Глава 5

Чем все закончилось, увидеть нам не удалось: появилась взбудораженная Татьяна и разогнала всех, кого успела заметить около ресторана. Но Кира была бы не Кира, если б сдалась так просто, и вместо того, чтобы пойти работать дальше, потянула меня в сторону кухни.

— Официанты и повара теперь единственные, кто будет в курсе событий, — объяснила она свой порыв.

Там уже тоже бурно обсуждали случившееся. И только Карло переживал за то, что столько еды теперь пропадет зря…

— Но кто? Кто подстроил все это? — был самый главный вопрос, который волновал всех без исключения.

— Он явно из окружения Артема, — предположил кто-то. — Раз смог устроить все так незаметно…

— Ну не так уж трудно узнать, где лежит пульт от телевизора, куда вставлять флешку и где выключается свет, — возразила официантка Марина. — А, может, вообще это кто-то из нашего персонала… Ему заплатили, и он все сделал.

— Уж не ты ли это? — сыронизировал кондитер Жан, и та обиженно фыркнула в ответ.

— А что говорит Володя, бармен? — вставила Кира. — Ему же со своей стойки лучше всех должно быть видно…

— Володя в этот момент делал коктейль для бабушки нашего жениха, — усмехнулась Кристина, администратор ресторана.

— Бабушки? — переспросил кто-то.

— Ну да, вы разве не видели его бабушку? — Кристина продолжала усмехаться. — Забавная такая старушка. Одевается так оригинально… И все время курит, сигарету за сигаретой… А когда Ксеня убегала из зала, она сказала «Ну и славненько…» И махом выпила весь коктейль, с водкой, кстати. В общем, сорванная свадьба внука ее, похоже, не расстроила. Это все Вовка успел рассказать… И имя такое у этой бабули интересное… — Кристина задумалась, припоминая. — То ли Альжбета, то ли Гертруда… В общем, непривычное…

— Это мать Борисовича, что ли? — спросила Кира.

— Кажется, да, — повела плечами администратор. — Но Армандо говорил, что регистрировалась она не на фамилию Воложина, а какую-то другую…

На кухне вдруг появился тот самый бармен Володя, и теперь все ринулись с вопросами к нему.

— Тише! Тише! — начал отмахиваться он от особо рьяных вопрошающих. — Накинулись тут, я вообще только на секунду… На склад за ликером и текилой. Ну что-что там? Ругаются… Все и со всеми… Этот… Который отец невесты ругается с Артем Викторовичем… И Борисович орет вместе с ним… Сами папаши между собой тоже что-то выясняют… Хорошо, хоть драки нет… Зато гости, кажется, никуда уходить не собираются… Едят, пьют как ни в чем не бывало… Ко мне вон выстроилась целая очередь за чем-нибудь покрепче… Разрываюсь… Чтоб их с этой свадьбой…

— Татьяна идет сюда! — в дверь служебного входа кухни просунулась голова официанта Матео.

— Сматываемся, — Кира схватила меня под локоть, увлекая прочь из кухни. — Нам только второй встречи с ней не хватало… Точно штраф влепит. Мне так наверняка.

— Пошли на крышу, — предложила подруга, когда опасности встречи с руководством миновала. — Покурим… Что-то я разнервничалась.

— Ты же знаешь, я не курю, — ответила я, думая, что пора бы позвонить и узнать, как там Максимка.

— Пошли, компанию мне составишь… — от Киры тяжело было отделаться. — Я выкурю сигаретку и пойду работать… Мне еще пять номеров убирать перед завтрашним заселением… А ты уже, вроде, свободна…

— Ладно… Но только ненадолго.

Пока поднимались на крышу — любимое место отдыха многих сотрудников отеля — я успела сделать звонок Наташе и убедиться, что с сыном все в порядке.

— Фух… Ну Артем Викторович молодца, — протянула Кира, поджигая сигарету, и сделала первую затяжку. — Где ж так прокололся? Кто ж ему так угодил? И, главное, фотки такие откровенные… И с этой, подружкой невесты… Надо же… Наш пострел везде поспел… Я б на месте Ксени ему бы еще и морду расцарапала… И подружке тоже. И хотя мне эта выскочка-невеста самой не нравится, но из женской солидарности стану на ее сторону…

Я сама успела так устать от обсуждения этой темы, что лишь выжала из себя усмешку. Облокотилась о перила парапета и стала смотреть вдаль, на море, которое как раз раскинулось перед нами. Солнце потихоньку садилось за горизонт, окрашивая небо и воду пока еще в бледно-розовый цвет.

