Часть 1 — Путь "Золотого семени"(эп. 52 Монастырь)
POV Бёрк Борро
— Тётя…
Служки из таверни, подкладывают к ее животу нагретый и обернутый в ткань кусок металла.
— Тётя, нам пора отправляться.
Вчера Робин резко почувствовала себя скверно. К утру поднялся сильный жар и началась рвота, бред. Заплатив как следует хозяину таверны, отец решил оставить её здесь.
— Как жаль… — шепчет она, не открывая глаз. — Как жаль Шейлу…
— С ней все будет хорошо. Таара поедет с ней вместо тебя. Она о ней позаботится.
— Эта шлюха… заботится только о себе…
— Не надо так говорить про неё! — скручивает меня от возмущения.
Так как она заботится о нас с братом, о нас никогда никто не заботился. Поэтому не надо говорить ничего такого про Таару!
Выдыхаю. Робин просто больна…
— Поправляйся. Мы заберем тебя на обратном пути.
— Бёрк…
— Да? — разворачиваюсь стоя уже в двери ее комнаты.
— Бёрк… Это Таара… Таара вчера дала мне… выпить той настойки… что возвращает силы… глоток…
Опять начинается бред?
— При чем тут Таара? Она и сама чувствует себя плохо. Это лихорадка…
— Шейла… сбереги Шейлу…
— Да что ей будет, тётя?! Никто не желает ей зла!
— Таара…
Закатываю раздраженно глаза.
— Заботьтесь о ней как следует, — строго смотрю на служанок. — Отец хорошо заплатит вам еще, когда мы вернемся.
Поправляя на поясе ножны быстро сбегаю по лестницу. Все уже собраны…
— Зачем мы выдвигаемся так рано? — в голосе Таары скользит раздражение. — Ведь Капитул велел явиться только к закату.
— Ты можешь туда не являться вовсе! — проходит мимо неё отец.
Таара обиженно поджимает губу.
Зачем он с ней так груб? Она хрупкая девушка, а дорога была нелегка. Она не выспалась, перемерзла, в конце концов, её лошадь захромала… И всё равно она мужественно сопровождает нас! Любовь Таары безгранична.
Первый месяц осени на редкость холоден в этом году. С утра опять порошил легкий снежок. Но к обеду выглянуло солнце и стало терпимо. Башни монастыря очень близко. Нам нужно на монастырскую площадь. Всё начнётся там.
Мы не спеша двигаемся верхом по чистым мощенным улочкам пригорода монастыря. Люди, выглядывая из окон, с любопытством провожают нас взглядами. В отличие от замка Борро, на этих улочках только шлифованный камень, но совершенно нет никакой зелени. Здесь она почти не растет.
Нагоняю отца, едущего рядом с Араем. Они беседуют.
— Дерек, насколько владеть бабочкой отличается от владеть просто женщиной?
Отец переводит на него ревностный взгляд.
— Это только вопрос. Ахайри прекрасна для меня просто как женщина. Я не стремлюсь заполучить именно бабочку. Да и бабочки всегда выбирают более богатого и родовитого жениха. Поэтому я тебе не конкурент, — грустно вздыхает Арай. — Но мне любопытно почему ты так зациклен на них.
— Разница… Ты когда-нибудь курил листья табы, Арай?
— Да, я пробовал. Но не смог оценить по достоинству. Не уловил в чем же удовольствие. Кроме тошноты и удушья — ничего.
— А дурман?
— Дурман курил тоже. Расслабляет…
— А маковый опи?
— Опи? Опи я не рискнул.
— Почему?
— Он порабощает и по-другому раскрашивает мир, лишая его всего ценного, кроме себя.
— Да! Так вот. Обычная женщина — это таба. Хорошая, умная, красивая любовница — это дурман. А бабочка… А бабочка — это маковый опи. Не рискуй, Арай… — опасно прищуриваясь качает отец головой брату.
Дядя задумчиво молчит.
— Отец, — нагоняю я его. — До заката еще долго. Зачем мы спешим?
— У нас с Капитулом не закончен разговор. И он должен состояться без других наследников.
Пришпоривает коня, оставляя меня позади.
— Эта… Ахайри! — возмущенно выговаривает Кёрту Таара. — Что она задумала? Ты видел, как Лорд Дерек и инфант Арай взвились от её взглядов?! Я думала они сцепятся как мальчишки! А вы, плохие мальчики, пялились тоже, словно она сидела нагая! Вы разорвали моё сердце.
— Нам было просто любопытно, Таара, — оправдываюсь я, улыбаясь ей. — Не смей ревновать!
— Ахайри — это угроза, — снижает голос Таара. — Если Капитул даст вашему отцу то, что он хочет — Борро и Ахайри, вашим судьбам конец! Нужно что-то делать…
— Боги не допустят такого.
