Глава 1

Глава 1

Полина

Визг тормозов заставил меня прижаться спиной к холодному металлическому знаку «Стоп», и я мысленно перекрестилась, потому что над головой раскинулось бескрайнее звёздное небо, а часы давно перевалили за полночь, и в таком районе в такой час даже шорох казался угрозой.

Рядом со мной остановился байкер на тяжёлом, мощном мотоцикле, приоткрыл забрало шлема и хрипловатым, чуть насмешливым голосом спросил:

— Подвезти?

— Зачем? — поинтересовалась я сухо и даже немного раздражённо.

После смены устала неимоверно, да и терпеть не могу, когда ко мне подкатывают с непрошеными предложениями. А в такой час, да на пустынной улице, предложение этого здоровяка было однозначно непристойным.

Да что там говорить, такой и в толпе подойдёт, захочешь сбежать и никогда не отсвечивать, потому что он выглядел как настоящий штангист, причём взявший все первые места и поставивший мировой рекорд. В общем, здоровый такой мужик.

— Район небезопасный, — хмыкнул он, с интересом осматривая мои пышные формы, и я прекрасно прочитала в его глазах тот самый хищный блеск, от которого обычно хочется зарядить сумкой промеж глаз.

Район?! Да это ты небезопасный! Да и байк твой… — подумала я.

Я прекрасно знала, насколько опасной может быть езда на мотоцикле, потому что как раз возвращалась домой из морга, а к нам туда регулярно привозили байкеров, разбившихся всмятку. Санитары между собой называли их отбивными, и это была не злая шутка, а медицинская констатация факта.

После тяжёлого рабочего дня мне совершенно не хотелось вести долгие беседы и взывать к гласу разума незнакомого мужчины, у которого явно был отбит инстинкт самосохранения, причём отбит с такой же жестокостью, как у тех самых байкеров на моём столе.

Он полностью снял шлем, и… я его узнала!

Бо-о-ожечки-кошечки! С ума сойти!

Бывший одноклассник, который учился с нами до седьмого класса, а потом переехал с родителями в другой город, и с тех пор пропал со всех радаров.

Надо признаться, он сильно изменился. Я бы даже сказала, что о-очень сильно. Возмужал, плечи стали шире, в лице прорезалась какая-то грубая мужская жёсткость, но любопытный взгляд и эта его полуулыбка остались прежними, такими же, как в детстве, когда он подглядывал за девчонками в раздевалке.

Шокировано уставившись на здоровяка с трудом подавила удивлённый писк, и кое-как взяв себя в руки, покачала головой.

— Некоторые сами для себя небезопасны, — делано проворчала я, стараясь скрыть внезапно вспыхнувшее смущение. — Будешь так гонять, повторная встреча у нас состоится гораздо раньше, чем нам обоим этого хотелось бы. На моём столе в морге.

Смущение не отпускало, волнение накрыло с головой, а я так и продолжала пялиться на одноклассника, которого когда-то…

Стоп, Трайковская! Это всё в прошлом. И ты его уже давно забыла.

Кое-как справившись с накатившими воспоминаниями, я отлипла наконец от дорожного знака, к которому приклеилась от испуга, и бодрым, даже чуть вызывающим шагом направилась в сторону подземного перехода, хотя ноги дрожали и хотелось бежать.

Стоило только спуститься по ступенькам, как свет уличных фонарей перестал добираться сюда, потому что лампы в переходе горели через одну, да и те моргали с противным мерцанием, будто издевались надо мной.

Сглотнув, быстро перебежала на другую сторону, и поднялась по лестнице. Я стараясь не смотреть по сторонам и не слушать собственные шаги, которые гулко разносились по пустынной улице, а потом свернула во двор и почти побежала к своему подъезду, всё ещё чувствуя на затылке чужой взгляд… или мне это только казалось.

Дома меня ждала пустая квартира, где никто не зажжёт свет и не спросит, как прошёл день. Где разбитые мечты о красивой любви, в которые я уже почти перестала верить, и остатки позавчерашнего торта в холодильнике — шоколадного бисквита с масляным кремом, который я пекла сама для себя, потому что праздновать день рождения было всё равно не с кем.

Я прекрасно понимала, что личной жизни у меня нет из-за лишнего веса, сколько раз пыталась похудеть, но против сладкого устоять не могла, это было сильнее меня.

— Вот не могла ты себе другую вредную привычку выбрать? — часто спрашивала у меня Соня, моя единственная подруга ещё со школы, и качала головой с таким видом, будто я сознательно калечила свою судьбу. — Портишь себе жизнь, сладкоежка!

— Зато порчу со вкусом! — отвечала я тогда, заедая стресс очередной порцией шоколада, и мы обе смеялись.

В груди разлилась пустота, вполне привычное чувство для одинокой пышки, но сейчас оно было особенно сильным и въедливым, и действовало на нервы так, будто кто-то водил мелом по стеклу, и я никак не могла от этого отвлечься.

Я взяла последний кусочек, не заморачиваясь с тарелкой и вилкой, и потянула в рот, а когда доела вредную вкусняшку, набрала Соню, чтобы хоть с кем-то поделиться внезапной информацией.

— Соня, ты не поверишь, кого я только что встретила, — сказала я в трубку и почувствовала, как дрогнул голос.

Я терпеть не могла быть растерянной и всегда тщательно прятала это неловкое чувство под маской бодрой циничности. А вот сейчас, вспомнив его взгляд и улыбку, я поджала под себя ноги и прикрыла глаза, чувствуя, как мои щёки опаляет жаром.

— Сонь…