Глава 15

Снежа

Я еле успела забежать за широкое дерево, как мимо пронесся внедорожник, который преследовал нас с Алексом. Ему похоже пришлось снизить скорость при повороте, потому что я смогла рассмотреть задние номера.

Но, на самом деле, это было необязательно. Несложно догадаться, кто послал наших преследователей. Это как раз в его стиле.

Вот только, что он сделает с Алексом, я предсказать не могла. Безумие Павла не имело границ. Поэтому нужно было действовать быстро.

Хорошо, что телефон все еще был со мной.

Я старалась не обращать внимания на то, как дрожали мои пальцы, когда листала список контактов.

Один гудок. Два. Три.

Наконец я услышала нежное «да».

— Мне нужна помощь, — голос звучал твердо несмотря на то, что меня всю трясло. — Позвони своему отцу.

— Отцу?

— Да. И еще… — я обернула руку вокруг талии, прижимая пальто Алекса крепче к телу. — Можешь меня забрать? Пока я не замерзла до смерти?

Десять долгих минут, я сидела на корточках за деревом, обняв себя за колени. Но ветер, подлец, куда во все свободные щели. Мне даже показалось, что он образовал вокруг меня своеобразный купол из мерзлоты и пытался превратить меня в снежный ком. И уверена, у него бы получилось. Вот только звук приближающегося автомобиля сорвал его гениальные планы.

Не знаю, в какую глушь меня завез Алекс, но пока я тут сидела, не проехало ни одной машины. Если бы не телефон с геолокацией, то…

Серебристая машина остановилась возле меня, и я, не задумываясь, в нее прыгнула.

Лина не отводила от меня взгляда, когда я дрожащими руками потянулась к приборной панели. Пару кликов, и теплый воздух порывом понесся ко мне.

— С-спасибо, — мои зубы стучали.

Я попыталась сжать челюсти, но звук стук стал только громче. Поэтому я просто откинулась на спинку сиденья, и стала ждать, пока снова почувствую жизнь в окончивших конечностях. Кончики пальцев уже начали покалывать.

— Что с тобой случилось? — Лина полностью развернулась и медленно осмотрела меня с ног до головы. — И чье это пальто?

— Эт-т-то долгая ист-т-тория, — я потянулась к приборной панели и прибавила тепла еще на пару градусов. — Т-ты узнала?

Лина покачала головой, а я еще больше «утонула в кресле». Как же я была благодарна за подогрев сидений, а моя попа — особенно.

— Ну? — я, приподняв бровь, посмотрела на подругу.

Лина вздохнула и потянулась за телефоном, который лежал в подстаканнике рядом с рычагом передач.

— Папа прислал адрес.

— Поехали!

***

Я почти сразу поняла, куда мы ехали. Меня трясло от одной мысли снова там оказаться, но другого выбора не было. Я не сомневалась, что Алекс там. Тем более, его машина осталась пустая на дороге недалеко от того места, где он меня высадил.

Лина, конечно, потребовала объяснений. И я их ей дала, когда перестала трястись. Лина была недовольна, что весь этот сыр-бор случился из-за Алекса, с которым она даже не знакома. Но все же везла меня по адресу, который прислал ее отец. Возможно, из-за того, что я упомянула имя Павла при разговоре.

Лина бросила на меня обеспокоенный взгляд, когда поняла, что во всем замешан этот подонок. А я лишь пожала плечами. Что мне ей сказать? Да, у меня все внутри сжималось от страха из-за того, что он снова встретился на моем пути. Да, я ненавидела одну мысль, что мне снова предстоит оказаться в его доме. Да, я боялась даже подумать, о том, что Алекс знаком с Павлом. В отеле между ними промелькнуло узнавание, хотя вели они себя, как незнакомцы. И хоть Алекс демонстративно игнорировал этого козла, сомнение успело зародиться глубоко во мне. Я гнала его всеми возможными способами, но оно не хотело оставлять меня полностью.

Конечно, тот факт, что Павел послал за нами своих громил, мог бы многое сказать об их отношениях с Алексом. Но Павел в дополнение ко всему был психом. И я до сих пор удивлялась, как не заметила этого с самого начала. Избежала бы, как минимум, психологической травмы.

