лишь спецэффекты в честь запуска нового объекта деревенской инфраструктуры, не более того. Праздничный салют то есть…
Хорг заворчал что-то нечленораздельное, но со значением, хотя я решил пока не уточнять.
На самом деле с механизмом вспышки я и сам разобрался не до конца, и честно в этом себе признавался. Но пусть я не до конца понимаю механизм, зато рывков больше нет, и это главное.
Каждый кирпич теперь сверкает рунами ровным светом, подключи к нему волосок, пойдет мягкое питание ровно в том объеме, в каком понадобится. Потребление меньше процента мощности источника, а значит запас огромный, и подвалы с мясом, которые я набивал в надежде хоть немного разгрузить сердце, теперь выглядят как муравей с ложкой у моря.
Так и не разгрузил, каюсь. Разрушение конструкции не остановилось, куда точнее было бы сказать, что оно компенсировалось. Руны восстановления, которых там сотни, сверкают так ярко, что вот вот сгорят, работают на полную катушку. Ремонт идет примерно с той же скоростью, что и разрушение, и это хрупкий баланс, о котором лучше не забывать. Стороннее воздействие — и всё, перекос не в ту сторону.
Мы уже подошли к воротам, и тут я, наконец, поднял глаза. До этого крутил в голове цифры из анализа и по сторонам не смотрел. А там, на стене, стоял и смотрел вниз староста, и выражение его лица как всегда не предвещало приятной беседы.
— Рей, — окликнул он негромко, и разговоры сами собой прекратились. — В таких ситуациях докладывают заранее. Или хотя бы не устраивают вспышек, которые видно возможно даже из города.
— Как раз к вам и шел, — почти честно ответил я. Почти — про старосту я, если объективно, как-то вообще не думал.
— Ты и сам не знал, что так получится? — нахмурился он.
— Угу. — Юлить тут незачем, очевидное проще признать. — Ничего же не взорвалось, — я огляделся. Стены стоят, частокол на месте, вроде бы всё в порядке.
— Гундар пока не отчитывался. — коротко мотнул он головой, — Конструкция теперь будет работать? Насыщать руны Основой?
— Да, всё готово, нужен только воск, — ответил я и потер затылок: волосы там всё еще стояли торчком. — Эдвин говорит, подойдет только особый, а мне тогда броня от пчел нужна. Для нее шкура уже почти готова, Вельт обещал. Кейн только наотрез отказывается меня сопровождать.
— Сопроводит, — коротко кивнул староста. — И Вельт тоже. — Разумеется, кто бы сомневался… едва сдержал ухмылку. Теперь вопрос посложнее, чего мне надо наплести старосте, чтобы он принудил Кейна пускать моих баранов к себе в баню? — И зайди к Эдвину, — добавил он. — Взгляд у тебя какой-то нездоровый что ли…
Про взгляд он не ошибся, мушки только-только разошлись, в голове стояла нехорошая легкость, не поймешь, то ли есть хочется, то ли просто лечь, то ли пойти кирпичи лепить, не знаю. Хотя Эдвин мне сейчас не особо нужен, хватит одного влияния лазарета.
Но и без этого обойдусь, просто лазарет мне сейчас как раз по пути. Да и куда важнее самому взглянуть на точки подводки кабелей, заглянуть в погреба, все-таки раньше питание шло рывками, теперь должна быть совсем другая картина. Ну и от башни пора отсоединяться, работы непочатый край, в общем.
Перепрыгнул через канавку будущей канализации, прошелся по улице, где раскопки еще идут полным ходом. Во дворы вели временные мостки, все понимали, что неудобства затянутся, но не навсегда, и особо не роптали. Некоторые пытались сливать нечистоты прямо в канавы, работяги их останавливали: мол, у нас тут раздельный сбор, несите в яму за частоколом, а условно съедобное — к волосянке.
