Глава 28

- Я сегодня плавал кролем, прикинь! – захлебывается восторгом Никита, сидя на заднем сидении. – У меня круто получалось!

- Прям круто? – уточняю с добрым смешком.

- Да! У тренера спроси! Леш, скажи ей!

- Ник, - я оборачиваюсь назад, пока Погодин за рулем смеется, - ты вообще уже? Как насчет «Алексей» и на вы?

- Он мне сам разрешил вообще-то. С первого занятия!

Качая головой, усаживаюсь ровнее. Ворчу:

- Не следовало. У него и так никаких авторитетов нет.

- Мне казалось, ты для него авторитет, - замечает Леша спокойно, выгибая бровь.

- Это ты не слышал, как мы дома собачимся из-за домашки.

Брат сзади ожидаемо заводится:

- Это не домашка, это рекомендации!

- Господи…Но их все равно нужно делать!

- А оценки не ставят!

- Я это слышала уже примерно миллион раз!

- Никит, - говорит Погодин ровно, но на контрасте с нашими эмоциональными выкриками звучит наоборот внушительно, - рекомендации и правда нужно выполнять. И разговаривай, пожалуйста, с сестрой поспокойнее. Ты же мужчина. Ты должен о ней заботиться.

Я бросаю взгляд в зеркало заднего вида и смотрю, как, притихнув, брат хмурится, а потом отвечает тихо:

- Ладно. Извини.

Я тяжело сглатываю и ощущаю неприятный ком в горле. Никита помнит отца, но достаточно обрывочно, и мне жаль, что он растет без внятной ролевой модели. Как бы мне хотелось, чтобы кто-то научил его именно этому: быть мужчиной. Потому что я не уверена, что восемнадцатилетняя девчонка способна на подобное.

У дома по уже сложившейся традиции брат прощается с тренером за руку и несется к подъезду вприпрыжку, а я остаюсь в машине.

- А сколько еще тренировок нужно Нику? Ну, чтобы уверенно держаться на воде.

Стараюсь, чтобы голос звучал беспечно, но Погодин, кажется, чувствует фальшь.

Внимательно глядя на меня, отвечает:

- Смотря какая у тебя цель. Он все еще немного теряется иногда и проваливается в панику, но думаю, месяца нам хватит, чтобы это решить. Для вас это неудобно? Оплачивать тренировки.

- Нет, все в порядке, - улыбаюсь бодро. – Просто уточняю.

- Акваклубом владеет друг моего отца, так что в теории я мог бы договориться на то, чтобы заниматься с Никитой после окончания смены.

Ощущая колоссальную неловкость, я мотаю головой:

- Нет, ты что. Мы…у нас все хорошо, правда.

- Окей. Но знай, что такая опция есть.

Я улыбаюсь и поддразниваю:

- Потрясающая прямолинейность. Прям как тогда, когда ты сказал, что есть опция провести вместе ночь.

Леша хмыкает и игриво приподнимает брови:

- И это все еще так. Не передумала?

- Точно не сегодня.

- А когда? Завтра?

- Леш! – пытаюсь добавить укора в голос, но мне слишком смешно. – Ты можешь чуть меньше говорить о сексе?

- Ты первая начала! – восклицает тоже со смехом. – И нет, не могу. Я тебя хочу, не вижу смысла это скрывать. Но вообще-то я как раз хотел это обсудить.

Насторожившись, я хмурюсь и уточняю осторожно:

- Что?

- Наши отношения. Как ты их видишь. Я уже говорил, что рассчитываю на эксклюзив.

- Это значит… - пытаюсь подобрать слова, но почти на физическом уровне чувствую, как тяжело это мне дается, - что мы будем спать только друг с другом?

- Нет, Ника. – Леша улыбается и касается моей щеки, большим пальцем по своему обыкновению обводя мои губы по контуру. – Это значит, что я, конечно, уже практически мечтаю о сексе с тобой, но ты интересна мне вся. Отношения. Знаешь такую штучку? Когда люди становятся парой.

- Ты… - мой голос хрипнет, и мне приходится прочистить горло. – Ты хочешь, чтобы я была твоей девушкой?

- Да. Тогда ведь ты мне дашь?

Замираю на мгновение, но, к счастью, тут же понимаю, что Погодин шутит, и хихикаю нервно.

Отвечаю:

- Шансы определенно повышаются, да.

- Отличные новости. Едем ко мне прямо сейчас? – Заметив выражение моего лица, смеется и поспешно сообщает: - Шучу! Я не скот, Ника, я тебя слышу. Буду ждать.

- И стирать руки в кровь?

- Определенно! Видишь мозоли? Все из-за тебя.

Леша демонстрирует мне ладони, и мы смеемся вместе. Он подается вперед и целует меня в губы коротко.

Произносит, отстраняясь всего на пару сантиметров:

- Завтра у нас концерт, а в пятницу мой друг отмечает день рождения. Пойдешь со мной?

- Друг?

- Да, Артем. Еще более прямолинейный, чем я, но он хороший парень. Хочет с тобой познакомиться.

- Ты ему обо мне рассказал? – продолжаю недоумевать.

Леша очень близко, я чувствую запах хлорки, но даже через него улавливаю то, как пахнет его кожа. Приятно и очень притягательно.

- Рассказал. Ему нравятся мои влюбленные глаза, когда я читаю твои сообщения.

- Влюбленные? – повторяю эхом, пялясь на его губы.

Погодин кивает коротко и наконец снова целует меня. На этот раз долго, нежно, очень чувственно. Мне так нравится его вкус, что я позволяю себе полностью раствориться в ощущениях и забыть обо всех проблемах. Весь мир сужается до этого поцелуя. До наглого языка, до настойчивых ладоней. Когда Леша ныряет под мою футболку и пробегается пальцами по ребрам, забываю как дышать. А когда сжимает мою грудь, выдаю протяжный и очень искренний стон. Боже, не знала, что она у меня такая чувствительная.

- Еще раз обратишься ко мне «Алексей» и на вы, выпорю, - бормочет сбивчиво, оставляя влажный поцелуй на шее.

- Алексей, - выдыхаю тут же. – Вам это нравится?

- Провокаторша какая…

Я смеюсь и тут же вскрикиваю, когда он прикусывает нежную кожу. Пытаюсь сфокусироваться на Лешином лице, но вокруг такой густой и горячий морок, что у меня едва получается.

Шепчу:

- Я согласна. На эксклюзивные отношения. И на концерт. И на день рождения.

- Мне нравится, когда ты соглашаешься.

Улыбаюсь, и Погодин снова меня целует. Даже если у нас ничего не получится, я сберегу в памяти эти горячие поцелуи и то, как теряла голову в его руках. Наверное, иногда этого достаточно.