Лина начала снижать скорость, когда мы подъехали к шлагбауму, который преградил путь в частный поселок. Элитные дома находились на одной улице, но стояли так далеко друг от друга, что из одного невозможно было увидеть другой. Тут, наверное, свою роль сыграли и густорастущие деревья.

Странно, что шлагбаум начал без лишних вопросов от охраны подниматься. Даже, когда я была здесь частым гостем, меня каждый раз допрашивали: куда я, к кому, зачем и т. д.

Не прошло так много времени, чтобы охрана растеряла всю квалификацию, а это значило… Павел ждал меня.

Когда он окликнул меня у гостиницы, я не могла поверить своим глазам. Мне удалось избегать его почти два года. И вот она — встреча в самом неожиданном месте. Я была не готова, поэтому закрылась в себе и не могла даже слова из себя выдавить. Хотя в голове прокручивала, что скажу ему тысячи раз. Павлу удалось избежать наказания, а у меня на теле остался шрам, хоть и еле заметный.

Чем ближе мы подъезжали к самому последнему дому, тем сильнее тряслись руки. И уже не от холода. Я сжала их в кулаки и старалась размеренно дышать. Но воспоминания предпоследнего моего пребывания в этом доме пробивались сквозь стену, которую я построила между ними и реальностью. Особо яркими были огни скорой помощи.

Белоснежный трехэтажный особняк был скрыт за бетонным забором с коваными вставками, которые мой мозг постоянно сравнивал с языческими символами.

Дорога, ведущая к дому, напоминала портал в ад. Не потому, что в конце ждал демон, который когда-то забрал у меня гораздо большее, чем душу. Нет, ветви деревьев, растущих по бокам, были такими густыми, что через них не пробивался свет, а сама дорога оставалась сухой, хотя моросил дождь. Лишь фонари у самой дороги и дальний свет фар помогли нам не врезаться в ближайшее дерево, слишком крутыми были повороты.

«Дорога в ад», как ни странно, заканчивалась светом. Особняк предстал перед нами во всем своем величии: три этажа, колонны, поддерживающие террасу на втором этаже, несколько труб для каминов, окна, окна, окна. У входа в дом стояли охранники в черных костюмах и держали руки за спиной. У некоторых я заметила кобуру на поясе. Оставалось надеяться, они не были в курсе, что я не оставила в покое их «хозяина» после того инцидента. Ведь один раз я возвращалась в этот дом.

На этот раз я пришла без оружия. Оно мне было не нужно. Я давно нашла кое-что более весомое. Да, и куда мне было его спрятать? Под платье, которое не скрывало ни одного изгиба тела, или в карман пальто, накинутого на плечи. Хотя…

Охранники не упустили шанс облапать меня. Нужно было отдать им должное, Лина тоже подверглась тщательному обследование, прежде чем нас провели внутрь.

Запах моющего средства ударил в нос.

Я старалась не осматриваться, чтобы случайно не оживить воспоминания. Хотя они так и намеревались сделать вдох и выбраться из могилы. Вот только хватило одного взгляда, чтобы понять, что ничего не изменилось. Те же белоснежные стены, которые тянулись от холла высотой в три этажа к стеклянной винтовой лестнице. Я когда-то ее так сильно ненавидела. У меня тряслись коленки, каждый раз, когда я к ней приближалась. Хорошо, что на этот раз мы прошли мимо, а это могло означать только одно — хозяин был в игровой.

Мы шли по хорошо освещенному коридору с белоснежными стенами, в которых я могла видеть свое отражение. Павел был патологическим чистолюбом. Ни одна уборщица у него надолго не задерживалась, потому что малейшее пятнышко могло вызвать гнев у хозяина. Но такого сильного химического запаха, который не покидал меня с момента, как мы переступили порог, я раньше не чувствовала. И вряд ли он мог значить что-то хорошее. Уж точно не там, где играли в бильярд и смотрели фильмы на домашнем кинотеатре, сидя огромных кожаных креслах. Про игровые автоматы я даже вспоминать не хотела. Тем более к ним никто и никогда не прикасался.

Игровая комната находилась в самом конце коридора, за домашним тренажерным залом, которому могли позавидовать даже самые современные фитнес-центры.