К лазарету моя компания разошлась кто куда. Стражники обратно на стену, мужики копать, а Хорг напоследок пробурчал что-то про ненормального мастера, который взрывы устраивает и людей от работы отвлекает.
— Спасибо тебе, Хорг, — искренне улыбнулся я.
— Чаво? — его аж перекосило от услышанного.
— Спасибо, что беспокоишься. Это правда многое значит. — Похлопал его по плечу и, не давая опомниться, свернул к лазарету.
Положил руку на дверь, потянул, и меня накрыло белесой пылью с ног до головы. Следом из дверного проема вывалился Эдвин, весь в той же пыльце, особенно густо осевшей на усах. Старик ошалело оглядел улицу, нашел меня, схватил за грудки и принялся трясти с неожиданной для его лет силой.
— Рей! Это ты сделал⁈
— Если про выброс Основы, то не совсем… — Чуть не чихнул от того, что пыльца настойчиво лезла в нос. — Но с моим участием, да. И не надо тут вот это, меня уже староста наругал, и я уже сказал, что больше не буду.
— Да с хрена ли не будешь? — рыкнул он, — А ну сделай еще раз! Очень надо!
Постоял, поморгал, посмотрел на Эдвина. Прищурился и пулей метнулся внутрь лазарета.
Первая мысль была самой паршивой: бревно разрушилось от удара Основой и сейчас рассыпается на куски, а без него лазарет превратится в обычную хату с лежаками и без всякого лечебного эффекта. Но нет, висит на потолке, гудит себе тихонько и выплевывает пыльцу, а видимых повреждений нет. Руны восстановления тоже сверкают, причем куда ярче обычного, и это наталкивает на интересную мысль.
Руна освещения мне и не нужна, можно просто перегрузить уже имеющиеся, и какой-никакой свет будет. Добавить руну отражения света, и вот тебе готовые фонари, без всяких жуков и мхов из чащи. Ладно, это на потом, надо бы сначала разобраться с тем, что тут произошло.
А произошло вот что: взрыв Основы перенасытил бревно, оно срыгнуло пыльцу, и та до сих пор не впиталась в пол, висит повсюду непроглядным белесым туманом. Перемещаться получается только на ощупь, рука скользит по стене, под ногами хрустят чьи-то оброненные вещи, горло дерет, а глаза слезятся от этой взвеси. Эдвина этим добром приложило от души, небось стоял под ним с открытым ртом, когда рвануло, вон как надышался.
[Основа: 31/30]
Голова снова закружилась, перед глазами замелькали мушки, так что я поспешил наружу, пока ноги держат. Эдвин уже сидел прямо на земле у крыльца и мотал головой из стороны в сторону. Следом за мной из тумана выбирались пациенты, кашляли и жадно хватали ртом свежий воздух.
Какой-то мужик уселся на ступеньку крыльца, отдышался и принялся стряхивать с волос налипшую пыльцу.
— Погоди… — нахмурился Эдвин, протер глаза и вперился в него. — Ты же это…
— М? — тот не понял и продолжал возиться с шевелюрой.
— Ты же Бубн по кличке Лысый… — Эдвин помотал головой, протер глаза еще раз, но перед ним все так же сидел далеко не лысый Бубн.
— Ну да… — тот снова потрогал свою голову, и на лице проступило крайнее удивление. — И правда, волосы! Откуда?
— А, то есть волосы это удивительно и здорово, — подал голос из-за спины еще один пациент, — а то что Бубн в чувства не приходил уже неделю и ты обещал, что он ходить не сможет — это в порядке вещей, да?
— Ну ошибся, видимо… — Эдвин пожал плечами без малейшего раскаяния. — Я ж не лекарь, мне-то откуда знать, чем оно кончится?
А вот это на самом деле интересно, людей перенасытили Основой, и стоит разобраться, что именно произошло и можно ли это повторить. Ладно, насчет ног Эдвин мог ошибаться, даже в моем прежнем мире без всякой магии люди иногда вставали с инвалидных колясок, пусть и довольно редко.