— А я сегодня, прикинь, парочку застала в одном номере, — со смехом перескочила Кира на другое. — Главное, стучу раз, другой… Молчание. Ну я и думала, никого нет. Захожу, а там… Номер-то однокомнатный, и кровать вот прямо передо мной… И они на ней шпили-вили делают… И девица так стонет, так стонет. Аж завидно стало!

— Завидно? — я снова усмехнулась, правда, без всяких эмоций. Ну не люблю такие темы, хоть убей…

— Ну а что? Когда у меня мужика уже месяц не было, конечно! — с веселым возмущением отозвалась подруга. — Хоть бы кого найти в этой Испании чертовой!.. А ты будто не позавидовала бы? — она покосилась на меня. — У тебя-то вообще давно никого не было… Муж твой когда умер?

— Пять месяцев назад… — нехотя ответила я.

— Ну вот! Неужели не хочется любви, так сказать? Горячего испанца, например…

Я безразлично пожала плечами, сама же внутренне подобралась. И как мне избавиться от этого разговора?

— Что, не хочется? — удивилась Кира. — Неужели Андрей был так хорош, что после него…

— Мне не с кем сравнивать, — вырвалось у меня раздраженное, и я тут же прикусила язык, злясь на себя за ненужную откровенность.

— Серьезно? — подруга даже опешила на секунду, но быстро вернула себе прежнюю развязанность и шутливость. — Но тебе ведь было хорошо с ним? Не можешь забыть его, да? Думаешь, другие хуже будут?

— Ничего я не думаю! — эта тема была мне настолько неприятна, что на глаза даже слезы навернулись. — И ничего хорошего там не было… — добавила уже совсем тихо.

— Эй, ты чего? — Кира наконец-то уловила мое настроение и попыталась перехватить мой взгляд. — Что, все так плохо было? Он бил тебя, что ли? Издевался?

— Нет, не издевался и не бил… — ответила со вздохом.

— Извращенец, что ли? — ужаснулась подруга дальше. — Заставлял что-то делать…

— Нет! — оборвала я ее. — И давай уже прекратим это, пожалуйста!

Ну как мне объяснить человеку, что секс с собственным мужем просто был для меня настоящей пыткой с первого же дня? Что я отбывала его как наказание, не получая взамен никакой ласки? Даже поцелуя… Что вместо радости и чувства эйфории, которые обещали все любовные романы, фильмы, женские журналы и с таким придыханием обсуждали однокурсницы, я испытывала лишь боль и неприязнь к этому процессу, не понимая, как может быть иначе? И так из раза в раз, изо дня в день, из года в год… Только беременность и несколько месяцев после нее стали для меня сущим раем, потому что избавили, пусть и на время, от этой повинности.

— Нет, постой, — Кира же не унималась. — Тебе надо выговориться… Что он с тобой делал?

— Ничего, Кира, ничего… — я устало покачала головой. — Все, проехали… Пожалуйста…

— То есть, вообще, ничего? — подруга поняла меня почти правильно. — Когда ты последний раз испытывала оргазм?

Я даже вздрогнула от этого вопроса. Ну как можно спрашивать такие откровенные вещи в лоб?

— Все ясно… — протянула Кира, выбрасывая бычок. — Никогда… Бедняга… И что твой муж, даже ни разу не озаботился этим? Не поинтересовался, хорошо ли тебе, женушка, со мной?

— Андрей считал, что удовольствие в постели получают только шлюхи, — призналась я тихо.

— О, мать… Как все запущенно, — Кира нахмурила брови и прицокнула языком. — И как тебя угораздило на такого козла попасть-то? О мертвых, конечно, плохо нельзя говорить… Но в твоем случае… Это еще слабо сказано. А если еще и твою свекровь вспомнить… То все, тушите свет! Не позавидуешь тебе, конечно… Я еще удивляюсь твоей стойкости и оптимизму. Ты прям, молодец… Нет, Витуль, надо с эти что-то делать… Не боись… Найдем тебе нормального мужика, и все будет хорошо…

— Вот только не надо мужика, прошу тебя, — меня вдруг пробило на нервный смех. — Обойдусь без него как-нибудь… Во всяком случае, пока…

— Нет, будем искать! — уверенно произнесла подруга. — И теперь уже первым делом тебе, а не мне!.. Тебе нужнее…

— Ого, а я думал, что буду здесь один! — дверь на крышу с грохотом отлетела в сторону, и перед нами предстал несостоявшийся жених собственной персоной. — Не помешаю, девчонки?

Воротничок рубашки расстегнут, «бабочка» свисает на одну сторону, пиджак небрежно переброшен через плечо, волосы на макушке взъерошены — праздничный лоск уже успел растеряться, и к Артему Викторовичу вернулся его прежний расхлябанный вид. Ко всему прочему в руке у него была початая бутылка шампанского.