Я сильнее впилась ногтями в ладони, ведь мы приблизились к месту из моих кошмаров.

Мои шаги были твердыми, хотя внутренности сжимались только от одной мысли, что снова придется увидеть место, где все изменилось… где изменилась я.

Охранник тихо постучал в белоснежную дверь и, не дожидаясь ответа, открыл ее.

— А вот и наши последние гости.

Я застыла у двери, когда охранник освободил проход. Лина врезалась мне в спину, и чтобы я не упала, подруга схватила меня за талию. Но даже если бы я распласталась на полу, мне было бы плевать, потому что я могла лишь переводить взгляд с одного мужчины на другого.

Павел с Алексом стояли за бильярдным столом с киями в руках.

Я ожидала увидеть, как минимум, Алекса, избитого до полусмерти и Павла, склонившегося над ним с хирургическим скальпелем, которым выводил узоры по оголенной коже. Но приятельская атмосфера показалась мне дикостью. Как и широкая улыбка Павла, которая с каждой секундой сильнее растекалась по его лицу. Запах сигар, который перебивал даже «приятный» аромат моющих средства. Хорошо еще Алекс не показывал признаков радости, иначе бы мое наигранное спокойствие точно бы растворилось. Алекс лишь напряженно смотрел на меня, так сильно сжимая кий, что в какой-то момент показалось, что я услышала хруст.

— Чего застряли? Проходите? Вина? — Павел поднял бокал с красной жидкостью и покрутил им. Черная футболка натянулась на его внушительных бицепсах. А серебристая пряжка на ремне в виде буквы «П» блеснула, когда в ней отразился свет.

Меня сразу же вернуло в прошлое. В тот день он тоже так делал. Я смотрела на плескающиеся в бокале красную жидкость и думала лишь о том, что вместо нее там могла быть моя кровь.

Мне, как и в тот день, захотелось закрыться в себе, перенестись в какое-то красивое место, чтобы только избавиться от боли, которая была готова разорвать меня на части.

Но я не собиралась убегать от реальности. Мне надоело быть жертвой. Той Снежи, которая умоляла монстра не делать ей больно, давно уже не было. Она умерла на полу этой комнаты. А потом еще раз в палате, когда доктор перечислял все ее повреждения, и она не видела смысла с ними справляться.

Помню, как открывала окно. Забиралась на подоконник. Помню теплый летний ветерок, обдувающий мое лицо и забирающийся под подол больничной сорочки. Помню, как слепило солнце. Помню крыши высоток, которые манили к себе. Помню лишь одну мысль, которая вертелась в голове:

Ты никогда никому не будешь нужна.

Если бы не Лина, умерла бы не только прежняя Снежа.

Лина, которая точно также, как и сейчас, взяла меня за руку, чтобы поддержать, стянула меня с того подоконника и долго обнимала. А я позволила всем чувствам вместе со слезами вылиться наружу.

— Спасибо, откажусь, — я легко пожала руку Лины, прежде чем отпустить ее. — Павел, не кажется вам, что приглашение на встречу можно было сделать менее экстравагантным?

Я вошла в игровую, чувствуя, что мое сердца билось ровно, а старая Снежа, наконец-то, обрела покой. Ее место заняла новая — сильная и непоколебимая.

— Я не был уверен, что после последней нашей встречи, вы примите приглашение, — Павел опустился над столом, прицелился и ударил по шару, но в лунку тот не попал.

Глаз Павла дернулся, а руки на мгновение сжались. Но мужчина быстро вернул себе непоколебимость и поднялся, уступая место сопернику. Алекс не двинулся с места, а я старалась на него не смотреть. Просто не могла.

Я слышала шаги Лины позади себя, а потом почувствовала ее руку у себя на спине, но ничего не сказала. Была благодарна за поддержку, хотя, если честно, в ней не нуждалась. Уж точно не сегодня.

— Вы имеете в виду тот раз, когда я держала пистолет у вашей головы? — я положила руки на обод стола, немного наклоняясь вперед. — Или тот раз, когда вы оставили мне этот шрам?

