Глава 5

Я кивнула, хоть и не была уверена. Воздух здесь был насыщенным, электрическим – от звуков скрипов кроватей, смеха и шепотов за закрытыми дверями. Я никогда не была такой, какой хотела попробовать стать, приоткрыв завесу тайны. Никогда не позволяла себе предаваться тем желаниям, которые таились за Димиными словами. Но сегодня казалось, что все правила рассыпались в прах.

Дима отстранился на шаг, его взгляд скользнул по мне, будто оценивая. Его глаза были темные, и в них не было ничего, кроме голода. Он медленно снял куртку, бросив его на стул, и я увидела, как его рубашка обтянула мускулы. Под ней скрывался не только силуэт атлета, но и будто под кожей пульсировала сила, которая могла легко сломать мое сопротивление.

– Сними платье, – сказал он, и в его голосе не было просьбы. Это был приказ.

Мои пальцы задрожали, когда я стала расстегивать застежки. Ткань скользила по телу, оставляя меня голой и беззащитной перед его взглядом.

Дима стоял и смотрел. Его глаза задержались на самых интимных местах, будто он прикидывал, как буду отзываться на каждое действие.

Когда платье упало на пол, он сделал шаг ко мне, и его ладонь обхватила мое лицо. Нежно, но настойчиво. Его большой палец провел по моим губам, и я непроизвольно прикусила его, чувствуя, как мое тело трепещет от собственного дерзкого жеста.

– Хорошо, – тихо прошептал Дима, его губы прикоснулись к моим, но он не торопился переходить к следующему шагу. Вместо этого он тихо рассмеялся. – Постепенно покажу, о чем я говорил.

Его рука скользнула вниз, к моим бедрам, и он резко приподнял меня, прижав спиной к стене. Мои ноги обхватили его талию, а его губы снова опустились на мои, на этот раз с силой, которая заставляла меня забывать обо всем, кроме этого момента. Его язык ворвался в мой рот, и я почувствовала, как мое тело реагирует на его натиск, как жар разливается по мне волнами.

Но Дима не останавливался. Его рука снова скользнула ниже, и я замерла, когда его пальцы оказались на моей киске.

– Ты такая горячая, – прошептал он, а его пальцы двигались с изощренной медлительностью, вытягивая из меня стоны.

Я прикусила губу, пытаясь сдерживаться, не даваться легко, но его ладонь резко сжала мое запястье, заставив протяжно выдохнуть. Его губы скользнули ниже по моей шее, а его пальцы продолжали творить чудеса между моих ног, заставляя меня забывать, что вокруг нас вообще кто-то есть.

– Дима… – я едва выдавила его имя, чувствуя, как волна наслаждения приближается, а он только улыбается в ответ.

– Не надо ничего говорить, – шепнул он, его губы коснулись моей груди, а его зубы нежно поцарапали сосок. – Чувствуй.

Его рука скользила по моей киске, нащупывая клитор. Он резко прижал меня к стене, а его губы захватили мой рот в поцелуе, который лишал меня дара речи. Его тело прижалось ко мне, и я почувствовала, как он тверд и жаждет того же самого, что и я.

Его рука скользнула под мою спину, и он поднял меня выше, а его губы снова опустились на мои, в этот раз с такой силой, что я почувствовала, как мое сердце бьется в такт его дыханию.

– Я собираюсь показать тебе иную сторону наслаждения, – прошептал он, когда его пальцы дразнили клитор.

Дима наблюдал за мной, как хищник, примеривающий жертву. Его пальцы скользнули по моим бедрам, затем медленно вверх, к животу, где кожа горела под его прикосновением. Я сдержала дыхание, когда его рука обвила мою шею, потянув ближе к себе.

– Ты боишься? – его голос был тихим, почти ласковым, но в глазах – ничего, кроме голода.

Я отрицательно потрясла головой.

Ложь.

Внутри меня все сжалось от волнения и возбуждения, смешанных в опасный коктейль.

Дима рассмеялся, низко и густо. Потом его губы коснулись моих, но не так, как раньше – нежно или жадно. Он целовал меня как властелин, заставляя открыть рот, врываясь языком, как будто хотел поглотить меня целиком. Его рука скользнула между моих ног, и я невольно вздрогнула.

– Доверься, – приказал он, но его пальцы уже нашли мой пульс, заставив биться быстрее.