— Нет, Артем Викторович, — Кира растянула губы в улыбке и начала медленно двигаться в сторону все той же двери. Я тоже последовала ее примеру, делая шаг туда же. — Мы уже уходим…

— Куда? Стоять! — он преградил нам дорогу и помахал шампанским. — А кто составит мне компанию?

— Мне надо работать, Артем Викторович, извините, еще пять номеров убирать, — Кира даже приложила ладонь к груди, показывая, как сожалеет. — Так что я пойду, ладно?

— Ладно, иди. А ты, — он показал на меня, — тогда останешься…

— Но мне тоже нужно работать, — поспешила ответить я. Получилось, правда, как-то неубедительно.

И меня сразу раскусили, напомнив:

— У тебя же утренняя смена была… Вита…

Надо же, запомнил имя…

— Но… — замялась я, не зная, что придумать еще в свое оправдание.

Тут Артем Викторович вдруг тяжело вздохнул и посмотрел на меня уж чересчур умоляюще:

— Ну, может, останешься, а? Пожалуйста…

Кира, находясь уже за спиной хозяина, сделала сочувствующее лицо, но на помощь мне не пришла, быстро ушмыгнув с крыши. Я перевела взгляд на Артема Викторовича и, проклиная свою безотказность, сказала:

— У меня есть минут двадцать, — правда, тут же добавила, будто оправдываясь: — На самом деле я сейчас работаю сверхурочно, из-за вашей свадьбы, так что с меня тоже могут спросить… Или даже лишить премии.

— Забей! — отмахнулся Артем Викторович. — Скажешь, что была со мной. Никто тебя ничего не лишит…

Он подошел к парапету, как раз к тому самому месту, где еще недавно стояла я, и шумно вдохнул в себя воздух.

— Хорошо-то как… — произнес на выдохе и обернулся ко мне. — Иди сюда… Что стала как бедная родственница?

Я, мысленно закатив глаза, подошла ближе и остановилась у перил в нескольких шагах от него.

— Боишься меня? — заметив это, усмехнулся Артем Викторович. — Думаешь, я начну вытворять что-нибудь подобное тому, что утром? Можешь не волноваться. Сейчас я вполне отдаю отчет себе в своих действиях… И мне до сих пор неловко за ту ситуацию.

Неловко? Что-то я сомневаюсь… Ну да ладно. Я все-таки придвинулась к нему немного, так, ради приличия…

Солнце уже задевало краешком море, а небо из розового превращалось в золотисто-алое и бликами отражалось в воде…

— Здорово, правда? — Артем Викторович кивком показал на закат и сделал глоток из бутылки. — Они всегда разные… Закаты, имею в виду… Я даже одно время пытался фотографировать их каждый день, искал сходство… Ни черта! Разные… Не похожи один на другой.

Я невольно улыбнулась. Надо же… Закаты он фотографировал… Романтик? Или просто любопытный исследователь?

Между тем Артем Викторович отставил в сторону шампанское, встряхнул свой свадебный пиджак и разложил его прямо на каменные плитки. Сел на него сам и похлопал рядом, призывая меня занять место рядом.

— Давай уже, — видя, что я медлю, он взял меня за руку и насильно усадил около себя. Затем откинулся спиной на парапет и замолчал, о чем-то задумавшись.

Я тоже замерла, украдкой за ним наблюдя.

— Осуждаешь меня? — вдруг спросил он, потянувшись за покинутой бутылкой шампанского.

— В чем? — уточнила я тихо.

— В том, что произошло на свадьбе, — его губы дернулись, искривляясь в очередной усмешке. — Все ведь уже знают… И ты тоже была там, я видел.

— С какой стати мне вас судить? — ответила я осторожно. — Кто я такая?

— И все ж? — Артем Викторович смотрел на меня испытующе. — Мне интересно, что ты думаешь по этому поводу.

— Что я думаю по этому поводу? — я пожала плечами. — Это ваша жизнь… Ваш выбор… И ваша ошибка, если, конечно, вы жалеете о ней…

— Думаешь, не жалею?..

— Не знаю. Но по правде говоря… — я замялась, размышляя, следует ли продолжать.

— Что? — он по-прежнему не отрывал от меня взгляда, я же смотрела только перед собой.

— По правде говоря, я бы не хотела оказаться на месте вашей невесты, — произнесла быстро, пока не передумала.

Артем Викторович несколько раз кивнул каким-то своим мыслям, затем глотнул из бутылки и протянул ее мне:

— Выпей…

— Это лишнее, Артем Викторович…

— Подожди, — он приподнялся и, ощупав карман пиджака со своей стороны, извлек оттуда маленькую рюмочку, грамм на тридцать-сорок, не больше. Довольно улыбнулся: — Прихватил в баре. Как знал, что пригодится! — и плеснул в нее шампанского. То зашипело, вспенилось, не желая помещаться в такой маленькой емкости, и начало убегать, заливая его руки и капая на пиджак. — Зараза! — засмеялся Артем Викторович и, проявив верх осторожности и аккуратности, все-таки умудрился заполнить рюмку до краев. Затем снова подал мне. — Прошу, леди, ваш бокал!