Но еще и волосы на голове, где их не было — это точно не совпадение. Выходит, нагружать бревно можно и нужно, а перенасыщение Основой если и не пробудит дар в пациенте, то как минимум повысит лечебный эффект, причем заметно. Осталось понять, как повторить это в контролируемых условиях, а не устраивать взрыв каждый раз, когда Эдвину приспичит.
Для верности сбросил излишек на анализ и наконец выдохнул. Бревно не разрушено, руны восстановления справляются, и на том спасибо. Но повреждения есть, какая-то часть пыльцы все-таки истратилась, и повторять подобное в ближайшее время точно нельзя. Иначе лишимся его окончательно и придется снова посылать кого-то на охоту за живым деревом, а оно после нашей прошлой встречи вряд ли оклемалось.
Ну вот и всё, один объект официально закончен, один пункт из бесконечного списка дел можно вычеркнуть. Ага, сразу же после того, как организую производство кабеля, а для этого придется открывать еще один немаленький список… Жизнь боль, тут ничего не скажешь, и на отдых времени нет. Поспал пару часов, поел за сутки раза два, но кому вообще есть до этого дело?
— Ре-е-ей! — донеслось с другого конца деревни.
Эх… Ну а что поделать? Сам же вызвался быть затычкой во всех дырках сразу, никто ведь не заставлял. Так что надо идти.
На складах дела за мое отсутствие продвинулись ощутимо, опалубку для наружных стен уже собрали и начали лить первую секцию, а Стурм тем временем выводил межкомнатные перегородки из кирпича по арматурным пруткам, торчавшим из пола с прошлой заливки. Каменщик из Валунков работал молча, Рукт рядом подавал кирпич без единого слова, и эти двое по-прежнему обходились одними взглядами, что, впрочем, на результате сказывалось только положительно.
Пробежался по свежим участкам, провибрировал рогом заливку, пока та не начала схватываться, пропустил через бетон короткий импульс Основы и убедился, что узлы на месте. Ничего не поплыло и не сместилось, а значит можно выдохнуть. По стенам пройдусь отдельно, когда подсохнет, а пока тут справятся самостоятельно.
Дальше по маршруту Бьёрн, и хоть крюк получается немалый, заглянуть надо, ведь обещал проверять каждый этап. Бараки на севере росли один за другим, и тут кровельщику стоит отдать должное, работа все так же шла без простоев, на ближних секциях уже обшивали стены глиной с берестой, а на дальних укладывали свежие бревна, и Уль командовал мужиками уверенно, отдавая распоряжения прямо на ходу.
— Нормально идет, — кивнул я Бьёрну, когда тот вынырнул из-за крайней секции с теслом на плече. — Темп хороший.
— А то, — хмыкнул он и зашагал рядом. — Тут главное мужикам под ноги не кидаться, а остальное они сами.
Пошли вдоль ряда, и я по инерции задрал голову на первую секцию рядом с башнями, где бетон на кровле уже подсох и покрылся ровной матовой коркой. Ровной, если не считать цепочки глубоких вмятин, которые начинались у основания и тянулись от низа до самого верха, то есть до гребня частокола. Крупные вдавленные следы шли друг за другом, и человек, который их оставил, даже не пытался ступать осторожнее.
— Это что за придурок тебе крышу натоптал? — я указал наверх.
— Ты главное этому придурку не говори, что он придурок, — хохотнул Бьерн, и по ухмылке было ясно, что историю он успел пересказать не раз и давно превратил в анекдот. — Я сам передам, при случае.
А ведь и правда, кто у нас в деревне оставляет следы такого размера и при этом ломится напрямик, не разбирая дороги? Ответ один, и с утренней паникой из-за столба силы всё замечательно стыкуется. Ну, точнее ответа два, но первым вариантом идет Больд, а он вряд ли оставил бы такие аккуратные вмятинки. Скорее тут была бы дыра в частоколе, пожелай он выйти поскорее.
