Глава 10

Глава 10

Я сидела на собрании, и все слова, речи пролетали мимо меня. Я словно в трансе каком-то была. Слушала, даже смотрела на выступающих, но не могла понять, кто, где и почему. Да и вообще, что я-то здесь делаю?

Голоса доносились будто через толстый слой ваты. Слова распадались на отдельные звуки, не складываясь в смысл. Тело присутствует, а разум где-то далеко. Возможно, всё ещё в лифте.

С новым боссом мы так и не смогли больше поговорить.

Когда я нажала на злополучную кнопку «семь» и услышала от Миши, что ему на этот же этаж, то просто уставилась на него в неверии.

В голове медленно, со скрипом, будто старая шестерёнка, складывался пазлик. То, как мы встретились, его обмолвки о работе, его плохая ориентация в городе.

Вот так судьба меня бросила под колёса именно тому, кого я в этой самой машине хаяла. Ругала, говорила о несправедливости и даже подлости. О том, что какой-то там хрыч получил моё место! Моё!

Я мысленно застонала. Вслух не смогла — горло перехватило.

И самое страшное, самое унизительное и нелепое: я ему сама всё ведь рассказала. То, как жила ради этой работы. Как мне обещали место. Какие дикие планы выставили — и я их выполнила, все до единого. Чем я жертвовала ради кресла босса — ночами, выходными, здоровьем, личной жизнью.

Я вылила ему душу вчера вечером. Сидя в его машине. Глядя на его профиль и думая, какой он хороший, внимательный, заботливый.

Интересно, какие же у него крутились мысли, когда мы с ним медленно поднимались на седьмой этаж. Он ведь увидел, что была нажата только одна кнопка, увидел моё выражение лица, увидел ту бурю чувств, что взрывалась вулканом в глазах. Увидел и…

Я бы многое отдала, чтобы узнать.

Но не суждено, видимо, было. Мы просто стояли и смотрели друг на друга. А как только двери лифта открылись, то возле нас моментально оказались люди. Завотделом по продажам — Игорь Семёнович, вечно вспотевший и суетливый. Главбух — Зинаида Петровна, дама строгая, но справедливая. И кто-то там ещё. Юрист, кажется. Или из отдела кадров. Не помню. Всё слилось воедино.

— Михаил Эдуардович! Добро пожаловать! — Игорь Семёнович тряс руку нового босса с таким энтузиазмом, что я удивилась, как конечность не оторвалась. — Мы вас заждались! Проходите, кабинет готов, документы все на столе!

— Да-да, мы всё подготовили, — подхватила Зинаида Петровна, и её голос звучал почти ласково — неслыханное дело. — Если нужны будут какие-то разъяснения по отчётности, я всегда на месте.

Я смотрела на них всех и вспомнила, что вчерашний ужин у нас отменился из-за дел на работе у Миши. Значит, он вчера здесь был…

Сомневаюсь, что работал. Ведь я должна была ввести его в курс дела и передать эти самые дела. Скорее всего, заканчивал дела с прошлой работой удалённо, а сюда возил какие-то свои вещи. Вот его увидел кто-то из тех, кто сейчас кружил вокруг нового босса.

Скорее всего, из отдела продаж. Они часто выходят на дежурства на выходные.

В голове шумело, в висках что-то сильно сжималось, и я на негнущихся ногах побрела к себе в офис. Там упала в своё кресло и истуканом так и сидела до самого собрания, на которое за мной явилась секретарша нового уже босса.

Кристина попыталась меня растормошить и расспросить, что произошло, но… Я её слова тоже пропустила мимо ушей. Да как, собственно, и половину уже этого идиотского собрания.

Ровно до того момента, пока очередь не дошла до меня. Нужно было представиться, рассказать о том, кто я и какие задачи выполняю. Мне вообще как временному заместителю босса, пока того не назначили, вообще нужно было начинать это всё, но собрание пошло иным путём. А я… Я была не в том состоянии, чтобы проявлять инициативу.

И вот когда настала тишина и все посмотрели на меня, я осознала, что вот и наступил тот самый момент.

Сердце совершило кульбит и полетело с немыслимой скоростью. Ладони моментально вспотели, в ногах растеклась слабость. Нужно было встать, но… Сил не было.

— С Мариной Викторовной мы уже поговорили, поэтому давайте перейдём к следующему, — внезапно мне на выручку пришёл Миша… Точнее, теперь он для меня Михаил Эдуардович Чернов.

