Глава 17

Конечно, из меня так себе соблазнительница, плюс я, конечно же, нервничала. Нужно разыграть все идеально! И срочно делать ноги из этой клетки… «Не переживай, я начинаю снимать свою защиту, действие зелий, что подсыпали тебе в еду и воду все это время, сейчас начнет усиливаться. Приятно оттянуться!» Богиня рассмеялась и пропала, больше ничего не сказав. Хоть бы намекнула, какой дар у меня появится… И как я буду искать своих по этому миру. Наверняка, соберу все приключения на свою задницу… Защита богини и правда начала ослабевать, судя по тому, как по всему моему телу прокатились одна за другой горячие волны, обжигая все клеточки, заставляя ерзать в кресле и стискивать бедра. Я ощущала, как грудь напряглась, заныли и запульсировали затвердевшие соски. Тугие вершинки терлись о шелковистую ткань при каждом моем вздохе, посылая горячие волны в низ живота, где все уже скрутило сладкой спиралью. Казалось, что по моим венам течет не кровь, а горячая лава, расплавляя все на своем пути и сжигая последние остатки разума дотла. Я даже не успела прикоснуться к ужину, слишком поглощенная необычными и такими крышесносными ощущениями. Выгнулась в кресле натянутой тетивой, скользнула руками по груди, сжимая пальцами тугие вершинки прямо через тонкую ткань. Застонала, ощущая, как горячие импульсы заструились по венам и нервам, отдаваясь болью наслаждения в пах. Электрические импульсы эхом отражались в клиторе. Уже припухший бугорок стал невероятно чувствительным. Стоило лишь немного посильней сжать бедра, и наслаждение волнами растекалось по телу. Все нервные окончания вибрировали. Половые губки припухли, намокли от обильной влаги, сочащейся из влагалища. И мне до ужаса хотелось большего. Я жаждала наполненности, жаждала ощутить в себе своих альф. Пусть на эти несколько безумных часов, но они будут моими. В момент, когда я скользнула рукой вниз, накрывая голенький лобок пальцами, несколько раз провела по пульсирующему клитору и застонала… Двери распахнулись, в гостиную ворвались альфы. Шейхар и Эмирах замерли, жадно принюхиваясь, втягивая воздух, уже щедро приправленный моими феромонами. Ошеломленно огляделись вокруг и только потом перевели взгляды на меня. Дружно приблизились, с жадностью осматривая. Раздувая ноздри и принюхиваясь, скользили по мне голодными глазами. Оба волка с трудом сдерживали оборот. Замерли, жадно наблюдая, как я ласкаю себя прямо сквозь тонкую сорочку. Звериные зрачки то расширялись, заполняя собой всю радужку, то вновь становились вертикальными… Альфы синхронно зарычали, стиснув кулаки и не решаясь сдвинуться с места. Напряжение повисло в воздухе. Электрические разряды прошибали насквозь окаменевшие тела волков. «Наши!» – довольно урчал мой внутренний зверь, облизываясь и предвкушая пир плоти, втягивая в легкие насыщенный мужской звериный запах готовых к спариванию самцов. – Нам сказали, что у тебя что-то случилось? – прорычал Шейхар, облизывая полные чувственные губы, скользнув языком по увеличенным острым клыкам. А мне вдруг захотелось накинуться на него и слизнуть прозрачные капельки с золотистой загорелой кожи. Проложить дорожку из поцелуев вниз по мощной шее Эмираха, уделив особое внимание ямочке между шеей и плечом. Зверь внутри меня бесновался, жаждая вырваться на волю и пометить обоих самцов самым первобытным животным способом. – Ой, – я отдернула руку от промежности, – я… упс… как неловко… Просто хотела… – Позже! – альфы явно собирались сбежать, едва сдерживаясь от желания накинуться на меня. – Когда позже? – я закинула ногу на ногу, вполне обозначая, что на мне нет белья. В моем гардеробе оно же не предусмотрено! Соблазнительно выгнулась, проведя руками по груди и натягивая тонкую ткань на пышных формах. – Я всего лишь хотела уточнить. А от вас будут подарки? Я так хочу что-то красивое надеть к этому прекрасному платью… – произнесла с придыханием и провела по краю декольте, наклоняясь немного вперед. Обхватив соски пальцами, сжала