Его рука сжалась на моей голой ягодице, затем он резко прижал меня к себе, и я почувствовала, как его тело обжигает меня сквозь тонкую ткань его брюк. Его дыхание стало тяжелым, прерывистым, как будто он сдерживал что-то темное, опасное.

– Оденься, – сказал он вдруг, поставив меня на пол. Его голос был хриплым, а глаза – темными, как бездна.

Я повиновалась механически, натягивая платье, которое теперь казалось слишком коротким и слишком открытым. Дима наблюдал за мной, скрестив руки на груди, как король на троне.

– Пойдем, – бросил он, хватая меня за руку.

Я не успела даже спросить, куда. Он вывел меня из комнаты, через лабиринт коридоров, где эхо шагов смешивалось с стонами и смехом. В дальнем конце клуба была узкая лестница, ведущая вниз. Дима спустился первым, а я последовала за ним, чувствуя, как беспокойство от неизвестности ползет по спине.

Подземелье оказалось еще более впечатляющим. Красные фонари отбрасывали длинные тени на стены, покрытые шелковыми обоями. В центре комнаты стоял черный диван, обтянутый бархатом, а на столе перед ним лежала цепи из кожи и несколько тонких палочек.

– Вот что мне нравится, Роза, – Дима повернулся ко мне, и его губы изогнулись в усмешке. – Когда ты полностью подчиняешься.

Дима сделал шаг ближе, его палец провел по моей щеке, затем по губам.

– Надень повязку, – приказал он, кивнув на кожаную повязку на столе.

Я послушно взяла ее. Кожа была холодной на ощупь, но, когда надевала ее на глаза, мир вокруг сжался до Диминого дыхания, запаха, прикосновений.

– Хорошо, – прошептал он, обнимая меня сзади и прижимая к себе. – Теперь ты – моя кукла.

Его губы коснулись моего уха, затем он обошел меня и стал целовать меня, как будто хотел запомнить каждый мой стон, каждую дрожь.

– Отдайся мне, – шептал он, а его пальцы уже снимали мое платье. – Не сопротивляйся.

Я и не могла. Его голос, приказы, дыхание – все это сковывало меня сильнее, чем любые цепи.

Когда Дима окончательно освободил меня от одежды, то отступил. Судя по тому, как замер, он рассматривал меня, потом подвел к стене и загремели цепи.

– Подними руки, – скомандовал Дима.

Я повиновалась. Холодный металл обхватил мои запястья, приковав меня к стене. Дима снова подошел, его пальцы провели по моей груди, затем ниже, к животу, и я вздрогнула от его прикосновения.

– Буду делать с тобой, что захочу, – проговорил он, наклоняясь и прикусывая мою шею.

Его губы спустились ниже, к груди, а зубы – к соску, и я закричала, когда боль смешалась с наслаждением. Дима целовал и покусывал меня, его руки скользили по моему телу, а его дыхание становилось все тяжелее.

Когда Дима погладил мою киску, я уже не могла сдерживаться. Он играл со мной, как с музыкальным инструментом, вытягивая откровенные звуки.

– Дима… – его имя вырвалось из меня.

– Молчи, – приказал он, и я повиновалась.

Его губы вновь опустились на мои, а его язык ворвался в мой рот, заглушая пустую болтовню. Мужская рука сжала мою ягодицу, затем меня резко приподняли, прижав спиной к стене. Я почувствовала твердость Димы между ног, его жажду, власть.

– Я буду владеть тобой всю ночь, – повторял он, его голос дрожал от возбуждения.

Когда Дима вошел в меня, я вскрикнула от удовлетворения, что он наконец соединился со мной. Мой мужчина двигался медленно, жестко, будто хотел выжечь дотла. Его губы нашли мой рот, затем спустились к шее, а его руки – водили по моим конечностям в цепях.

– Такая покладистая, – шептал он, его голос дрожал от наслаждения. – Моя маленькая роза, раскрывающаяся только для меня.

Я не говорила, лишь пыталась двигать бедрами в такт Димы, которому принадлежала полностью. Только ему одному.

Когда я кончила, он вышел из меня, но не отпустил сразу, а просто держал в своих руках, прижимая к себе, словно боялся, что исчезну.

– Это еще не все, – прошептал он, касаясь губами моих волос.