— Не знаю, как на счет богов, но я не допущу точно!! — оскаливается она, пришпоривая лошадь.
Мы заезжаем на небольшую площадь, вымощенную полукругом. На ней небольшое возвышение. А по дугообразному краю, напротив врат капитула стоят странные статуи, похожие на те, что мы видели как-то на границе — врата лок. Статуи эти словно пустые плащаницы. Они поддерживают силуэт тела, которого в них нет. Но в пустом пространстве под каменным балахоном есть что-то другое…
Я спешиваюсь, вглядываясь внутрь пустого капюшона близстоящей статуи. По спине идет какая-то демоническая дрожь. Но там всего лишь каменная табличка. На ней что-то написано на древнем языке. Никто его не знает… Только единицы из капитов пробуют изучать его.
— Это Великие Пустоты, — слышу я аккуратный вкрадчивый голос позади.
Мы все оборачиваемся.
— Брат Согару к вашим услугам, господа, — делает он услужливый поклон.
Серый капюшон бросает тень на лицо. В этой тени его глаза, словно провалы во тьму, и едва угадываются. Под ними залегли глубокие тени. Несмотря на это улыбка очень услужливая.
— Брат Согару, — решительно подходит к нему отец. — Могу я увидеть кого-то, кто… Мне нужен главный!
— Главный? Все браться равны между собой.
— Ой… — раздраженно взмахивает рукой отец. — Не надо этого! Мне нужен тот, кто будет принимать решение о составе «Золотого семени».
— Это буду я. И Брат Шо.
— Приветствую, господа… — низкий старческий глубокий голос.
И мы опять все оборачиваемся. Пышнобородый крепкий старик с тростью. Его глаза подслеповато прикрыты.
— Вы обещали мне место в этой игре. Я хочу быть частью «Золотого семени», — не церемонясь начинает отец.
— Боги против… — без эмоций отвечает Брат Шо.
— Ах, боги против? Тогда договоритесь с ними. Вы же хотите получать поддержку из моей казны?
— Мы — да, — услужливо улыбается Брат Согару. — Но боги против.
— Тогда я закрою казну для Капитула.
— Борро хочет выступить против воли богов и Капитула?
— О, нет! Духом мы будем с вами! Пусть боги в любой момент снисходят до моей сокровищницы лично! — вспенивается отец. — Но для Капитула сокровищницу закроем накрепко. Как тогда вы удержите власть? Многие локи недовольны вашими распоряжениями. Оры на грани бунта, волхвы вот-вот заберут власть над локой. Ракатанга — всегда на грани бунта… Олор, Эл, Наввара — вам не поддержка. Фрейи спрячутся на своих недоступных островах за юбкой Халиши. Никому не нравится идея посадить на трон чужого наследника! Как вы додавите локи, если даже не сможете оплатить услуги войск Лакаста для подавления мятежей? Услуги дочерей ночи, чтобы наносить точечные удары? Чем купите благосклонность княжеского окружения в каждой локе? Борро — сила Капитула! И я эту силу держу за узцы. И я требую… Я требую для себя исключительного положения.
Брат Согару смотрит на Брата Шо.
— Ну что ж… — неспешно и без эмоций отвечает тот. — Мы всего лишь слуги пророчеств. Кто мы такие, чтобы не внять требованиям великого лорда Борро, нашей силы и поддержки? Мы не можем себе такого позволить. И если лорд хочет поспорить с богами, пусть пожалует на бал. Боги против, мы — нет.
— Другое дело, уважаемые капиты, — сдержанно улыбается им отец. — Я вижу великое будущее в нашем союзе.
На площадь заходят Фрейи. Она небольшая, всего то шагов сорок или, может, пятьдесят от небольшого пьедестала до края, и мы оказываемся близко.
— Но это еще не все! Капитул обещал мне достойную невесту. Не хочу нарушать традиций!
— В самом деле? — переглядываются капиты. — Мы обещали?
— Будем считать, что да.
— И кого же желает лорд Борро взять в жены?
Лорд делает несколько шагов к инфанте Ахайри, протягивая ей руку. Она вкладывает в его кисть ладонь.
— Позвольте, инфант Ашерон? У меня есть предложение, как сделать наши державы самыми могущественными.
— Попробуйте, — хмуро смотрит Ашерон на их сомкнутые руки.
— Ахайри! — вдруг встает на их пути дядя Арай. — Не соглашайтесь! Боги карают дерзящих!
Ахайри пытливо глядя на него своими прекрасными синими глазами медленно вытягивают руку из кисти отца.
— Что конкретно предлагают мне самые родовитые мужчины Борро?