их, застонала, откровенно соблазняя оборотней. Ну же… Чертовы альфы, что еще нужно сделать, чтоб у вас сорвало планку? Волчары задыхались от «аромата», которая я сейчас источала, запаха самки в течке… Дрожали, но стояли на месте истуканами, стиснув кулаки и скрипя клыками. Что один, что второй покрылись потом. Шейхар облизнулся, жадно пожирая взглядом мои бедра. Эмирах не сводил одержимого взгляда с моей почти обнаженной груди, наблюдая, как я терзаю соски, то покручивая их, то оттягивая до легкой боли. Альфы держались из последних сил, но, наконец, не выдержали! Сначала шагнули назад, а потом выругавшись, бросились на меня. – После того, как станешь нашей, получишь метки и забеременеешь! Мы засыпем тебя золотом! – прорычал один из братьев, наклоняясь надо мной. Схватил за запястья, отводя мои руки от груди. Алчно облизываясь, не сводил взгляда от пульсирующих сосков. – Ой, как жалко! – я плавно поднялась, выкрутилась из капкана, в который меня загнали альфы, отходя от них назад. – А я бы уже сейчас что-то надела и танцевала бы от счастья. – И закружилась в па, что мне показывали невестушки, добавив от себя несколько движений танца живота. Башню Альфам сорвало напрочь, доля секунды… и вот они уже рядом… Шейхар впечатал меня в себя, заставив ойкнуть от неожиданности. Не менее горячий Эмирах всем телом врезался в меня сзади, скользя жесткими руками по бокам и бедрам. А я тонула и захлебывалась в похоти и страсти. В звериной жажде спаривания… В одержимости… Полностью окунувшись в разврат… В исходившей от альф жажде жесткого звериного секса! Да я, в общем-то, и не против! Застонала, едва наши тела соприкоснулись. Словно в кипяток нырнула. Ошпаренные нервные клеточки заискрили. Кровь забурлила, разнося эндорфины по всему организму. Оборотни, лихорадочно скользили руками по моему телу, изучая. От горячих прикосновений я вся плавилась и стекала патокой в киску. Трусиков на мне не было, да и нафига они нужны с такими мужчинами. Через пару мгновений раздался треск ткани, и развратная сорочка легким ярким облачком спланировала на пол. – Наша прекрасная элоима, – проурчал Эмирах, зарываясь лицом в макушку, с жадностью вдыхая мой аромат, – такая вкусная, такая соблазнительная! Шейхар жестко обхватил подбородок, заставив приподнять голову и взглянуть прямо в его потемневшие, ставшие почти черными глаза. Зрачок волка настолько расширился, что поглотил всю радужку, превратив его глаза в две мрачные бездны, на дне которых бушевал безумный ураган похоти. Даже не так. Там сияла не похоть, а одержимость в чистом виде. Жажда обладать мною полностью, всецело, росла и ширилась, сметая все на своем пути. Ясно говоря, что этот волк ни перед чем не остановится, лишь бы присвоить меня. Его зрачки то расширялись, заполняя чернотой всю радужку, то сужались до вертикальной тонкой полоски на яркой серебристой поверхности. Шейхар, хрипло урча, провел подушечкой большого пальца по моей нижней губе. Раз, второй, третий. Скользнул между моих губ, растирая влагу по нежной слизистой. С шумом выдохнул, когда я, подчиняясь, открыла рот, обхватила его палец губами, с силой втянув его во влажные глубины. Пососала, представляя на его месте толстый жесткий член, перевитый венами. Уверена, приборчик к моего волка что надо. Большой, твердый, сделанный, будто специально для меня. Все, как я люблю. Не отводя взгляда от Шейхара, с вызовом смотрела прямо в его глаза. С причмокиванием посасывая крупный палец, чувствовала, как сгораю на медленном костре. Обугливаюсь, рассыпаюсь пеплом у ног моего волка. Полностью растворяюсь в том, кого должна ненавидеть всей душой, всем сердцем. Но ничего не могу с собой поделать. С причмокиванием выпустила его палец изо рта, облизнулась, замечая, как взгляд волка потемнел еще больше. – Моя! – прорычав хрипло, Шейхар сорвался с катушек, набросился, прижимая меня к себе, сминая мои губы в жарком поцелуе. Придавил к себе еще сильней, оцарапав серебристыми