Глава 59

Леша

Останавливаюсь в дверях, пару секуд наблюдая за тем, как сосредоточенно Алина клеит стикеры в каком-то приказе. Видимо, в тех местах, где ректору нужно поставить подпись.

- Привет, - говорю, и она вздрагивает.

- Блин, Леша! – прикладывает руку к груди, где строгая блузка застегнута на все пуговицы. – Напугал!

- В следующий раз начну кричать о своем появлении еще из коридора.

- Лучше начинай с первого этажа, - она улыбается.

Перебирает папки на своем столе, выбирает нужную и машет ей в воздухе с триумфальным видом.

Я уточняю:

- Моя?

- Да! Приказ подписан, поздравляю, ты теперь официально третьекурсник.

Сунув руки в карманы джинсов, смотрю, как Алина достает кипу бумаг и демонстрирует мне размашистую подпись в конце. В этот момент радуется, кажется, даже больше меня самого. То ли сказывается усталость, то ли немного изменившиеся приоритеты. Быть живым и здоровым мне сейчас кажется важнее, чем быть студентом университета. Хотя я определенно горд за самого себя.

- Спасибо большое за помощь, - произношу искренне, пока достаю из кармана две плитки шоколада.

Секретарь отзывается, как всегда, смущенно:

- Да ладно тебе, не стоило.

- Ага, рассказывай, - хмыкаю.

Алина смотрит на меня вопросительно, а я указываю на урну рядом со столом, там упаковка от шоколада с орехами и несколько фантиков от конфет.

Рассмеявшись, она ногой двигает мусорное ведро в сторону.

- Ладно, поймана с поличным. Обожаю сладкое, и когда-нибудь жизнь меня за это накажет.

- За это не наказывают. – Киваю в сторону кабинета ректора: - Ее величество у себя?

- Да, подожди секунду.

Алина поднимается, поправляет на себе блузку и, постучав, заходит. Судя по глухим голосам, они переговариваются о чем-то недолго, и она тут же выходит ко мне, сообщая степенно:

- Можешь заходить.

Я закатываю глаза и картинно изображаю неземное счастье от того, что мне дали аудиенцию. Алина сжимает губы и старается не рассмеяться, пока я огибаю ее и переступаю порог святая святых этого университета.

Ректор сидит в кожаном офисном кресле и смотрит на меня с иронией во взгляде. Это худощавая женщина с короткой стрижкой и вечной печатью высокомерия на лице. Не всякое наше взаимодействие за эти годы было приятным, меня раздражал бесконечный сарказм и надменность, однако я знал, что за то, какая она в работе, все ее уважают.

- Погодин, - говорит с едва заметной насмешкой, - рада вас видеть. Заходите, присаживайтесь.

- Екатерина Алексеевна, - отзываюсь, - а я-то как рад вас видеть!

Она откидывается на спинку кресла, убирает волосы за уши.

- Поздравляю с зачислением.

- Благодарю.

- Люблю благодарных студентов.

Я ухмыляюсь, располагаясь на стуле для посетителей. На контрасте с ее царским троном он выглядит маленьким, неудобным и даже слегка унизительным. Почему-то я думаю, что именно этого ректор и хотела.

А еще я думаю, что если бы мы были в порнухе, намек во фразе о благодарности имел бы другой оттенок, но, к сожалению или к счастью, я точно знаю, чего Екатерина Алексеевна от меня хочет, и это, конечно, не секс. Если, конечно, не учитывать тот момент, что на первых соревнованиях после такого перерыва меня точно отымеют.

- Всегда к вашим услугам, - развожу руками, этим жестом заранее признавая то, что не смогу отказаться.

- Мне нужно, чтобы вы плыли за университет. Отстояли нашу честь. Могу на вас рассчитывать, Алексей?

- Скорее всего, честь нашего университета будет… замарана, - отзываюсь иронично. – Я не в форме.

- Меня это не особо волнует.

- Понял. Когда?

- После праздников. Алина вам все расскажет. Мне нужен результат, за который не будет стыдно.

- Я не буду первым.

- Меня устроит и третье место.

Какое-то время мы молчим, глядя друг на друга. Быть в тройке? Она точно с ума сошла. Не женщина, а цербер.

Я уточняю:

- А если не смогу?

