Глава 78

Армия Парадиза, лишенная своего магического клыка, обратилась в безумное, хаотичное бегство. Воины Садириза с легкостью окружали и обезвреживали потерявших волю к сопротивлению врагов.

Но Император Кассиан не смотрел на бегущих. Он стоял, опираясь на меч, его взгляд был устремлен на запад. Каэлен, все еще державший на руках спящую Аэлину, подошел к отцу.

— Отец? Поле зачищено. Мы победили.

— Победили? — Кассиан медленно повернул к сыну голову. В его глазах горел холодный, непримиримый огонь. — Нет. Мы отбили одну атаку. Они послали на нас тень древнего зла. С меня довольно.

Он выпрямился во весь свой рост.

— Я не позволю этому гнезду существовать еще хоть один день. Мы вырвем его с корнем.

Именно в этот момент он перевел тяжелый взгляд на меня и Ириду. В его глазах бушевала буря из ярости, остаточного ужаса и… невероятного, почти суеверного почтения.

— Эта… женщина, — его голос, обычно такой уверенный, дрогнул. — Та, что явилась и… поглотила тьму, как досадную мошку. — Он сделал паузу, подбирая слова. — Кто она? Уж не богиня ли? Праматерь Силена? И почему… — его взгляд упал на Ириду, которая с невозмутимым видом поправляла складки своего платья, — … почему она назвала тебя своей дочерью?

Воцарилась тишина. Даже отдаленные звуки зачистки поля боя казались приглушенными.

Ирида вздохнула, как будто ее отвлекли от крайне важного занятия — например, от наблюдения за тем, как растет трава.

— О, не придавай этому большого значения, — отмахнулась она. — Силена всегда была склонна к драматизму. А что касается родства… — она бросила на меня многозначительный взгляд, — … в нашем роду принято рожать только девочек. И жить очень, очень долго. Так что да, технически, я ее дочь. Если ты настаиваешь на таких грубых биологических терминах.

Кассиан замер, переваривая эту информацию. Лицо непроницаемого императора на мгновение выдало чистейшее изумление. Он смотрел на Ириду, эту женщину, которую всего несколько дней назад считал не более чем эксцентричной и опасной гостьей, а теперь оказывалось, что она… дитя существа, только что употребившего абстрактное зло в качестве закуски.

— Так вы… — он снова посмотрел на меня, и в его взгляде что-то переменилось. Стало глубже. Почтительным. — Ваш род…

— Наш род предпочитает не афишировать свои семейные связи, — мягко, но твердо прервала я его. — Это привлекает ненужное внимание. И, как ты мог заметить, наша бабушка… не самый терпеливый гость.

Кассиан медленно кивнул, и в его глазах загорелся новый, расчетливый огонь. Он снова стал императором, стратегом, оценивающим новые, невероятные активы.

— Ваша сила… — он кивнул на спящую Аэлину, — … будет нашим щитом и нашим самым грозным предупреждением. Если вы согласитесь, мы покончим с Парадизом. Раз и навсегда.

Он отдал Каэлену приказ готовиться к маршу на Цитадель Парадиза.

Ирида вздохнула, когда Кассиан ушел

— Ну вот. Теперь он смотрит на нас как на живую артиллерию. Какой прогресс.

Мы более не были просто беглыми ведьмами. Мы стали оружием. И щитом. И, возможно, самой страшной тайной этой империи. И все это из-за одной маленькой девочки, которая просто не хотела, чтобы ее папа грустил.