волосками, покрывающими грудь, жесткие пики сосков. Выдохнула, застонала в его рот, наслаждаясь взорвавшимся на языке вкусом. Дикий лес, клубника и свежесть. Вот уж не думала, что мужик может так пахнуть. Что его аромат окажется для меня  афродизиаком, от которого по венам стремительным потоком пронесется ураган. Захотелось вдруг зарыться пальчиками в его густые черные, переливающиеся проблесками серебра волосы. Очертить подушечками выбритые виски с татуировками. Скользнуть на затылок, растрепав по пути собранные в хвост волосы. Ощутить их шелковистость и жесткость. Но Эмирах, прижавшись сзади, не позволял пошевелиться. Обхватил стальной хваткой мои запястья, заведя руки за спину. Поглаживал большими пальцами, прекрасно ощущая колотящийся под кожей пульс. Второй волк, наклонившись надо мной, покрывал поцелуями макушку, периодически обхватывая губами кончики ушей. То с одной стороны, то с другой. Эмирах с такой же жадностью и безумием, как и его брат, рычал, задыхался, втягивал носом мой аромат, словно не мог надышаться. Одной рукой удерживал меня, не позволяя даже руками пошевелить. А второй лихорадочно скользил по моему обнаженному телу, с силой сминая все доступные изгибы. То легко лаская спину, очерчивал пальцами хрупкие позвонки, скользя вниз до талии. Жестко сжимал попку, бедра, оцарапывал острыми когтями, оставляя на коже отметины. То поднимался по спине вверх, обхватывал стальной хваткой шею, почти перекрывая кислород, до звездочек перед глазами. То тут же поглаживал шею, наверняка ощущая под пальцами бешено бьющийся пульс. Слегка отстранившись, потянул мои руки назад, заставляя выгнуться и впечататься грудью в грудь Шейхара. – Наша! – в унисон рычали волчары, окончательно потеряв рассудок. Разлившийся в воздухе пряный густой аромат течной самки не оставил им шансов на сопротивление. От каждого их прикосновения на моей коже словно вспыхивали огненные узоры. Шея, спина, ягодицы, бедра, грудь – все вдруг превратилось в единый пульсирующий сгусток. Огненные вихри закручивались спиралью внутри меня, устремляясь вниз живота полыхающими импульсами. В объятиях волков я сгорала заживо, крича и воя, урча, как самая настоящая кошка. Большая, голодная, жадная до своих самцов. Жаждущая присвоить их навеки, чего бы это ни стоило. Я с жадностью отвечала на поцелуи Шейхара, возвращая безумную страсть сторицей. Открыла рот еще шире, впуская его язык, подчиняясь, покоряясь воле волка. Урчала, с пылом схлестнувшись с его языком, облизывая, посасывая и даже слегка прикусывая. Расслабилась, позволяя волку вести. Вылизывать все, до чего может дотянуться. Ласкать мои десны, посасывать язык, проникнуть в рот еще глубже. Жадно и безумно буквально трахать мое горло языком, давая понять, что скоро, очень скоро, заменит язык кое-чем другим, намного более толстым и жестким. Эмирах не отставал от брата, оставляя засосы на шее и плечах. Волки, словно сговорившись, решили оставить на мне как можно больше меток. Эмирах уже не удерживал мои руки, позволяя, наконец, обнять его брата. А сам жестко и в то же время как-то нежно сжал попку, разминая ягодицы. Слегка шлепнул по ним, заставляя стонать и выгибаться. Острая легкая боль не доставляла дискомфорта. Лишь сильнее разгоняла кровь, бурным потоком струящуюся по венам. Шлепок. Второй. Третий. Легкие поглаживания. Я протестующе застонала, ощутив спиной холодок, когда Эмирах отстранился. И уже через мгновение зарычала, отвечая на поцелуй Шейхара и ощущая, как его брат оставляет влажные дорожки по всей моей спине, то целуя, то задевая клыками нежную кожу, по которой от каждой его ласки горячие искорки оставляли после себя ожоги. Эмирах касался спины руками, языком и клыками, слегка прикусывая и тут же зализывая ноющие царапины. Вот он, что-то безумно шепча, обхватил руками ягодицы, разминая их пальцами и покрывая поцелуями. Скользил языком между упругих половинок, проникая как можно глубже. Раздвинул их, открывая доступ к самому сокровенному.