— Ну хорошо, конечно, но немного обидно, — пробормотал я, разглядывая масштаб разрушений. — Сами вмятины ерунда, заделать-то пару минут делов, замесить порцию пожиже и залить, хорошо хоть бетон уже схватился к тому моменту и выдержал, не продавился насквозь. А вот руну мне выдавил, придется переделывать.
— Которую? — Бьерн насторожился. — Ту, что от воды?
— Ее самую…
Забрался наверх и присел над тем местом, где гидрофобизация стояла до недавних событий. Узел, к счастью, выжил, и это везение, ведь раздавить его в полусхватившемся бетоне можно одним неловким шагом, а тут по нему прошлись на бегу и всем весом. Руна расплылась и стерлась, рисунок уже не восстановить, зато сам узел сместился сантиметров на десять правее и застыл в новом положении. Нанести заново можно, если работать именно там, где он сейчас сидит, а не пытаться вернуть на старое место.
— Вот тут не трогай, — показал Бьерну участок размером с ладонь. — Не заливай и не замазывай, мне надо руну перенести. Вокруг замажь, а это место оставь.
Бьёрн молча махнул рукой и ушел к своим мужикам, а я спустился и с чистой совестью двинулся домой. Не отдыхать, конечно, до такой роскоши мне в ближайшие дни далеко.
Дома нашел ведро со стрелами, которое стояло накрытое тряпкой у стены, выбрал парочку, проверил оперение и переложил в руку. Зеленые древки тепло светились в ладони, и даже как-то расставаться с ними жалко, каждая такая стрела стоит сотни обычных, но Вельт свое дело сделал, и оттягивать оплату дальше уже совсем некрасиво. Он как раз должен закончить со шкурой, так что подарок прибудет вовремя.
Вышел на главную улицу, и что-то заставило притормозить. Народ вел себя непонятно… Из переулков тянулись люди, не бегом, но торопливо, и все в одну сторону. Переговаривались вполголоса, с сосредоточенными лицами, а у закрытых ворот уже собралась плотная толпа, плечом к плечу. Стражники у решетки стояли наготове, но команд не орали и к баллистам не бросались, только смотрели наружу через щели, и это странное спокойствие в сочетании с закрытыми воротами тревожило куда сильнее открытой паники.
Староста прошел мимо быстрым шагом, глянул в мою сторону и даже не кивнул. А это само по себе нехороший знак, обычно он хоть буркнет что-нибудь на ходу.
А вот и Вельт, пробежал следом за старостой и мои стрелы в вытянутой руке не заметил. Мелькнул и затерялся в толпе у ворот, так и не обернувшись.
— А вы чего все бежите-то? — возмутился я, обращаясь неизвестно к кому, и в ответ получил лишь быстрый взгляд от тетки с корзиной, которая протиснулась рядом и тоже заспешила к воротам.
Ну вот так, собственно, митинги и собираются. Все куда-то идут, никто ничего не объясняет, и ты стоишь посреди улицы со стрелами наперевес, а ни одна живая душа не удосужилась рот открыть. А самое забавное, что скорее всего они тоже не в курсе… Ладно, торчать тут нет никакого резона, да и Вельт мне все еще нужен, а он теперь в той же стороне. Прижал стрелы к боку и припустил туда же.
* * *
Камень шел тяжело и норовил выскользнуть из мокрых ладоней, а в корзине противовеса их набилось столько, что за один заход и не разгрузишь. Мужик внизу ухватил очередной булыжник, крякнул, перевалил через борт и отшвырнул его к стене, где уже валялась приличная куча. Выпрямился, утер лоб и покосился наверх, на перемычку.
Клавус стоял у парапета, топор на поясе, руки сложены на груди, а вид при этом настолько невозмутимый, что у остальных аж зубы сводило.
