10

Эмилия со страхом ожидала следующего поручения, но Стейн словно забыл о ее существовании. Прошло три дня. Милли иногда встречала василиска в коридорах учебного корпуса, в столовой и в общежитии, но каждый раз он безразлично проходил мимо. Так, словно и не знаком с Эмилией.

Когда Милли видела его бесстрастное лицо, замечала, как его взгляд равнодушно скользит по ее фигуре, она чувствовала, словно что-то острое царапает сердце. Нимфа не понимала, что с ней творится. Прежде с ней такого никогда не случалось. Что это за странное чувство, когда некто и притягивает, и пугает одновременно? Почему порой страстно хочется его увидеть, а повстречав такого холодного, высокомерного, хочется либо бежать без оглядки, либо наговорить дерзостей?

Обычно одного взмаха ресниц нимфы хватало, чтобы тот, на кого она обратила внимание, оказался у ее ног. Но не Стейн.

Стейн. Стейн. Проклятый Стейн! В последнее время он прочно обосновался в мыслях!

«И как понять его молчание? — недоумевала Эмилия. — Но ничего, мы заключили договор, а значит, рано или поздно он придет с последним поручением».

Ожог, засвидетельствовавший сделку, не слишком беспокоил, но и не заживал, напоминая о долге перед василиском.

А еще Эмилию мучило чувство вины. Сказанное Стейну было жестоко, слова Милли его явно задели, хоть он и старался не подавать вида. А ведь она вовсе не стремилась быть безжалостной. Просто нервы сдали: она на самом деле испугалась за этого самоуверенного типа.

Даже Стелла заметила, что Эмилия ходит сама не своя. Обычно беззаботная нимфа погрузилась в задумчивость.

— Милли, да что с тобой? — подруга задавала этот вопрос на все лады, но Эмилия отмалчивалась. — Или ты магистра Варра боишься? Он пока про реактив не узнал и на ближайших занятиях не узнает точно, мы еще отвары проходим.

Магистр Варр. Вот надо было Стелле о нем вспоминать! Мало у Эмилии проблем, так еще и разбитый флакон добавлял новых. На занятиях, которые вел оборотень, Милли старалась вести себя тише воды, ниже травы, только бы лишний раз не привлекать внимания, и все же ей чудилось, что преподаватель нет-нет да поглядывает на нее с каким-то своим тайным интересом.

Утром третьего дня Милли столкнулась с василиском нос к носу. Нимфа и полуфея собирались зайти в галерею, Стейн же, наоборот, выходил, они едва смогли разминуться. Василиск по своему обыкновению продолжил путь, даже не оглянувшись, Эмилия же сделала шаг-другой и обернулась, глядя, как удаляется от нее прямая спина. От Стеллы не ускользнуло ее странное поведение.

— О Милли! Ты что? Ты влюбилась в него? — ошарашенно прошептала полуфея.

— В кого? В Стейна? Пфф, не смеши меня!

— Да ты себя со стороны не видишь. Щеки красные, а глаза — как у несчастной мышки. О, приди, грозный змей, и съешь меня!

Эмилия представила и неуверенно хихикнула.

— Ну что за ерунда, Стелла! Просто мы связаны договором, я жду не дождусь, когда же избавлюсь от него.

— Да?

Стелла подозрительно прищурилась.

— Да! — отрезала Эмилия.

«Действительно, пора уже положить этому конец, — подумала она. — Сегодня же пойду к Стейну и узнаю о последнем поручении. Сколько можно тянуть?»

Только вот идти не пришлось — вечером Стейн появился сам. Нарисовался на пороге как ни в чем не бывало.

— Пойдем со мной, Эмилия.

Сердце нимфы помчалось галопом. И снова сразу несколько противоположных чувств охватили ее. Сделалось тревожно: что ее ждет на этот раз? И любопытно. И… радостно. Такое дурацкое ощущение. «Я злюсь на него! — напомнила себе Эмилия и тут же приказала: — И чтобы никаких глаз, как у несчастной мышки!»