Я откинула волосы в бок, чтобы освободить шею, и наклонила голову в бок. Шрам, конечно, побелел, но если присмотреться… Он тянулся от подбородка к затылку. Его окончания никто не видел, но мы с Павлом знали, что он наполовину огибал мою шею.

Резкий вдох Алекса и отчетливый хруст дерева прервали нашу с Павлом игру в гляделки, а я, наконец-то, смогла посмотреть на своего мужа. Он не отрывал взгляда от моей шеи. Сломанный кий лежал на бильярдном столе.

Рука Лины соскользнула с моей поясницы, когда я пошла к Алексу. Это было спонтанное решение. Мне стоило лишь увидеть его глаза, в которых плескалась самая настоящая ярость, его застывшее тело и ладони, сжатые в кулаки, я не могла устоять на месте.

Алекс, как и Павел, следил за каждым моим движением. Шаг за шагом я обходила бильярдный стол, с каждой секундой, убеждаясь в своем решении. Павел говорил, что я никому не больше не буду нужна. Что ж, он ошибался. В этой комнате как минимум два человека, которым я нужна больше, чем друг. Конечно, было несправедливо по отношению к Лине приводить ее сюда. Но возможность доказать Павлу, что он ошибался, того стоило.

— Тебе не нужно было ехать сюда без меня, — тихо произнесла я, как только вплотную подошла к Алексу. Не дожидаясь, какого-то ответа, я обняла мужа за талию и посмотрела ему прямо в глаза. — И уж точно не нужно меня защищать.

Тело Алекса немного расслабилось. Он одной рукой обхватил меня за талию, а второй — заправил непослушную прядь мне за ухо.

— Я всегда буду тебя защищать, — прошептал Алекс так тихо, что я еле услышала его.

Я лишь покачала головой и не смогла сдержать улыбку, прежде чем стереть все эмоции с лица и повернуться к Павлу. Он с любопытством наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой. Его кий широкой частью стоял на полу, а Павел ухватился за него двумя руками. За эти годы он почти не изменился. Лишь морщин у почти белых с голубым оттенком глаз стало больше. Как и седины в висках. А в остальном Павел остался таким же: холодным, внушающим страх, не имеющим совести. Вот только он снял при «гостях» пиджак, чего раньше никогда себе не позволял. Белые кроссовки остались на месте.

— Так, о чем вы хотели поговорить, Павел Алексеевич? — я ответила на его обычно заставляющий меня содрогнуться взгляд.

— Зачем же так формально? — Павел положил кий на стол. — Мы с тобой довольно близко знакомы.

Алекс сильнее прижал меня к себе. Я положила ладонь на его пальцы и легко погладила. Лина бросила взгляд на наши руки и быстро опустила глаза.

Зря я ее взяла с собой. Ой, зря. Но на мою просьбу остаться в машине, она лишь взмахнула рукой. Лина знала о Павле все, и не оставила бы меня наедине с ним. И мне было жаль, что у меня не хватило сил поспорить с ней. Последнее, чего я хотела — причинить боль Лине. Хотя сделала это уже много раз.

— Не так уж и хорошо, — я выбралась из объятий Алекса и подвинулась к Павлу, чувствуя, что за моей спиной следует стена. — Точнее, я не знаю вас совсем. Мне знакома лишь маска, которая растворилась в тот день, когда я случайно увидела то, что не должна. Поэтому и заработала этот шрам.

Я провела пальцем по шее. Павел проследил за ним взглядом, а потом посмотрел на меня. Вся любезность, которую он выдавливал из себя, исчезла. Остался лишь бездушный монстр, с которым я познакомилась в тот день. Монстр, бравший то, что ему не принадлежало. Вот только на этот раз ему не удастся ничего у меня отнять. Не тогда, когда я смогла выстроить себя и свою жизнь вновь.

— Что вы задумали? — прошипел Павел сквозь зубы, не отрывая от меня глаз.

— О чем вы? — невинно спросила я и даже округлила глазки, зная, что его это только взбесит.

Сейчас, стоя в месте, где он забрал у меня все, и глядя на него, я понимала, что страх больше не властен надо мной. Этот ублюдок хоть и был одним из самых могущественных людей нашего города, но после встречи с ним я кое-чему научилась, а именно — всегда иметь запасной план.

