Глава 26

Марина-Фелиция

— Дрянь! Нет, это только подумать! Она ведь заранее все продумала, иначе как бы у Эттера оказалось мое… Тьфу, то есть Фелиции… изображение! Наверняка отправила его сразу, как только ее папашка выбрал исполнителей, — сокрушалась я, меряя темную комнату шагами.

Именно сюда меня определили, когда я попыталась возразить. Если в сказках добрым молодцам — в моем случае, по ходу, добрым молодухам — позволяли слово молвить, то мне даже пискнуть не дали! Видимо, Эттер вел с папашей Исис какую-то переписку, и папашка сообщил о том, что принцесса отличается строптивым характером. И замуж, как мне удалось убедиться на собственной шкуре, совершенно не хочет.

— Вот что ей стоило просто слинять по-быстрому по пути?! — рявкнула я. — Ну не получили бы мы денег за заказ, но не так же подло!

— Ну, если бы она сбежала, то ее бы искали. И, скорее всего, нашли бы, — флегматично сообщил Гел, жуя попкорн. Обычный попкорн. Он рассыпался из пухлого бумажного тазика, но растворялся в воздухе, даже не долетая до каменного пола. — А так… Эттер просто напишет отцу Исис о том, что принцесса прибыла ко двору, немного капризничает, но с ней уже проводятся воспитательные беседы. — Гел обвел мою темницу красноречивым взглядом. — Спустя недельку-другую папочка узнает, что брак заключен. А еще через годик ему придет весть о наследнике. Тогда-то, конечно, можно и навестить внука. И отчего-то я сомневаюсь, что он начнет кричать о том, что ты — не его дочь. Ключевая роль в браке уже сыграна, портить отношения с королевством, которое спасло от восстаний? Говорить Эттеру о том, что его обвели вокруг пальца? Вряд ли на это отважится хоть один правитель. И потому быть тебе до конца дней Исис Вортуонской!

— Как-то совсем безрадужно, не находишь? — огрызнулась я. — Сперва быть мне Фелицией, теперь Исис… Мне кажется, куда проще меня было отправить куда-нибудь туда, где после смерти отдыхают.

— А с чего ты взяла, что не это после смерти полагается? — насмешливо протянул Гел таким тоном, что сразу было понятно, что после смерти полагается не полная приключательная жопа, а что-то более радостное.

— Что делать-то? — кисло спросила я, шумно и довольно болезненно приземляясь на матрас, постеленный на полу.

Потянулась к попкорну в руках Гела, но мои руки проскользнули мимо. И тут неудача!

— Снимать штаны и бегать, — фыркнул Гел.

Не ожидая настолько грубого ответа, я совершенно внезапно всхлипнула. И жизнь после смерти у меня какая-то безумная, и эмиссар душ, пусть и в отставке, мне попался со звездинкой. А ведь я совершенно не так хотела провести эту ночь!

— Знаешь, почему тебя нельзя было после смерти туда, где отдыхают? — куда более мягче начал Гел. — Дело не просто в цифрах статистики, которые не сойдутся. Их и нарисовать можно, кто там по-настоящему разбирается. Если за руку не поймают, то и… В общем, не важно. Просто… У тебя душа молодая. Она требует жизни. Видимо, настолько требует, что и жизнь твоя всегда была с, кхм, изюминкой.

А ведь если так подумать, то даже в собственном мире я постоянно куда-то влипала.

— О, да я просто кекс! — кисло протянула я, утирая слезы истерики.

— Не реви, Маринка, — произнес Гел. — Выкрутимся. Просто надо подумать как.

Ага, выкрутишься тут. Мне же никто и слова не даст сказать. А портретик с лицом Фелиции и именем Исис на столе у короля только подтвердит, что я просто сумасшедшая, раз не признаюсь в том, что являюсь принцессой.

Под конец разговора настроение совсем скисло. Причем, судя по всему, не только у меня, но и у Гела. Попкорн растворился в воздухе, он в задумчивости уставился в стену. Взлохматил рыжие волосы и тяжело вздохнул.

— Как там у вас в сказках говорится? Утро вечера мудренее?

— Ты мне предлагаешь просто лечь спать?

— Ага, — легко ответил ангел.

Я хотела сказать что-то вроде: “Ка-а-ак?! У нас столько проблем!”, но ведь очевидно, что справиться с ними в данную секунду не представлялось возможным.