Не ожидала, что именно он меня спасёт. Всё же я думала, что сегодня мой последний день на работе. Новый босс меня попросту уволит после всего, что я о нём ему же и наговорила.

Я уже даже начала приходить к мысли, что, может, оно всё и к лучшему? Зачем оставаться на той работе, где тебя обманули и не дали повышения?

Нет, в остальном претензий нет. Достойная заработная плата, нормальные условия, отпуска тоже оплачивались, помощь работникам, если у тех что-то происходило нехорошее. Сама компания мне всегда нравилась. Поэтому я и посвятила себя ей. Вот только с повышением… Как-то всё совсем гаденько произошло.

Я смотрела на Михаила Эдуардовича и не видела того Мишу, с которым сегодня завтракала.

Весь его облик кричал об уверенности. Никакой тени от того тёплого, почти домашнего взгляда в кафе. Передо мной был не Миша. Передо мной был босс. Чужой. Холодный. По-деловому собранный.

Человек, который с лёгкостью уволит за провинность или поставит на место, если кто-то посмеет зубки показать.

От него веяло такой силой и властностью, что сомневаюсь, что нашёлся бы хоть кто-то в нашей компании, посмевший бросить новому боссу вызов. Да даже думать об этом не будут.

Я, утопая в своих мыслях, едва не пропустила момент, когда собрание подошло к концу. Все поднялись, засуетились, зашептались.

Я тоже поднялась, чтобы уйти, но…

— Марина Викторовна, задержитесь, — остановил меня властный голос Михаила Эдуардовича.

И я сразу же замерла, не смея пошевелиться и поражаясь, как же может этот человек быть настолько разным? Утром только у него были тёплые, мягкие нотки в голосе, что меня завораживали. А сейчас… Сейчас сталь и холод.

Медленно развернулась и встретилась с пронзающим до глубины души внимательным взглядом серебристых глаз нового босса.

Как только за последним коллегой закрылась дверь, я услышала тихое:

— Марина, нам нужно серьёзно поговорить?

Глупое сердце вновь пропустило удар.

— Я слушаю вас, Михаил Эдуардович, — попыталась вежливо улыбнуться я, но боюсь, что получился оскал.

— Марина, — покачал головой босс.

— Простите, Михаил Эдуардович, — вздохнула я, понимая, что имеет право как босс сейчас злиться на меня. — Я знаю, что должна была прийти к вам раньше и начать вводить вас в дела нашего филиала…

— Марина, прекрати! — несколько жёстко потребовал он и моментально приблизился. — Наедине называй меня как прежде. Не нужно делать вид, что до этого момента мы не были знакомы и что не со мной ты сегодня с утра завтракала.

Вот от этих слов я опешила.

Уж чего-то другого я ожидала, но никак не такого.

— Не стоит, — прошептала я, покачав головой и встретившись с потемневшим, недовольным взглядом Михаила, добавила. — Не стоит, Михаил Эдуардович. Вы теперь мой новый босс и никаких отношений кроме рабочих между нами быть не может.

Получилось несколько холодно. Я не так хотела это сказать. Но, может, оно и к лучшему.

Служебный роман уж точно ни к чему хорошему не приведёт. Тем более после того как он занял моё место, а я… Я ему выдала всё, что об этом думала, ещё не зная кому это говорила.

Если и не сейчас, то он вспомнит те слова. Вспомнит и может решить, что такая работница как я ему не нужна. Вдруг подсидеть решу или обозлённый заместитель что-то ещё неприглядное сможет сделать, чтобы всё-таки заполучить его место? Или просто посчитает слишком жалкой…

Нет уж! Я ничего из этого всего не хочу!

Одно дело, если что-то не так пойдёт между нами как между коллегами, а другое… Он же мне понравился.

Очень даже понравился!

Если он сделает мне гадость, то… Это будет намного больнее, чем придурок Женя.

Поэтому… Поэтому ничего между нами кроме как официальных и рабочих отношений быть не может.

— Марина! — проскрипел зубами босс и так посмотрел на меня… Так посмотрел, что мне совсем не по себе стало.

То ли оттого что я поняла, что мне сейчас влетит за что-то, то ли… Это было что-то более горячее.

А мне такое не нужно. Я же сказала.

Поэтому сгребла папки, которые зачем-то приволокла с собой, и попятилась к выходу со словами:

— У вас что-то голос немного рычащий. Я к вам попозже приду. Со всеми документами.

И, пока тот не успел опомниться, быстро скрылась за дверью.

Сердце заколотилось как бешенное, и я поняла, что очень, ну просто очень сильно влипла!