— Я предлагаю Вам лорда, мужа, Борро, власть, богатство! Теперь я в составе «Золотого семени» и капиты готовы пойти мне навстречу, включив туда и Вас, прекрасная Ахайри! Вы родовиты, невинны… Не вижу причины для отказа. Вы станете женой, как и дерзали!
— Разве боги не против такого? — переводит она взгляд на капитов.
— Боги против. Но Лорд Борро сегодня решил, что он сильнее богов. Кто мы такие, чтобы вмешиваться в спор богов с лордом самой сильной локи?
— Ясно… — поджимает губы Айхари. — Я хочу подумать.
— Инфанта Ахайри! — вдруг неожиданно отталкивая меня вылетает вперед Таара. — Бабочки не конкурируют…
— Я не конкурирую с тобой, сестра, — строго смотрит на неё Айхари. — Ты возвышай своих мужчин, я буду возвышать своего. «Пусть везде процветает мир и любовь!» — цитирует она ей одну из надписей храма Халиши. — И между нами тоже. Но тебе, сестра, по распоряжению Лорда Фрейи следует вернуться на родину в кратчайшие сроки.
— Меня возвращают на родину?!
— Для посвящения. И в ожидании выкупа, естественно, — бросает взгляд на меня Ахайри.
— Мы отдадим выкум, — уверяет брат. — Сразу после бала.
— И тем, не менее, бабочка должна быть поцелована, чтобы не опозорить своей Богини.
— Я не могу оставить Борро сейчас! Я сопровождаю инфанту на бал!
Лорд Дерек переводит на Таару разъяренный взгляд.
— Не слишком ли много времени мы уделяем тебе, Таара, в столь ответственный момент?!
— Простите, лорд Дерек… — осаживается она, прячась за нашими спинами.
— А что предлагает мне инфант Арай? — требовательно смотрит Ахайри на дядю. — Вы имели смелость советовать… Что стоит за этим советом? Быть может тоже какое-то предложение?
— Да, — вдруг отмирает Арай. — Предложение…
— Какое?
— Любить в Вас не бабочку, а женщину и положить к вашим ногам все, чем одарят меня боги.
— Очень щедро… — грустно опускает она глаза. — Дождетесь ли вы окончания моей миссии? Три года.
— Я последую за вами туда, куда отправят вас боги с вашей миссией.
— Мой будущий муж не должен пускать дела на самотёк… — отрицательно качает она головой. — Его земли должны процветать.
— Боги милостивы к мудрым и послушным детям своим, — комментирует Брат Шо. — И уверен, смогут упростить судьбу вашей пары. Она угодна им.
— Позвольте мне принять это предложение, Лорд Ашерон, — замирает она перед Фрейи.
— Я не Ваш лорд, Айхари, — он говорит тихо и горько, мы все ловим каждое слово. — И разрешение лорда Фрейи у вас уже есть. Желаю Вам счастья…
— Спасибо… — оседая в глубоком реверансе, она замирает в нём. — Я тоже желаю Вам счастья. Прощайте.
— Да?.. Вы согласны?! — ошеломленно смотрит на Айхари Арай, только сейчас осознавая, что получил положительный ответ.
— Вы очень пожалеете об этом Ахайри, — губы отца недовольно и обиженно вздрагивают. — Когда другая будет красоваться в той короне, что могла бы принадлежать Вам и купаться в бриллиантах!
— Не сердитесь, лорд Дерек, — с легкой улыбкой оседает она в реверансе и перед ним. — Редкая бабочка получает дар настоящей любви. А Халиши учит нас, что нет ничего дороже. И учит выбирать самого обещающего мужчину. Из предложений двух женихов, предлагаемое инфантом Араем более ценно. Ваше же предложение призрачно, как идея победы над богами.
— Я куплю себе горсть бабочек! — показательно сжимает он кисть с лёгким оскалом, словно давит их всех.
— Сначала победите в своём споре с богами, лорд.
Развернувшись, Айхари вкладывает пальцы в ладонь Арая. И я первый раз вижу, как от эмоций, которые он пытается сдержать, его лицо идет пятнами и губы подрагивают.
— Поздравляю, лорд Дерек! Теперь Вы в праве побороться за корону! — воодушевленно протягивает Таара бурдюк с вином отцу, пытаясь сгладить произошедшее.
Лорду Борро не отказывали в браке ни разу.
— За вашу победу!
Он делает несколько жадных глотков. И снижая голос шепчет.
— Я их уничтожу… И эту глупую бабочку, и брата-предателя и замок Тироль, с его землями!
Мы с братом переглядываемся. Что мешает им жить с ней вдвоём? Зачем нужен этот раздор, когда можно наслаждаться друг другом?
Я не понимаю…