Часть 1 — Путь "Золотого семени"(эп. 33 Ор)

POV Свет Ор.

Седлаем коней, бросаем прощальный взгляд на мать.

Яра выглядывает из окон светлицы Лели. Взмахиваю ей рукой, чтобы спряталась. Не гоже девочке смотреть на такое…

Вокруг нас дружинники. Рядом с Лелей — Слав. Глаз с неё не сводит. Встречаемся с ним взглядами — опускает глаза.

Ты вчера к ней прикасался?..

Ему больно, я чувствую. Боль эта не телесная. Совсем другая, тонкая. Такую я утешать не умею… Эту боль люди в балладах воспевают и считают даром богов. Прислушиваюсь к Лели. В ней такой боли нет. Но в её глазах ужас.

Сторожевые крутят рычаги, массивные ворота частокола ползут вздрагивают.

Леля оглядывается на распятых на крестах волхвов. Их руки привязаны к поперечинам. И за пояса и ноги они примотаны к вкопанным доскам. Рядом с каждым палач… И железные клейма нагреваются в пламени.

Женщин и детей мы уговорили мать пощадить. Поэтому — только мужчины. Их девять.

— Не надо этого делать…

— Мне тоже больно сестра. Но Ладимир прав. Лучше одного убить, но сотню спасти. Тем более, что выживут они. И увечий серьезных им не нанесут. А вот мы, если лоб в лоб с волхвами столкнемся — нет, не выживем.

Как это не страшно, но это моя задумка. Массовые пытки своих оглушат волхвов, попрятавшихся в близи по лесам и не дадут им напасть.

А мы понесёмся к границе локи. Как только пересечем её, издевательства сразу остановят. Мать обещала нам. А за границами локи, вдали от деревьев Дару сила волхвов слабеет, и они не пойдут за нами. Не рискнут они за границу силы еще несколько волхвов отпустить. А простолюдины боятся за границу выходить. На ней печать Капитула и никто из попытавшихся выйти ни разу не вернулся.

Пытки… Пытки оглушат и нас, волховитых. Но не так сильно, как уже полноценных волхвов. Мне кажется, больше всех волхвы боятся потерять Лелю. Она не вошла еще в полную силу и поклона Дару не совершала. Но и звери и люди садятся к ее ногам! А что будет если она получит её?

Быть может, в её власти будет Капитул усмирить? Тогда всё, что мы делаем сейчас и делали семь лет — большая ошибка!

Да только поздно уже. Решения все приняты.

Лидия сидит на крепком коне, впереди Ладимира и привязана к нему тугим ремнём. Он успокаивающе поглаживает её руку. Позади меня тоже воин. Слав, подхватывает Лелю, вставшую сапожком в освобожденное им для неё стремя и садит перед собой. Его руки двигаются медленно, стягивая их тела ремнями.

Бережно придерживает ее за пояс.

Леля еще слишком молода, чтобы женой стать. И мне неприятно смотреть даже на такие прикосновения к ней мужчин. Но, понимая, что скоро ее отдадут кому-то чужому…

Уж лучше бы это был ласково к ней прикасающийся Слав!

Частокол поднимается.

И первые крики за спиной оглушают, в глазах темнеет.

Задумка удалась…