Глава 10

Осень, в королевстве, традиционное время для военных сборов. Каждый год перед зимой по всем деревням шли военные, дабы рекрутировать молодых и свободных на очередную войну. Зиму новобранцев тренировали, а по весне шли на очередную войну. Аристократы подшучивали за глаза над королем, дескать в солдатиков в детстве не наигрался.

Простому люду было не до шуток. Рекрутировали в основном мужчин до тридцати пяти лет, если к этому времени у них было менее двух детей. Хоть и службу несли мужчины не более пяти лет, а все же матери волновались, не на праздник сыновей забирали, на войну. Эта осень от остальных не отличалась.

— Эй, холоп! — громко, перекрикивая гомон толпы на торговой площади, выкрикнул военный, — почему по гражданке?

Обращался он к Ирвину, который шел с объемной сумкой за своей хозяйкой. Раб внимания на окрик не обратил. Солдат зло выругался и припустил за Ирвином. Догнав в три шага парня, он грубо его развернул и рыкнул:

— Я к тебе обращаюсь! Оглох что ли?

Ирвин зло зыркнул на военного и уже хотел ответить, когда Марика положила ему ладошку на руку.

— Он не глухой. И не холоп, он мой раб.

Только сейчас служивый заметил толстую цепь в высоком вороте куртки.

— Простите, леди, не признал, — военный поклонился Марике, а та в ответ засмеялась.

— А я не леди, солдатик, я ведьма.

— Так уж и ведьма? — с прищуром переспросил солдат. Был он молод, но форма выдавала небольшой командирский чин.

— Ведьма, — подтвердила Марика и улыбнулась, — обычная деревенская ведьма.

— А он твой раб? — недоверчиво переспросил военный.

— В он мой раб, — подтвердила ведьмочка.

— Не знал, что у ведьм рабы бывают, — усмехнулся солдат.

— А я особенная ведьма, — засмеялась девушка. Солдатик ей понравился, симпатичный, улыбчивый.

— Особенная говоришь, а могу я особенную ведьму угостить чем-нибудь сладким? — спросил солдат и кивнул в сторону небольшой чайной.

— Можешь, почему нет, — ответила ведьмочка и повернулась к своему рабу,

— Ирвин, отнеси заказ Анро. Ты ведь знаешь где его лавка.

Ослушаться хозяйку парень не посмел.

— Да, хозяйка, — буркнул он и быстрым шагом направился в сторону лавки старика Анро.

Со стариком Ирвин даже разговаривать толком не стал, извинился и выбежал назад. Солдат ему не понравился. Ему вообще военные не нравились. Не видел он причин воевать, если опасности для страны нет. Быстрым шагом вернулся на площадь и сел на лавку на против чайной. Марика с солдатиком сидели у окна и парню их было хорошо видно.

Девушка вышла через час и не оглядываясь пошла домой, про Ирвина она уже забыла, а он в свою очередь побрел следом. Марика его заметила почти у самого дома.

— А я думала, ты дома уже.

— Не мог же я тебя одну на рынке оставить, хозяйка.

— Да я и не одна была, — улыбнулась девушка.

Ирвин только вздохнул, открывая перед ней калитку.

— Когда военные из деревни уйдут? — спросил он через минуту.

— Не знаю, Марк зайдет еще сегодня вечером. Оберег просил на удачу.

— Сказала бы, я бы принес, в сумке же лежат, — проворчал Ирвин.

— Нет, — покачала головой ведьмочка, — я ему другой соберу.

И что-то напевая себе под нос она легко побежала в дом. Солдат и правда пришел вечером, почти по темну. Ирвин, сидевший на лавке во дворе и стругавший что-то, смерил его недобрым взглядом, но промолчал. Солдат хмыкнул и зашел в дом.

А через пол часа в комнате разбилась чашка. Ирвин влетел в дом.

— Ирвин назад! — закричала ведьма. И очень вовремя. Картина рабу не понравилась. Парень, так красиво ухаживающий еще днем, держал девушку за локоть и буравил масляными глазками.

— Ты что же, служивый, забыл с кем дело имеешь? — глаза ведьмы вдруг полыхнули огнем. — А ну руку убрал.

— Да, что же ты ведьмочка, не ломайся. Поверь, тебе понравиться. Пойдем, покажешь где у тебя кроватка мягкая. А утром я уйду, — парень не отпускал. Раб за спиной глухо зарычал.

— Ирвин назад, — еще раз скомандовала ведьма. И совсем черным взглядом посмотрела на солдатика.

— Прокляну, — медленно прошипела она. Воздух вокруг ведьмы стал густым, — прокляну так, что больше не встанет. Или сам не встанешь. А ну руку убрал!

Тут до парня начало доходить. Сила ведьм отличалась от классической магии, а потому понять, что перед ним истинная ведьма солдатик смог не сразу. Но когда дошло он отшатнулся от девушки как от прокаженной и выскочил за дверь.

Ведьма зажмурилась, успокаивая себя. Лишь бы не заплакать.

— Хозяйка, — тихо произнес Ирвин.

Марика посмотрела на него взглядом полным боли.

— Ведьма я. Понимаешь? Ведьма! И за себя постоять в состоянии. Иди Ирвин. Все хорошо.

Раб вышел во двор. Запер калитку и пошел мыться. Ему очень не хотелось оставлять девушку одну сейчас, но и перечить ей он не посмел. А через минуту Марика зашла в баню и встала в дверях.

— Испугала тебя?

— Нет, хозяйка, — ответил раб споласкиваясь.

— Я ведьма, Ирвин, этого не изменить.

— Ты женщина, Марика. Просто красивая женщина. А он идиот.

— Женщина, — горько повторила она и взгляд кпотолку подняла, сдерживая слезы, — так думаешь?

— Вижу, Марика. Я так вижу.

— Ирвин, — она подошла к нему вплотную, — поцелуй меня.

— Не могу.

— Ведьма, — горько усмехнулась она.

— Нет, Марика. Не ты ведьма. Я раб. Прости, не могу тебя поцеловать. Не достоин я.

— Ирвин, — она прижалась к нему всем телом, — возьми меня, пожалуйста.

Он сжал ее в объятьях. И в предбаннике на софе он любил ее со всей страстью и нежностью, к которой только способен раб к своей ведьме.