Глава 67

Совместная работа с матерью оказалась на удивление… слаженной. Мы закончили основные преобразования как раз в тот момент, когда тяжелые двери главного входа отворились, впуская обратно Каэлена и Кассиана. Они вернулись с лицами, от которых веяло холодом далеких полей сражений и принятых тяжелых решений.

И первое, что они увидели, войдя в главный зал, была я, сидящая в кресле, которое я на мгновение перед их приходом «развернула» в пространстве, чтобы оно стояло спиной к входу. Я медленно повернулась, встречая их взгляды с невозмутимым спокойствием.

Каэлен замер, его аналитический ум мгновенно считывая изменения. Воздух был другим — гуще, заряженным. Звуки приглушены, будто поглощены самой атмосферой. Его взгляд скользнул по стенам, по полу, и я увидела, как в его глазах вспыхивает понимание.

Кассиан же просто нахмурился. Его императорское чувство контроля восстало против неосязаемого, но явного сдвига в его владениях.

— Что произошло здесь? — его голос прозвучал как удар хлыста.

— Профилактические меры, ваше величество, — ответила я, плавно поднимаясь. — Вы ушли решать проблемы на границах. Мы остались — укреплять границы здесь.

В этот момент с галереи второго этажа донесся голос Ириды:

— Аэлина, бусинка, смотри внимательно. Видишь этого большого дядю в синем? Сейчас его шлем чуть-чуть… зацветет.

И прежде чем кто-либо успел среагировать, шлем офицера из свиты Кассиана, стоявшего у входа, покрылся тончайшим кружевом из ледяных папоротников. Офицер остолбенел, боясь пошевелиться.

Кассиан медленно, очень медленно повернул голову в сторону голоса. Ирида стояла, облокотившись на перила, с безобиднейшим выражением лица.

— Это что? — спросил император, и в его тихом голосе было больше опасности, чем в крике.

— Тест на проницательность, — парировала мама. — Если он догадается стряхнуть их, а не будет стоять как вкопанный, значит, с сообразительностью у ваших солдат не все так плохо.

Каэлен, кажется, был единственным, кто заметил главное. Его взгляд был прикован не к зацветшему шлему, а ко мне.

— Вы остались, — произнес он тихо. Это не был вопрос. Это было… изумление.

Я встретила его взгляд и кивнула. Один раз. Коротко. Да, мы остались. И этот простой факт, казалось, перевесил для него все отчеты о передвижениях войск Парадиза.

Кассиан, тем временем, смерил Ириду взглядом, который заставил бы любого другого человека испариться на месте.

— Вы вмешиваетесь в дисциплину моих войск.

— О, не драматизируйте, — она махнула рукой. — Я просто вношу немного… живости. Ваша дисциплина выглядит такой мертвой. Кстати, — она повернулась к Аэлине, — урок усвоен. Никогда не стой столбом, если на тебе внезапно начинают расти цветы. Это дурной тон.

Аэлина кивнула с серьезным видом.

Я подошла к Каэлену, оставляя императора и мою мать выяснять отношения.

— Парадиз? — спросила я коротко.

— Они идут, — так же коротко ответил он. — Через три дня будут у границ долины. Они везут с собой что-то… большое. Магический артефакт. Цель — очевидна.

— Аэлина, — я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Да. — Его пальцы непроизвольно сжались. — Отец отдает приказ об эвакуации резиденции. Все небоевые персоналы…

— Мы не уйдем, — мягко прервала я его.

— Я знаю, — он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела не протест, а мрачная решимость. — Поэтому я остаюсь с вами. Со всеми.

За его спиной Кассиан, кажется, нашел общий язык с Иридой. Если считать общим языком ледяные взгляды, которыми они обменивались.

— Ваши… улучшения, — император обратился ко мне, явно выбрав меня как менее невыносимого собеседника. — Они будут эффективны против осадных орудий?

— Наши улучшения, ваше величество, — я улыбнулась, — сделают из этой резиденции не крепость, а хищника. И он голоден.

Ирида одобрительно хмыкнула наверху.

— Наконец-то кто-то заговорил на понятном языке.

Кассиан посмотрел на меня, потом на сына, и в его глазах мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее уважение. Словно он увидел в нас не проблему, а… актив.

— Хорошо, — он произнес. — Покажите, на что способен ваш… хищник. Каэлен, ты координируешь оборону с нашими силами. Я хочу видеть планы через час.

Он развернулся и ушел, его плащ развевался за ним. Ирида склонила голову набок.

— Знаешь, а он, когда не пытается выглядеть гробовой плитой, даже немного… харизматичен.

Я проигнорировала ее. Я смотрела на Каэлена. Над нами сгущались тучи настоящей войны. Но здесь, внутри этих стен, мы только что выиграли свою первую битву — битву за то, чтобы остаться. И теперь нам предстояло выиграть и последнюю. Вместе.