Василиск молчал всю дорогу, пока вел ее к себе в комнату. Отпер дверь, пропустил ее вперед, зашел следом — и все это без единого слова.

— Иди сюда, — указал на постель.

Милли встала столбом. Стейн, не понимая, нахмурил брови, потом — видно, догадавшись, — нервно взъерошил волосы. Выдвинул единственный стул и со стуком поставил его в центре комнаты.

— Просто присядь! О чем ты только думаешь, хомяк!

Эмилия выдохнула и примостилась на стуле. Хомяк, значит… Что же, той, которую называют хомяком, едва ли стоит опасаться за свою честь.

Стейн прислонился к столу и какое-то время хмуро рассматривал нимфу.

— Я попробую разорвать договор, Эмилия, — наконец сказал он. Голос прозвучал глухо, но решительно.

— Что? — вскинулась Эмилия. — Почему?

Она ожидала чего угодно, но не этого.

— Почему?

Стейн сделал стремительный шаг к ней навстречу, присел рядом на корточки, так что их лица оказались почти на одном уровне. На секунду посмотрел в глаза. Сейчас в зеленых глазах василиска не было угрозы, только усталость.

— Ты хотела отказаться от моего яда, значит, в нем нет жизненной необходимости. Я не хочу использовать для своих целей наивную девчонку, которая сама себя загнала в ловушку. Не стану тебя принуждать.7d2d54

Эмилия ошарашенно молчала. Она действительно это слышит? Не хочет использовать для своих целей? Это Стейн-то, который пер напролом?

Стейн взял в свои руки ее обожженную ладонь.

— Может быть немного неприятно. Я не пробовал прежде, но знаю заклятие и точно справлюсь. Я хороший заклинатель…

Милли мгновенно вспомнила Стейна, что стоял напротив аспида, смело глядя тому в глаза. Ты действительно хороший заклинатель, Стейн. И отчаянный. И, похоже, не слишком-то счастливый. Что ты так настойчиво ищешь, студент Орис?

— Нет! — крикнула Эмилия, выдрав пальцы из его хватки.

Сначала крикнула, а потом удивилась: чего это она?

— Свою часть договора я выполню, — устало проговорил Стейн. — Яд твой. Ну же, не трусь.

— Тебе не нужно меня принуждать, — тихо сказала Эмилия. — Просто попроси.

Василиск все так же сидел на корточках, только голову опустил. Разглядывал носки своих ботинок, словно впервые видел. Или что там на полу — пылинки?

— Стейн?

Ах да, Эмилия совсем забыла о глупом правиле: Стейн никогда не просит о помощи. Значит, и теперь не станет.

— Эмилия… Неали… — василиск с усилием выталкивал слова, будто они застревали в горле. — Я…

И завис.

— Прошу тебя, — осторожно подсказала Эмилия.

Как же тяжело с этими высокомерными змеюками!

— Прошу тебя, Эмилия. Мне нужна твоя помощь.

Милли едва не кинулась на шею Стейну, по щекам которого растекалась бледность. Вид у парня был растерянный, будто он только что совершил какой-то невероятный поступок.

— Я согласна тебе помочь, — улыбнулась нимфа.

И почему ей так хочется обнять этого мрачного василиска? Но нет, нельзя. Ухмыльнется, небрежно дернет плечом и скажет: «Ты чего, хомяк?»

— Так с чего начнем? — спросила Эмилия нарочито беззаботно.

— Для начала выкрадем из кабинета ректора книгу запретных заклятий.

О-па! Но он и не обещал, что будет легко.

— Какой-то ты преступный элемент, Стейн, — только и вздохнула Эмилия.

Тот в ответ улыбнулся. Улыбка мелькнула всего на мгновение и тут же растворилась в жестких складках у губ, и все же это была настоящая улыбка, а не обычная саркастическая усмешка василиска.

Эмилия же сделалась серьезна.

— Стейн… Ты обещаешь мне, что никому не причинишь вреда?

— Да, Эмилия. Никто не пострадает. Веришь мне?

Их взгляды пересеклись на секунду.

— Верю… — выдохнула она.