Набитый какой-то дрянью матрас оказался не только неудобным, но еще и вонял затхлостью и сыростью. Если хоть на секундочку вообразить, что я принцесса соседнего королевства, то меня бы сильно оскорбило подобное отношение. Если же и “папочка” в курсе, то это вообще форменное издевательство. Воспитатели хреновы.

Мне казалось, что я не засну, но стоило мне коснуться головой жесткой холщовой наволочки, как я провалилась в темноту.

Тело прошибло легкостью, я словно летела. В кромешной тьме, пока не увидела вдали мерцающий голубоватый огонек. Сон нес меня именно к нему — управлять своим телом самостоятельно я не могла, лишь находиться в ловушке игр разума. Но ровно до того самого мига, пока огонь не коснулся моей груди, не растворился ослепительным облаком.

Я зажмурилась от странного ощущения и яркого света, и когда вновь открыла глаза оказалась в белом нечто. Комната? Нет. Не видно ни стен, ни потолка. Лишь бескрайний бесплотный простор. Подняла руки и увидела аккуратный маникюр — тот, что сделала накануне аварии. Поддавшись любопытству, коснулась волос и скосила взгляд вниз — светлые и тонкие. Не чета густой гриве Фелиции.

Видимо, сознание решило предаться воспоминаниям о моем теле.

— Ты? — услышала я спокойный голос напротив.

И когда подняла взгляд, хмыкнула. Передо мной стояла та, кого в моем новом мире называли Фелицией. Пожалуй, этот сон даже занимателен.

— Ведь ты пришла на мое место? Верно? — в вопросе чародейки слышалось лишь любопытство, никакой злости на то, что я ее фактически выпнула из собственного тела.

— Да, — все же ответила.

Это мой сон, а значит я одновременно и я, и Фелиция. И разговариваю я сама с собой — а потому что бы ни поговорить с хорошим человеком? Жаль только, что в этом фэнтезячьем мире не предусмотрены психологи. А то еще парочка таких выкрутасов разума, и мне точно потребуется помощь.

Фелиция осмотрела меня цепким взглядом, разве что в рот, чтобы пересчитать зубы, не заглянула. Усмехнулась.

— И как тебе?

— Что “как”?

— В моем теле? В моем мире… — если в ее фразе и проскользнула некая горечь, то едва заметная.

— Весело, — со вздохом ответила я.

— Как мои родители? — она спросила, сделала шаг вперед и коснулась моей руки. — Ты их видела?

— А то ты не знаешь? — усмехнулась я.

Мне казалось, что разговор с самой собой меня успокоит и мне не придется просто перебирать в уме все произошедшие события.

Стоп…

Почему на протяжении всего сна я пытаюсь сама себя убедить в том, что это лишь сновидение? Было бы логичнее, если бы я вообще об этом не думала, а так…

— Откуда?! — фыркнула чародейка. — Ку-ла! Я в другом мире!

— Ку-ла? — переспросила я, окончательно растерявшись.

— Так говорят, когда принимают входящий вызов в том мире, где я оказалась. Эмир сказал, что организует нам разговор!

— Эмир? — совсем ошалевше переспросила я.

— Ну этот… как его? Эмиссар душ!

— А-а-а, Гел, — флегматично поправила ее я.

Если ко мне и пришло озарение, то я не испытала совершенно никаких эмоций на сей счет. Лишь уточнила:

— То есть это не сон?

— Нет, — уже не так уверенно ответила Фелиция.

Затем вдруг ущипнула себя за руку, пробормотала пару слов. И куда тверже повторила:

— Нет, это не сон.

И как в подобных случаях полагается себя вести? Наверное, тут же задать тонну вопросов. Но… вместо этого мы уставились друг на друга так, будто у каждой из нас была цель выиграть в гляделки.

— С твоими родителями все хорошо, — наконец произнесла я. — Нам удалось разобраться с Микаем.

Фел широко улыбнулась, у нее даже взгляд просветлел. И уже через секунду настало ее время уточнять:

— Нам?

В сомнениях закусив губу, я все же решила рассказать обо всем с самого начала. С того самого мига, как я попала в ее тело, совершенно не понимая, что именно произошло. После она поведала о том, где очутилась сама. Как оказалось в каком-то техногенном мире, в котором о магии слышали лишь в позабытых сказках. Пока я слушала о ее приключениях, была вынуждена признать, что у меня все не так по-дурацки. У нее и война, и повстанцы, и бластеры, и космические корабли...

