Глава 8

Ближе к концу лета Ирвин отремонтировал сарай. И даже несколько улучшил его конструкцию, подготовив больше мест для сушки трав. Правда ночевать в сарай ведьмочка его больше не пустила. Из остатков досок раб сколотил небольшой топчан и поставил его в сенях. Лето утекало как песок сквозь пальцы. Все чаще затягивали дожди, а по ночам уже было зябко.

Эта ночь выдалась теплой. Ни ветерка, ни облачка на небе. Ирвин лежал в саду под раскидистой яблоней и смотрел в небо. Там, прячась за густой зеленью, на него смотрели звезды. И ничего в них не менялось, сколько бы лет не минуло.

Когда-то давно, будучи еще совсем ребенком он так же лежал под яблоней в родительском саду и смотрел на звезды, а они на него. С тех пор прошло много лет, а они ни капли не изменились, все так же молча взирали на него. Он думал о том, как сильно изменился он сам, как изменились его желания, его жизнь. Тот мальчик из далекого прошлого мечтал о подвигах и путешествиях, наверно, как и все мальчишки. Этот, уже взрослый, молодой мужчина тихо радовался своей простой жизни.

Он все еще был рабом, но не чувствовал этого. На мгновенья забывая о всех условностях своей жизни он просто был счастлив. Маленький домик, хозяйство, и рядом прекрасная женщина. Умная, красивая, домовитая. Разве можно мечтать о большем? Если только о детях, но об этом Ирвин запрещал себе даже думать. По крайней мере сейчас, оставаясь по сути ее рабом. А еще он все же скучал по родным. «Эх, матушка, знала бы ты как я сейчас живу, непременно порадовалась бы за меня. Тебе бы Марика пришлась по душе, хоть и ведьма», — думал он, глядя в ночное небо.

Скрипнула входная дверь и парень оглянулся. Из дома вышла Марика. Одета девушка была необычно, длинное до самых щиколоток белое платье свободного кроя, подол которого был расшит цветастым узором, девушке удивительно шло. Простые широкие рукава и скромный вырез платья, стянутый веревочкой создавали образ непорочной девы. Волосы крупной волной рассыпались по плечам, украшений на девушке тоже не было.

Ирвин залюбовался своей красавицей хозяйкой, а сама Марика тем временем, совершенно босая, быстрым шагом поспешила к калитке. «Куда это она, на ночь глядя?» — подумал парень и, подскочив, двинулся ей на перерез.

— Куда ты? Ночь на дворе ведь, — спросил он девушку выходя из-за кустов.

Встретить в столь поздний час Ирвина ведьмочка не рассчитывала и от неожиданности вскрикнула.

— Напугал, — призналась она и нервно улыбнулась.

— Так куда ты собралась, Марика? — повторил свой вопрос Ирвин.

— Погулять, — ответила девушка и отвела взгляд. Парень сразу почувствовал, что она недоговаривает.

— Поздно уже, давай утром погуляешь.

— Нет, я сейчас хочу, не спится мне.

— Не чего одной по ночам гулять, в лесу не безопасно, — сказал Ирвин, справедливо рассудив, что без острой необходимости ведьмочка в деревню не пойдет, тем более ночью.

— Ирвин, ну что ты как с маленькой, — возмутилась девушка, — ведьма я в конце концов или не ведьма? Мне лесные звери не страшны.

Ирвин это знал, но беспокоили его совсем не звери.

— Ты не хуже меня знаешь, что не зверей надо опасаться. Староста говорил, что возле Утяшиво бандитов видели, а это не так далеко от нас.

Девушка вздохнула и посмотрела ему в глаза.

— Ирвин, я ведьма, а сегодня особенная ночь. Мне правда очень надо, не волнуйся за меня, пожалуйста.

Про ведьмины шабаши парень слышал, останавливать ее в этом случае было бесполезно

— Я с тобой пойду.

— Что?? — Марика от изумления глаза распахнула, — с ума сошел? Хочешь, чтобы меня свои же засмеяли?? Нельзя тебе со мной, никак нельзя.

— А я не с тобой, я может тоже погулять хочу, да нам просто по пути оказалось, — и он упрямо поджал губы с прищуром посмотрев на свою хозяйку.

Взгляд этот ведьмочка знала, бесполезно было что-то доказывать, да и времени уже не было. Марика махнула рукой и не слова не сказав, направилась к калитке.

Шли они молча, быстро пройдя небольшую поляну, фактически нырнули в чащобу леса. Ирвин было удивился выбору маршрута, тропинки лесные, были совсем в другой стороне, но немного по плутав по кустам они вдруг вышли на вполне просторную тропинку, идти по которой было легко.