- Не усложняйте себе жизнь.

- Я давно не тренировался, - повторяю упрямо.

- Поверила бы вам, если бы от вас так не несло хлоркой.

Мне хочется съязвить, что вообще-то я работаю в детском акваклубе и купаюсь не только в хлорке, но и младенческих какашках, но… вообще-то я приехал сюда с тренировки. Все еще прячусь в маленьком басике, где работает мой старый приятель, но с каждым разом нагрузки даются мне все легче.

Поэтому я просто поднимаюсь на ноги и спрашиваю:

- Могу идти?

- Идите, Алексей, - отвечает ректор. И, когда я уже берусь за ручку двери, добавляет: - Мне показали видео, где вы достали ребенка из реки. Там вы не сомневались в себе.

Я опускаю голову и разглядываю свои кроссовки. Странно сравнивать соревы и то, что случилось тогда на набережной. Но… может быть, она в чем-то и права.

- До свидания, Екатерина Алексеевна.

Вместо прощания ректор выразительно хмыкает, и я наконец ухожу. Алина в приемной говорит по телефону, поэтому жестами показывает, что пришлет мне всю инфу чуть позже, так что я покидаю универ и еду к Добронравовым.

Совсем недавно я был уверен, что не смогу вернуться в бассейн, что так сильно напортачил в собственной судьбе, так переломал там все, что буду восстанавливаться катастрофически долго. Но жизнь капец какая странная штука, она иногда насильно смещает твой фокус внимания, и глаза вдруг открываются. У меня есть ощущение, что картинка, до того мутная, вдруг прояснилась. Я так чисто и ясно вижу действительность, что каждый раз поражаюсь, как раньше мог заблуждаться.

Остановившись на светофоре, я набираю Нику.

Сразу спрашиваю:

- Вы готовы?

- Через сколько ты будешь? Ник только закончил сеанс, сейчас одевается.

- Семь минут, - отвечаю, сверившись с навигатором.

Василий посоветовал своего коллегу, сказал, что это очень хороший детский психолог, и я ему верю. Младший Добронравов съездил на очную консультацию уже два раза, и они перешли на видео формат. Не знаю, поможет ли это ему так же, как мне, но хотелось бы. Потому что на занятиях по плаванию, конечно, с момента ДТП Никита у меня еще не был.

- Тогда… - Ника делает паузу и говорит в сторону: - Иди сюда, причешу. Что?.. Потому что надо выглядеть прилично, Господи! Все, Леш, мы скоро спустимся.

Посмеиваясь, я говорю:

- Скажи, что непричесанных в свою тачку я не пускаю.

И сбрасываю звонок. Я рад, что Никита потихоньку перестает вести себя, как испуганный зверек, и становится похож на себя прежнего. Спорит с сестрой, орет, что не будет делать уроки или что позавчерашний суп ему надоел. Иногда только замирает стеклянным взглядом, таращится в никуда. Наверное, каждый раз снова погружается в ледяную мутную воду. Меня тоже периодически накрывают флешбэки, видимо, не такие болезненные, но мне и не восемь.

Я как раз подъезжаю к подъезду, когда тяжелая дверь открывается, выпуская наружу Добронравовых. Как это всегда бывает при встрече с Никой, мои губы растягивает многозначительная улыбка. Я отстегиваю ремень и выхожу, чтобы открыть дверь для Никитоса и улучить момент, когда можно будет поцеловать мою девочку.

- Погодин! – она уворачивается. – Помада же.

- Поправишь, - бормочу, обхватывая ее за шею и прижимаясь к губам.

Она, конечно, сдается. Как и всегда. Сплетаемся языками, контачим сразу глубоко и остро, ловим момент близости на глубинном уровне.

- Не вздумай сделать так при родителях, - ворчит она, когда отстраняемся.

- Я подумаю.

- Леша!

Смеюсь и указываю на нее пальцем:

- Кстати, и правда все размазалось.

- Блин, - выдыхает нервно и забирается на переднее пассажирское, тут же откидывая зеркало. – Твоя мама меня возненавидит.

Цокаю языком, выражая несогласие, но, в действительности я не уверен в том, как отреагирует моя мать. Она была готова познакомиться с моей девушкой, но, возможно, не совсем готова к тому, что у меня теперь семья «под ключ».