Глава 8

Глава 8

Я вздрогнула от голоса, который мгновенно вызвал мурашки по всему телу.

— Похоже руки тебе мало, решил покалечить кое что посерьёзнее? Хотя, судя по тому при каких обстоятельствах нам приходится встречаться, это самое серьёзное ты уже вывихнул, — усмехнулся Роман.

— Ничего я не вывихнул! — мгновенно, точно ужаленный, огрызнулся мой бывший жених. Дёрнувшись в своей нелепой металлической ловушке, словно пойманный в капкан зверь.

Уши его моментально залились густой, пунцовой краской, как и шея, которую он уже изрядно натёр о холодные прутья в тщетных попытках освободиться самостоятельно. Вид у него был жалкий и одновременно комичный.

— Кто вообще дал тебе право разговаривать со мной в таком тоне? Приехал спасать, так будь добр, спасай. Обойдусь без твоих комментариев, — практически прорычал Кирилл. — И вообще ты должен…

— Да кто бы говорил, что я должен, — не дал договорить Рома, подходя ближе к забору. — Помнится, ты тоже не должен был оказаться в прошлый раз там, откуда мы тебя вытаскивали.

— Это не твоё дело! — вновь резко дёрнувшись в своём плену и сжав здоровой рукой холодный прут забора с такой неистовой силой, что костяшки пальцев моментально побелели.

— Перестаньте вырываться! — прервал перепалку напарник Романа, ставя рабочий чемодан рядом с Кириллом. — Сейчас не двигайтесь. Мы осторожно пережмём эти металлические прутья.

Я же, стараясь отвлечься от этой напряжённой, искрящей сцены и унять внутреннюю дрожь, перевела взгляд на второго застрявшего бедолагу. Того, который пролезть сквозь забор сумел ровно наполовину, и не смогла сдержать короткой, ироничной усмешки.

Теперь предельно ясно, что именно здесь делал мой бывший жених.

Вторым “пострадавшим” был Дмитрий. Дружок Кирилла. Судя по всему это его мальчишник, так как мы были приглашены на свадьбу через две недели.

И неудивительно, что он застрял. С его-то не по мужски пышной филейной частью. Зачем он вообще полез туда? Или свято уверовал в народную мудрость, что если голова пролезла, то пролезет и всё остальное?

В его конкретном, клиническом случае данная поговорка была категорически неуместна, даже преступна.

Да и про кошек она вроде бы…

М-да, у некоторых представителей мужского пола первые лет тридцать-сорок бурного, безбашенного детства проходят особенно красочно и незабываемо.

— Неужели больше никого из работников кроме вас больше нет? — растирая шею, скривился Кирилл, когда его освободили из западни.

Он с ненавистью смотрел на Романа, а после повернулся и в мою сторону. Вот тут его взгляд сильно изменился.

— Оля… — прошептал тот, замерев на месте с рукой на шее. К слову, здоровой рукой. Больная-то была зафиксирована повязкой.

И куда вот он полез вообще с больным плечом?

Как он собирался пролазить? Или дурь и празднование мальчишника выветрили последние остатки разума?

— А что в прошлый-то раз было? — тем временем спросил хозяин дома, с интересом глядя на Болотова.

— Это не твоё грёбаное дело, Серёга! Не лезь! — тут же раздражённо огрызнулся мой бывший жених, даже не повернув головы в сторону друга, продолжая гипнотизировать меня взглядом.

— Это не там ли ты себе руку вывихнул? — не успокаивался тот.

Витя вновь не сдержался и засмеялся. Прикрыл рот рукой и попытался успокоиться, но выходило худо.

Остальные парни, все, кроме несчастного толстопопого Дмитрия, тоже засмеялись и начали наперебой засыпать вопросами: что, где и как это случилось?

Засыпали этими вопросами они не только Кирилла, но и наших доблестных спасателей. Но последние стойко молчали. Лишь едва заметные улыбки, даже не они, а лишь намёки на них, выдавали то, что история явно их до сих пор веселила.

— Оля, нам надо поговорить, — тем временем Кирилл подошёл ко мне.

— Первым делом вас нужно осмотреть на наличие травм. И руку тоже, — тут же влез между нами Витя, просто спасая меня. — Я вас осмотрю.

— Да не надо! Я в порядке! — зарычал изменник, пытаясь обойти Витю.

Но моего напарника было непросто проигнорировать. Не успел Кирилл опомниться, как уже сидел на пластиковом стуле, что ещё недавно стоял у накрытого стола, и подвергался безжалостному осмотру фельдшера.

Я же тем временем принялась за осмотр освобождённого Дмитрия.

Ничего критичного там не было, поэтому закончили мы быстро.

— Зря вызывали, — сказал Дмитрий с извиняющейся улыбкой.

— Всегда лучше перестраховаться. Вдруг было бы что-то серьёзное, — не согласилась я, вставая и захлопывая свой чемоданчик.

— Это да… — согласился Дмитрий и, помявшись немного, добавил. — Кирилл не хотел идти ко мне на мальчишник. Это я его вытащил. Он был убит из-за вашей ссоры. Хотел хоть как-то взбодрить друга.

— Ты хороший друг, Дим. Но это не ссора. Мы расстались, — чуть резче, чем хотелось, ответила я.

И зачем мне вообще что-то объяснять ему?

Видимо, и Дмитрию не нашлось, что сказать мне. Смотрел лишь виновато. Так смотрят те, кто знает гнилую правду про своего друга. А значит, он знал.

Ну мне так-то дела до этого не было. Знает и знает.

Обсуждать это я всё равно не собиралась.

Дмитрий что-то хотел ещё сказать, но я заметила, что Кирилл идёт в мою сторону. Видимо, Виктор уже осмотрел его и не смог задержать на дольше.

Быстро попрощавшись с пациентом, я помчалась к выходу.

Я отчаянно хотела поговорить с Ромой, объясниться, потребовать ответов на мучающие меня вопросы, раз уж судьба вновь столкнула нас здесь.

Но обстоятельства, как назло, были самыми неподходящими, а Кирилл, этот вечный источник хаоса, явно не дал бы нам спокойно перекинуться и парой слов.

Поэтому пришлось лишь коротко, сухо кивнуть на прощание Болотову, поймав его ответный непроницаемый взгляд, и запрыгнуть в кабину скорой. Следом за мной, захлопнув дверь перед самым носом разъярённого Кирилла, влетел и Витя.

— Хух, еле успел, — выдохнул запыхавшийся напарник и подмигнул мне. — Мы вновь избавились от твоего бывшего.

— Спасибо, — устало улыбнулась другу, переводя взгляд с покрасневшего от злости Кирилла на смотрящего вслед уезжающей скорой Романа.

Как же жаль, что нам всё никак не удаётся поговорить нормально, хоть судьба с маниакальным упорством и сталкивает нас.

Но я обязательно это сделаю! Он не отвертится от объяснений!