Поэтому без зазрения совести сократила оставшееся между нами расстояние и, не отрывая взгляда от глаз, которые преследовали меня в кошмарах, прошептала:

— Может быть вы о проекте «Полигон»?

Павел бросился на меня быстрее, чем я успела среагировать. Его бокал с вином полетел на пол и с треском превратился в осколки.

Сильная рука сжала мое горло, перекрывая доступ кислороду. Отдаленно я услышала писк Лины, но мне было не до нее.

Павел точно также, как в прошлый раз, перекрыл доступ к кислороду. А все, что я смогла сделать — попытаться убрать его стальную руку от своего горла. Но я больше не та, что прежде. Поэтому вместо того, чтобы стоять и пытаться втянуть в себя хоть долю воздуха, изо всей силы ударила коленом ему в пах. Хватка на моем горле тут же ослабла. А Павел упал на паркет, держась за свое достоинство.

Прошлый раз, это было моей участью — стоять перед ним на коленях и умолять не делать мне больно. Но сейчас мы поменялись местами.

Ладно, он не умолял. Лишь, стиснув зубы, злобно зыркал на меня. И то меньше секунды, потому что Алекс закрыл ему обзор своим телом. Он был готов наброситься на Павла, но я вовремя поймала его за руку.

Лина тоже оказалась рядом со мной. Она развернула меня к себе и встревоженно начала осматривать мое горло.

— Ты в порядке? — голос подруги дрожал, пока она едва касалась моей шеи и отметок, которые, вероятно, там остались.

— Со мной все хорошо, — я кивнула и легко отвела руку Лины.

Подруга растерянно взглянула на меня, но я лишь покачала головой и вышла из своего защитного укрытия. Алекс попытался оттащить меня обратно, но я взяла его за руку и покачала головой.

Руку Алекса я так и не отпустила. Пока его тепло проникало в мое тело, у меня был словно защитный барьер, и я наконец-то впервые за два года решилась сделать ответный шаг.

— Павел, Павел, — я сильнее сжала ладонь Алекса. — Вы в кое-чем ошиблись.

— И в чем же? — Павел, втянув в себя воздух, поднялся на ноги.

В окно за спиной Павла хлестал дождь. Противная морось превратилась в настоящий ливень. Сосны, растущие рядом с домом, оказались скрыты за дождевой стеной. Она была так необузданна и так манила. Вот бы выбросить Павла из окна и пусть стихия заберет его. Но, к сожалению, Павел, скорее всего, выберется, и будет еще большем «скользким жуком», чем сейчас. Вот только он не знал, что на этот раз все козыри, как и карты находились в моих руках.

— Вы думали, что я прежняя девочка, которая трясется рядом с вами от страха, — я отпустила руку Алекса и медленно приблизилась к бывшему мучителю. — Вы уничтожили ее в тот день и создали новую. Ту, которая следила за каждым вашим шагом. Последние два года.

Я остановилась прямо напротив Павла, встала на носочки и прошептала ему на ухо:

— Ту, у которой есть документы о полигоне и даже несколько видео.

Я резко отодвинулась, чтобы не упустить момент осознания на лице Павла. Он пришел не сразу, но постепенно его глаза начали округляться, губы слились в одну побелевшую линию, а скулы чуть не порезали кожу.

Видео, видео, видео… Они мне дались путем настоящих страданий и изворотливости. Хорошо, что на ноге не осталось еще одного шрама от железного прута, торчащего из земли. Прута, о который я зацепилась, потому что пришлось спрятаться за железными бочками. А вот директор полигона, надеюсь, помалкивал о соблазнительном «инспектором», после встречи с которым у него пропал пропуск. Тем более, что он уснул в самый пикантный момент.

— А теперь, думаю, нам пора, — я развернулась, взяла Алекса и Лину за руки и потянула их в сторону выхода.

Но у самого выхода Павел окликнул меня.

— Ты тоже в кое-чем ошиблась.

— И в чем же? — я затормозила и оглянулась.

А потом поняла, что зря это сделала. Лучше бы мне не видеть этого самодовольства на его лице.

— В том, что вышла замуж за человека, который уже женат.