«Ведьмины тропы» — подумал Ирвин, и тут де услышал недовольный голос своей ведьмочки.

— Нет никаких ведьминых троп, звериные это тропы, мы природу слушать умеем, да видим больше людского, вот и все.

Парень не сразу осознал, что фразу он в слух произнес и сильно смутившись буркнул:

— Прости.

— Да ничего, Ирвин, не ты первый, — грустно отозвалась ведьма.

— Я не хотел тебя обидеть, хозяйка, просто мало знаю о тебе.

— Ааа, знаменитый раб ведьмы, — послышался женский грудной голос слева от них. Парень мгновенно обернулся, но никого не увидел.

— Надо же, Марика раба привела, — услышали они другой, чуть более высокий голос.

— И правильно сделала, леса нынче не безопасны, даже для нас, — ответил ей грудной голос и из-за дерева вышла женщина, — здравствуй, Марика.

— Здравствуй, наставница, — тепло ответила ведьмочка и подбежав к женщине сжала ее ладони.

Следом за женщиной показалась еще одна ведьма, молоденькая совсем девушка с черными прямыми и очень длинными волосами.

— Расина, здравствуй, рада тебя видеть, — поздоровалась Марика с девушкой.

— И я тебе рада, сестра. Ну, пойдемте, все уже собрались.

Марика шагнула навстречу ведьмам, а вот Ирвин замялся.

— И ты, раб, пойдем с нами, — позвала его девушка, по имени Расина, — наставница предвидела твой приход, она разрешила тебе присутствовать на нашем празднике.

Ирвин еще мгновенье колебался, но, увидев счастливую улыбку своей хозяйки, пошел за ведьмами. Они вышли к удивительной опушке, где стояли, сидели и даже лежали еще десять девушек. Все они были одеты в такие же простые белые платья до пят, расшитые цветами и листьями. По среди опушки горел большой костер, над которым висел котелок. От котелка шел приятный сладковатый аромат и слышалось бульканье. Марика подошла к ведьме, что помешивала варево в котелке и подала ей сверток белой материи. Удивительно, но Ирвин даже не заметил его ни у дома, ни пока они шли по лесу.

— Как тебя зовут? — обратилась к нему ведьма, что Марика назвала наставницей.

— Ирвин, госпожа, — раб поклонился женщине.

— Меня зовут Лакурия, я старшая ведьма в этом краю. Девочки зовут меня Наставницей, ведь для многих из них я была учителем в ведической школе. Но ты можешь звать меня просто по имени, я не госпожа тебе. У тебя ведь своя госпожа есть.

Ирвин невольно взглянул на свою хозяйку. Возле костра уже собрались пять ведьмочек и девушки весело щебетали и смеялись.

— Нет ничего постыдного в твоей участи, Ирвин, — проговорила Наставница ведьм, — у каждого человека своя судьба. Твоя привела тебя к ведьме. Потому ты и стал рабом.

— Она обещала меня освободить, — проговорил парень, не сводя глаз с Марики.

Наставница вдруг рассмеялась:

— Не торопись с выводами, раб. Ведьма свое никогда не отпустит.

Слова эти были неприятными. Ведь Марика совсем не такая. Да и не ведьма она, ведьмочка. Милая, добрая, отзывчивая. А вот рядом с парнем стояла ведьма настоящая. Статная, высокая женщина с волевым, властным взглядом, полным мудрости. Женщина просто-таки светилась силой и казалась очень опасной.

— Не отпустит она тебя о себя. Не осознала еще этого. Но поверь мне на слово. Я ее знаю лучше.

Верить старшей ведьме не хотелось Парень поджал губы и промолчал.

— Не сердись, — смягчилась Лакурия, — присоединись к нам. Сегодня у ведьм праздник. Ешь, пей, развлекайся. Но никогда и никому не рассказывай о том, что увидишь сегодня.

И она повела рукой, приглашая Ирвина пройти на поляну. Оказалось, что в котелке дымился душистый напиток из трав и ягод. Никакого дурмана или алкоголя в нем не было. Напиток был приятным на вкус и очень бодрил. Девушки пили, ели, много смеялись.