Я прикусила губу, сдерживая ответную улыбку, но рюмку все-таки взяла.

— За все хорошее! — Артем Викторович тихонько чокнулся своей бутылкой с моей рюмкой и на этот раз отпил залпом почти половину оставшегося шампанского.

Я тоже сделала маленький глоток игристого напитка, немного подержала его во рту, вспоминая вкус и те приятные ощущения, которые дарят маленькие пузырьки, лопаясь на языке. Давно я не пила шампанского… Не помню даже, было ли оно на последнем новогоднем празднике… Андрей все больше предпочитал красные вина и крепкий алкоголь. Я же, наоборот, шампанское любила очень. Только кто считался с моим мнением?..

— Эх… — Артем Викторович с улыбкой потянулся. — Сейчас бы уехать куда-нибудь далеко-далеко… Или хотя бы промчаться на всей скорости по побережью… Не хочешь со мной прокатиться?

— Нет, — ответила я резко и подобралась. — И вам не советую…

Артем Викторович уставился на меня с удивлением.

— Вы уже выпили и вам нельзя садиться руль, — я, осмелев, тоже посмотрела на него прямо.

— Да ладно! Для меня полбутылки шампанского — это ерунда… Я даже не чувствую себя охмелевшим…

— Мой муж тоже так говорил, — горло сдавило спазмом, и я отвернулась. — Пока не разбился…

— Он погиб в аварии? — спросил Артем Викторович после некоторой паузы.

Я кивнула.

— Почти полгода назад.

— Хреново… — вздохнул Артем Викторович и снова глотнул из бутылки. — Сочувствую…

— Не стоит, но все равно спасибо… — наш разговор сворачивал куда-то не туда, и мне это совсем не нравилось.

— Да не буду я садиться за руль! — почти без перехода заявил Артем Викторович. — Что я, идиот что ли? И раньше никогда не садился, так что не думай… Мне пожить еще хочется, — он ухмыльнулся. — Особенно теперь. Это я сейчас так сказанул… В порыве… Просто душа чего-то требует… Этакого… Можно я хоть покричу с крыши?

— Да пожалуйста, кричите, — усмехнулась я. — Только… Уже без меня. Двадцать минут давно вышли. Мне пора уходить.

Я предприняла попытку подняться, но меня рывком вернули обратно и притянули к себе. Это было так неожиданно, что я на время потеряла способность говорить и думать. Лишь смотрела на Артема Викторовича широко распахнутыми глазами.

— Останься только на минуту, — шепнул он, и в следующий миг я ощутила его губы на своих губах. Дернулась в тщетной попытке освободиться, но его ладонь тут же легла мне на затылок, удерживая.

Это был странный поцелуй… Губы Артема Викторовича лишь едва касались моих, почти не шевелясь. Он не пытался завладеть ими, или проникнуть внутрь, просто прижимался своими губами к моим, будто раздумывая, стоит ли идти дальше. Хватка его наконец ослабла, и я тут же отшатнулась от него, вскочила на ноги. На языке вертелись десятки обвинительных слов, но я точно онемела. Лишь несколько раз открыла-закрыла рот, будто рыба, выброшенная на берег. Он же тоже только смотрел на меня из-подо лба и ничего не говорил. В конце концов, я не нашла ничего лучшего, как просто сбежать с этой проклятой крыши…

По коридорам неслась, почти не различая дороги. Хотелось поскорее оказаться в своей комнате, спрятаться в ней, огородиться от всего того безумия, что творилось со мной сегодня весь день. Забыться сном, а утром думать, что мне все это просто приснилось…

— Мама! — Максимка вырвал меня из моих мыслей, и я с судорожным вздохом заключила его в объятия. Счастливо улыбнулась, когда его ручонки обхватили меня за шею, и обрела временное успокоение.

Когда же наступила ночь, мысли вернулись… Я лежала без сна, уставившись в потолок, и думала, думала… Вела бессмысленные диалоги с самой собой и с… тем, кто выбил меня из равновесия. Обвиняла, доказывала, защищала гордость… Даже несколько раз уволилась в тех же мыслях. Но потом снова вспоминала о поцелуе, чувствовала как наяву вкус его губ и… вновь терялась, металась, мучилась… Сходила с ума, ощущая себя загнанной в угол.

Артем Викторович, ну вот зачем… Зачем вы это сделали? Ведь до сегодняшнего дня все складывалось так хорошо…