Глава 7

Казалось бы, я должна была быть готовой к приезду бывшего парня.

Но из-за истории с краном, а точнее из-за знакомства с Павлом, я совсем забыла о предстоящем визите Вадима. Поэтому сейчас его появление немного дезориентировало меня. Остановившись на середине комнаты, я смотрела на бывшего жениха и не могла решить, что сделать: просто выставить его из дома или всё же найти молоток…?

Тут же в голову пришла мысль:

«‒ Кажется, на Павла молоток произвёл впечатление. Или не молоток?»

Услужливая память тут же подкинула мне картинки того, что на меня саму произвело неизгладимое впечатление: открытый взгляд Павла, редкая, но такая искреннее улыбка (лишь уголками губ), его сильные руки, широкие плечи и… В общем Павел нравился мне весь, пришла я к выводу.

Мысли о новом знакомом временно отвлекли меня от незваного гостя.

Вадим же понял моё молчание по-своему. Наверное, решил, что я так рада его видеть, что аж дар речи потеряла от счастья, ведь он вернулся. А ведь уходя, поклялся, что ноги его не будет в этом доме. Но вот он здесь.

‒ Катя, где дети? ‒ осмотрев гостиную, с тайной надеждой спросил Вадим. ‒ Ты передумала?

Мне не нужно было уточнять, что он имел в виду спрашивая, передумала ли я. Не застав моих племянников дома он тут же решил, что я отправила их к дальним родственникам мужа сестры или отдала их органам опеки. Видимо за всё время нашего знакомства Вадим так и не узнал меня достаточно хорошо, чтобы понять, что я своего решения не изменю и от племянников не откажусь.

‒ Катя, для тебя это было сложным решением, ‒ начал говорить Вадим, направившись ко мне. ‒ Но ты приняла правильное решение. Ты ещё слишком молода, чтобы растрачивать свою жизнь на чужих детей. У нас с тобой потом будет свои дети, и ты ещё наиграешься в дочки‒матери.

Такое заявление бывшего парня меня огорошило.

‒ Ты о чём это? Вадим, какие дети у нас с тобой?! ‒ рассмеялась я. ‒ Ты, наверное, хотел сказать у вас с Лизой будут дети.

Вадим был тем ещё засранцем, но логическое мышление у него было хорошо развито, и услышав имя подруги он сразу понял, что для меня для меня уже не является секретом их близкое общение.

‒ Миронова тебе звонила? ‒ спросил он.

Не видя причин делать их этого секретов, я ответила.

‒ Написала сегодня утром, и умоляла не забирать тебя у неё.

‒ Катя, что бы она тебе не написала, всё совсем не так. С ней у меня был лишь секс. Чистая физиология, я же мужчина и так как мы решили с этим не спешить, мне же нужен был кто-то, чтобы спускать пар.

Такое объяснение измены бывшего жениха меня аж покоробило. Получалось, что это я была виновата в том, что он уже год спал с моей лучшей подругой. Да я не спешила с этим и отказывала Вадиму в близости, потому что не была готова к этому. Но он и не сильно настаивал. Теперь-то я знала почему. Уходя после ссоры, он сказал мне, почему так и не затащил меня в постель.

‒ Ну да, Лиза Миронова в отличие от меня не толстуха, ‒ не удержалась я и припомнила ему его же слова. ‒ А на меня, как ты там сказал, у тебя не встаёт?! Вот и катись обратно в город, к Лизке, нам не о чем говорить!

Да, я всё же выплеснула накопившуюся обиду. Пусть Вадима я и не любила, но те его обидные слова и предательство подруги сильно ранило.

Высказалась я и развернувшись пошла обратно к газовой плите. Мне нужно было увеличить расстояние между нами. А кухонный рабочий стол, стоявший отельным островом в центре кухонной зоны, был идеальной преградой. Обогнув его, я начала крутиться у плиты, делая вид, что занята готовкой.

Зная Вадима, я была уверена, что он и близко не подойдёт к плите с кастрюлями или кухонной раковине с грязной посудой. Этот чистоплюй считал, что кухня это место для работы прислуги. Так воспитала его мама, и впервые за время нашего знакомства с Вадимом я была хоть за что-то ей благодарна.

Вадим остановился с той противоположной стороны кухонного острова и заговорил, тщательно подбирая слова.

‒ Катя, я понимаю, сообщения Мироновой тебя расстроили, но повторю, она для меня ничего не значит.

‒ А она тебя любит, ‒ мимоходом сказала я.

‒ Да плевал я на неё! Катя мне нужна ты, ‒ начал уже срываться Вадим. ‒ Она написала тебя всякую чушь, лишь бы поссорить нас. Но ты же меня любишь! Миронова сказала тебе, что я приеду, и поэтому надела свой любимый сарафан. Ведь так?!

Такое самомнение было присуще Соколову, он всегда был уверен, что весь мир крутиться вокруг него. Мне даже стало любопытно, как он отреагирует, если узнает, что свой любимый сарафан я надела, чтобы понравиться другому мужчине.

Отложив ложку, которой я пробовала подливку на соль, я развернулась лицом к Вадиму и собиралась сказать ему то, что думаю. Но Вадим опередил меня, снова заговорив первым.

‒ Да я виноват, что так долго не приезжал после нашей ссоры. Но я хотел дать тебе время. И вот видишь, я оказался прав. Ты приняла правильное решение, чужие дети ‒ это слишком большая ответственность.

‒ Мои племянники мне не чужие! ‒ твердо сказала я и добавила, чтобы поставить точку в этом разговоре. ‒ Они в поселке в Детском Центре на празднике, и уже вот-вот должны вернуться. Так что будет лучше, если ты уедешь до их прихода. Вадим, между нами всё кончено. Уезжай в город и не возвращайся!

По выражению лица Вадима и потому, как его глаза начали наливаться кровью, я поняла, что он понял, я не шучу. Но вот только он не собирался принимать мой отказ так легко. Переборов свою брезгливость к кухне, Вадим начал обходить рабочий стол.

‒ Катя, я знаю и другие способы убеждения, ‒ очень тихо сказал он.

Но я расслышала и впервые испытала страх, услышав явную угрозу в его словах и интонации. Соколов намеревался любым способом получить то, зачем приехал.