— Видимо, у тебя тоже душа неуемная, — под конец усмехнулась я.

— О да-а-а! — Фел закатила глаза. — Я рада, что с родителями все хорошо. Спасибо тебе.

— Обращайся, — хихикнула в ответ.

— Больше не смогу. Единственное, что удерживало мою связь с моим… теперь твоим миром — родители. Теперь, когда я знаю, что с ними все в порядке и что ты о них позаботишься, я смогу тут жить спокойно.

Хм… С моим миром меня связывает сестра и племянник. Но даже после слов Гела о том, как будет складываться их жизнь, тяга к ним не пропала. Я плохо разбираюсь в магии и всяких ритуалах, но что, если эта тяга поможет мне вернуться домой?..

Вот только нужно ли мне это на самом деле?

— Еще раз спасибо, — услышала я за мгновение до того, как выпутаться из странного сновидения.

Я резко вскочила с матраса, чуть не скатившись на пол. Услышала скрежет замка.

— Вы что, серьезно поместили ее сюда?! — возмущенный вопрос, заданный мужским голосом.

Слишком знакомым голосом.

Рэйдел!

— Дык, приказ…

***

Рэйдел

Наемник сидел напротив брата, не до конца уверенный в том, что все это происходит на самом деле. Что спустя столько лет им не только удалось пообщаться и поставить все завитушки над рунами, но и вновь найти общий язык.

— Так что Моник дурила не только нас с тобой, дорогой братец, — усмехнулся Эттер, делая небольшой глоток крепленого вина. — Много кто попался под влияние ее чар.

— Ну и бесы с ней, — произнес Рэй.

— Мне жаль, что у нас все так вышло, — тихо произнес король. — Я искал тебя. Но увы, и подумать не мог, что второй принц королевства выберет себе такой промысел.

— Зато надолго не засиживаюсь на одном месте, — фыркнул в ответ Рэй. И потом куда серьезнее добавил: — Мне тоже жаль, что у нас все так вышло.

Обоим братьям было по-настоящему жаль, но за пару часов не растопить ту ледяную стену, что строилась годами, невозможно. И Эттер, и Рэйдел это понимали.

— Что будем делать с принцессой? Мне нужен этот брак не меньше, чем Вортуонскому, — произнес старший брат. — Говоришь, что за тебя она замуж пойдет? Главное, чтобы был заключен союз между нашими родами, а какой там из братьев… Не все ли равно?

— Подозреваю, что исключительно в том состоянии, в котором она это озвучила. Но вынужден тебя разочаровать, Эттер. Мне нет никакого дела до ваших договоренностей, и жениться на Исис ради блага королевства, в котором меня не было десять лет, я не намерен.

— Значит, пришло время предаться нашим детским шалостям, — хмыкнул Эттер.

Рэй не стал скрывать удивления. Никак не думал, что старший брат предложит подобное уже в сознательном возрасте. У Эттера с самого детства проявлялись магические способности. Занимаясь с приглашенными чародеями и чародейками, он узнавал новые заклинания с упорной быстротой.

Чары иллюзии стали для него чем-то особенным. Он с легкостью сбрасывал с себя привычный каждому жителю королевства образ, облачался в простого горожанина и ходил по улицам столицы. Ему нравилось чувствовать себя простым человеком, не обремененным властью.

А начиналось все именно с Рэйдела. Чтобы запутать нянек и гувернанток, они часто “менялись местами”. После чары иллюзии использовались и с практическими целями. Эттеру нужно было идти на фехтование, на котором он откровенно скучал, а Рэйделу на военную стратегию, от которой нынешнего наемника подташнивало до сих пор. Так почему бы не поменяться местами?

Рэйдел перевел внимательный взгляд на брата.

— Разве это правильно?

— Разве Исис поступила правильно? Представь, если бы тебя не оказалось рядом и план принцессы увенчался бы успехом? К тому же, нам лучше не медлить.

— Для начала я хочу увидеть Фелицию, — произнес наемник.

— Она в сторожевой башне.

— Где? — в голосе Рэйдела просквозило холодом.

— Его величество отправил мне целую стратегию по укрощению принцессы, — фыркнул Эттер. — Даже странно, что она не предприняла попыток к побегу, если даже родной отец не верил в то, что она исполнит свой долг.

— Для этого ее отец нанял меня, — сухо ответил Рэй, мысленно перебирая все те шансы, что были у Исис для побега.