— Мда… — протянул второй стражник, который до этого молча смотрел на всю эту возню. — Кажется, они теперь нагадят тебе под дверь казармы, и это как минимум. А убирать тебе, и это будет справедливо.
— Да с чего бы⁈ — Клавус развернулся к нему всем корпусом. — Я вообще всё сделал по инструкции!
— Ой, ну не рассказывай сказки, зассал ты просто! — рыкнул мужик снизу и швырнул в корзину очередной камень, от которого по стенкам пошла мелкая дрожь.
— Да, ссыкло! — подтвердил другой, который как раз сидел верхом на перемычке и пропускал свежую веревку через ролик, заодно смазывая его салом, раз уж всё равно забрался.
Старую веревку пришлось менять целиком и это, пожалуй, бесило работяг больше всего. Узел на месте разруба будет цепляться за ролик при каждом подъеме, решетка начнет дергаться, веревка перетрется в два дня, и всё по новой. Так что размотали полный моток, отрезали по длине и теперь возились с протяжкой, матерясь на каждом повороте.
— Эй! Да вы не борзейте там! — возмутился Клавус и ткнул пальцем вниз, где пыхтел мужик с камнями. — Я воин, защитник! Спасибо бы лучше сказали за бдительность и смелость принимать сложные решения!
— Если бы ты хоть не взвизгнул перед тем как отрубить веревку, я бы еще поверил… — процедил командир расчета, который сидел за баллистой и наблюдал за работой с ленивым интересом.
— Ага, а сам-то вон как быстро тетиву натянул! — оскалился Клавус. — Тоже сикнул, небось?
— Тоже? — стражник поднял бровь. — Ну вот, ты хотя бы не отрицаешь теперь, что зассал.
— Нет, всё не так было!
Мужик на перемычке хмыкнул, закрепил конец веревки и дернул пару раз, проверяя ход. Ролик провернулся со скрипом, но веревка прошла гладко и нигде не зацепилась. Опустевшую корзину подняли, зафиксировали и стали загружать обратно, и каждый, кто нагибался за камнем, оглядывался на Клавуса и прикидывал, какой из булыжников в него полетит лучше.
Работа шла, мужики вспотели от макушек до пяток, и это при том, что утро еще не перевалило за середину. Последние камни улеглись в корзину, веревку натянули, и наконец пришла пора проверить. Клинья вытащили, противовес пошел вниз, веревка натянулась и ровно потянула решетку наверх. Бревна нехотя поползли по пазам, шипы вышли из земли, и ворота встали на место с деревянным стуком.
— Фух, умаялся… — выдохнул кто-то внизу и сел прямо на землю, привалившись спиной к стене.
— Да, надо было этого заставить, чего это мы сами полезли?
— Так староста велел, вот и полезли, — вздохнул другой и вытер ладони о штаны. — Хотя по уму, согласен, кто зассал, тот пусть камни и таскает.
— Неблагодарные! — Клавус уперся кулаками в бока и набрал побольше воздуха. — Моя работа нести дозор и защищать вас! И вообще, если так хотите, то в следующий раз пусть монстры врываются в деревню, а я буду медленно опускать ворота! Вот и всё!
Он скрестил руки и демонстративно отвернулся к лесу. И в ту же секунду замер, будто его прибили к перемычке гвоздями.
— Вра-а-аг! — заорал он не своим голосом и ткнул рукой куда-то на северо-восток. — Войско! Тревога!
Цинь! Топор опустился на новую веревку, решетка грохнулась вниз и врезалась в бетон, выбив облачко серой пыли, а на перемычке и внизу воцарилась тишина, от которой у Клавуса медленно побелели уши.
— Эх… — обронил кто-то на башне и некоторое время молчал, разглядывая горизонт из-под ладони. — Мужики, позовите старосту. Там войско под знаменем лорда Рагдара, наши идут, встретить бы надо. А этот дебил пусть идет и камни таскает.