Глава 3

Я и сама не поняла, зачем вспомнила про сына соседа. Но так как мне нужно было о чём-то говорить, лишь бы не молчать. То меня уже понесло.

‒ Данила Александрович, говорил, что сын у него большая шишка в строительном деле. И тот коттеджный посёлок он построил. Но к отцу он редко приезжает, ‒ с сожалением отметила я. ‒ ДанСан об этом и не говорит. Но я же вижу, что он скучает по сыну. Так что если это сын к нему приехал в гости, то, конечно же, пусть они это время проведут друг с другом. А кран может и подождать.

‒ ДанСан скучает по сыну? ‒ переспросил «муж на час». ‒ Да он же суровый дед! Он же постоянно говорит, что ему никто не нужен.

‒ Неправда. Даже суровым мужчинам нужно кого-то любить, о ком-то заботиться! ‒ возразила я. ‒ Мой дед был таким же суровым мужиком. Он никогда не говорил, что любит, а сам скучал, когда я подолгу не приезжала.

В ответ мой собеседник усмехнулся.

‒ Как говорит ДанСан, у настоящего мужика нет времени на всякую чушь типа «скучаю», мужик должен делом заниматься, должен сам пахать с утра до вечера, и контролировать, чтобы другие работали.

Последние слова он сказал с такой уверенностью, будто говорил о себе самом. Хотя зная ДанСана, я легко могла поверить, что это именно его слова. Но тут же у меня в голове мелькнула картинка, мой «муж на час» в строгом деловом костюме сидит за большим столом и управляет большой компанией.

В этот момент, он положил инструменты в ящик и сказал.

‒ Ну что хозяйка принимай работу! Включаю воду.

Тут же образ бизнесмена в костюме растаял, точнее его слыло холодной водой. Стоило лишь моему ремонтнику попробовать открыть кран, как тут же забил фонтан.

Я ринулась закрыть кран, но сделала ещё хуже. Почему-то вместо того чтобы закрыть воду и минимизировать ущерб от очередного потопа, я наоборот сломала что-то ещё. Под большим напором струя воды ударила в потолок, а с потолка как дождём полилась на нас.

Клетчатая рубашка «мужа на час» вмиг намокла, облепив мощную грудную клетку и проявив все мышцы. Это было то ещё зрелище. Обомлев, я и забыла, что нужно что-то делать. На Восьмое марта Лиза уговорила Вадима купить нам билеты на шоу «Под дождём». Тогда я думала, что это он мне подарок сделал. Впрочем, это уже и неважно.

В общем, то шоу было на сцене, а сейчас оно происходило прямо передо мной, и я была его участником.

Нет, мой «муж на час» не пустился в пляс. Но всё же мужик в промокшей насквозь рубашке и джинсах не стоял столбом, а действовал.

А я была зрителем. Хотя это был спорный вопрос.

К тому моменту, как вода была отключена, и дождь с потолка прекратился, я сама промокла насквозь и могла участвовать в конкурсе мокрых футболок. Только поняла я это не сразу.

Закрыв краны, мужик развернулся, собираясь мне что-то сказать, но тут же смолк и пристально осмотрел меня сверху вниз, а затем снова поднял глаза, но до моего лица его взгляд так и не дошёл, остановился немного ниже.

Потребовалась пара секунд, чтобы я поняла, что в этот раз он точно не надпись на моей футболке читает. Я опустила взгляд и тут же осознала, что привлекло внимание мужика. Конечно же, я потом уверяла саму себя, что то что просвечивала мокрая футболка и спортивный лиф, это всё следствие холодного душа, а вовсе не возбуждения.

Опомнившись, я, было дело, ринулась прочь из кухни‒гостиной, но поскользнулась на мокром полу, и чуть было не упала. Меня вовремя поймали, подняли на руки и перенесли подальше от места потопа.

‒ Аккуратней, а то шею ещё себе свернёшь, ‒ сказал мужчина.

‒ Спасибо, ‒ невпопад ответила я, машинально обняв его за шею, и повторила, не зная, что ещё сказать. ‒ Спасибо…

А дальше тишина, я же так и не узнала, как его зовут.

‒ Павел, ‒ кивнул он и не придумал ничего лучше, как посадить меня на рабочий кухонный стол.

‒ Катюша, ‒ на автомате ответила я, убирая руки с его шеи.

Вот так мы познакомились и как-то незаметно перешли на «ты».

Павел отошёл на шаг назад и осмотрелся.

‒ Здесь всюду вода. Посиди пока. Косяк мой. Мне и убирать. Где у тебя тряпки или полотенца. Потом постираем. Сейчас нужно воду собрать.

Он старался не пятиться на мокрую футболку на моей груди. А так же не отпустил ни одной пошлой шуточки, хотя повод был. И уже за это я должна была быть ему благодарна. Но сама-то я не могла перестать пялиться на него, У меня всё ещё в голове не укладывалось то, с какой лёгкостью он подхватил меня на руки. А тут он ещё и признал вину и собирается, чуть ли не мыть полы в моей кухне!

Чтобы убедиться что это всё не сон и не плод моего воображения, я ущипнула себя. Тут же пискнула от боли, и прикусила нижнюю губу.

‒ Что случилось? ‒ развернулся ко мне Павел, начал пристально осматривать и предположил. ‒ Катюша ты ногу подвернула?

Соблазн был велик. Я могла солгать и сказать, что и вправду повредила лодыжку или ещё что-то. Тогда бы я могла бы и дальше сидеть на столе и любоваться работающим мужчиной. Но совесть не позволила так сделать.

‒ Нет, Павел я в порядке, ‒ ответила я и хотела спрыгнуть со стола. ‒ Сейчас, принесу тряпки и полотенца.

Но Павел не дал возможности спастись бегством. Он встал прямо передо мной. За счёт того, что я сидела на столе, наши лица были почти на одном уровне. Он смотрел мне в глаза, когда сказал:

‒ Катюша, я должен убедиться, что всё в порядке. Подними правую ногу.