Через какое-то время одна из ведьм взяла в руки лютню и потянулись девичьи песни. Сначала девушки пели что-то очень нежное, даже слегка грустное, затем затянули веселую песенку про гнома-водовоза, некоторые ведьмочки пустились в пляс. Белокурая подружка Марики потянула парня танцевать. Ирвин не сопротивлялся, всеобщее веселье завладело и им. От души наплясавшись раб остановился и услышал:

— Ирвин, иди к нам, — позвала его все та же блондиночка, туда где под деревом отдыхали четыре ведьмочки.

— Ревнуешь? — спросила Расина Марику, незаметно подкравшись сзади.

Марика вздрогнула. Девушка наблюдала за своим рабом и улыбалась.

— Нет конечно, — ответила ведьмочка, — ведь он мой раб.

— А ключевое слово «мой»? — засмеялась подруга и обняла ее за талию.

— Ключевое слово «раб», Расина. Он всего лишь раб.

— Он мужчина, Марика, красивый сильный мужчина. Твой мужчина, — подмигнула подруга и засмеялась.

— Да ну тебя, — отмахнулась ведьмочка, а щечки уже заалели.

Тем временем, девушки, что обступили Ирвина со всех сторон его совсем заболтали. Ведьмочки гладили его по рукам, теребили густые волосы и что-то ворковали. От обилия внимания парень совсем разомлел.

— Спи, Ирвин, спи, — мелодичным голосом приговаривала светловолосая ведьма, вкладывая в свои слова совсем капельку ворожбы, — не нужно тебе большего знать.

Веки его стали совсем тяжелыми, и парень заснул.

Перед самым рассветом, когда усталые, но довольные ведьмочки прощались друг с другом Лакурия обратилась к Марике, глядя на спящего парня.

— Хороший он у тебя, светлый, — сказала наставница, — береги его, Марика. Он тебе хорошую службу сослужит.

— Хороший, — эхом повторила девушка, тоже наблюдая за спящим Ирвином.

— Марика, будь осторожнее. По селам монахи черные ходят. Только не ту веру они проповедуют. Людей против ведьмовства настраивают, клевещут.

— Меня люди в селе любят, — улыбнулась девушка.

— Люди, Марика, слишком поверхностны и легковерны. Будь осторожнее. И парня береги. Нужен он тебе.

Марика кивнула. О плохом думать не хотелось. Распрощавшись со всеми, она пошла будить своего раба.

— Ирвин, Ирвин, — нежный голос врывался в сознание парня, разрывая сон, — просыпайся, Ирвин. Нам пора возвращаться.

Он открыл глаза и увидел ведьмочку. Свою ведьмочку. Марика улыбалась ему и нежно гладила по щеке.

— Просыпайся, соня, — вновь сказала она, — пора домой.

Ирвин приподнялся на локотках и осмотрелся. На поляне уже никого и ничего не было. Ни котелка над костром, ни пляшущих вокруг ведьм. Хотя над местом, где горел костер еще вился дымок, а значит произошедшее ему не привиделось.

— Что случилось? — спросил он озираясь.

— Ты заснул, а девушки не стали тебя будить. Все уже ушли и нам с тобой пора возвращаться.

Парень виновато посмотрел на свою хозяйку.

— Да брось, Ирвин. — она с усмешкой глянула на раба, но его расстроенный вид разжалобил ведьму и она призналась, — Лисандра тебя усыпила. Ведьмы не просто так собираются. То, что дальше произошло не должны видеть посторонние. Прости уж.

— Ничего, хозяйка, понимаю, — пробасил Ирвин немного успокоившись. Все-таки было ему жутко стыдно что уснул посреди праздника, да еще и в компании посторонних девушек.

— Пойдем домой, устала я сегодня, — сказала Марика и тихонько пошла в сторону деревни.

Ирвин легко соскочил на ноги, усталости раб не чувствовал, видно волшебный сон помог отдохнуть и восстановить силы. Он подбежал к ведьме и схватил ее на руки. Девушка взвизгнула.

— Ты что творишь?! Пусти.

— Так ты же устала, хозяйка, — невинно произнес Ирвин и перехватил девушку поудобнее, — а я отдохнуть успел.

— Ирвин, пусти! — запищала она, но из рук не вырывалась, а потому парень решил, что можно просьбу и проигнорировать.

Небо на востоке уже совсем побелело и идти было легко. Так с ведьмочкой на руках Ирвин дошел до самого края леса и отпустил ее только когда из-за кустов показались первые деревенские домики.

А уже дома ведьмочка быстро ополоснулась и убежала наверх спать. Ирвину же сон уже не шел. Чувствовал он себя превосходно, словно всю ночь проспал, а не отплясывал с ведьмами у костра. Дождавшись рассвета парень тихонько вышел за калитку и отправился на работу.