Глава 8

Я стою перед большой массивной дверью и вздыхаю. Дверь сама по себе кажется безобидной, но за ней скрывается столько страха. Я смотрю на нее уже несколько минут, набираясь смелости, чтобы войти. Джексон в течение нескольких часов пытался успокоить меня прошлой ночью, но даже сейчас, утром, я все еще напугана. Друг заверил меня, что если бы король хотел моей смерти, то уже убил бы меня, и что все обойдется, если сегодня я просто буду молчать. И я надеюсь, что все так и будет. А еще надеюсь, что короля не будет весь день, и мне не придется с ним сталкиваться. В любом случае, большую часть времени он обычно отсутствует, так что, скорее всего, и сегодня его не будет. Хотя мне никогда особо не везло. Я продолжаю смотреть на дверь, пытаясь набраться смелости, чтобы войти. Наверняка охранник расскажет королю о моем странном поведении, но даже это не может заставить меня открыть дверь быстрее. Я думаю о том, чтобы убежать – просто выйти через вход для слуг и спрятаться в лесу. Я бы, наверное, так и сделала, если бы не тот факт, что Звери часто бегают по ночам. Они найдут и убьют меня той же ночью. Мои мысли прерывает смех, доносящийся из коридора. За ним следует гневный крик, и этот голос я сразу же узнаю. Поворачиваю голову влево как раз в тот момент, когда из-за угла появляется девушка, которая заходила вчера к королю. По обе стороны от нее идут охранники и держат ее за руки. Она пытается вырваться, но они только смеются над ее тщетными попытками и продолжают вести ее по коридору в мою сторону. Страх пронзает мое тело, я боюсь того, что она сделает, когда увидит меня. Понимая, что мне нужно встретиться либо с ней, либо с королем, я решаю выбрать меньшее из двух зол и снова поворачиваюсь к двери. Ручка в моей руке кажется гладкой, и я колеблюсь всего секунду, прежде чем повернуться, толкнуть дверь и быстро войти внутрь. Осматриваю комнату в поисках короля и радуюсь, что его нет. Зато в комнате полный бардак. Такое ощущение, что здесь пронесся торнадо. Повсюду валяются осколки стекла и разные предметы, стоящие раньше на полках и столах. – Прошу прощения за беспорядок. Я поднимаю голову и тут же замечаю короля, стоящего в коридоре, ведущем в его кабинет. Руки засунуты в карманы, плечи сгорблены. Я прислоняюсь к двери, не сводя с него глаз, не решаясь что-либо предпринять, так как пока не могу определить его настроение. Он продолжает смотреть на меня, не двигаясь. Его взгляд блуждает по моему лицу, словно оценивая порез, который я вчера получила. Король Хеликс опускает взгляд на мою шею, щурится и вздыхает. – Порез на твоей шее воспалился, – говорит он. Нахмурившись, я поднимаю руку и мягко прикасаюсь к царапине. Меня тут же обжигает болью. Я вздрагиваю от прикосновения и опускаю руку. Король еще раз вздыхает, поворачивается и идет в ванную. Я остаюсь на месте, не зная, что делать. Мне просто притвориться, будто вчерашнего дня не было, и начать уборку, как обычно? Или я должна извиниться за прошлую ночь? Решив, что лучше всего просто начать уборку, я на цыпочках пробираюсь к уборной рядом с кухней, чтобы взять веник и совок. Начать лучше с битого стекла. Король выходит из ванной, и я замедляю свои движения, чтобы не раздражать его, и продолжаю заниматься своими делами. – Брось это, – говорит король. Я смотрю на него, и вижу, что он указывает на веник в моей руке. – Садись. Он указывает на стул под барной стойкой, и я делаю, как он велит. Присела на самый край стула, наблюдая за ним и пытаясь догадаться о его намерениях. Король поднимает руку, показывая мне аптечку, которую держит. – Я не сержусь на тебя. Я просто обработаю твой порез, хорошо? – спрашивает он, указывая на мою шею. Я хочу спросить “почему”, но вместо этого просто послушно киваю. Хеликс подходит ко мне, перешагивая через разбитое стекло и останавливается, когда его ноги оказываются всего в нескольких сантиметрах от моих. Он ставит аптечку на стол и открывает ее, демонстрируя содержимое. Некоторые из медицинских принадлежностей я никогда раньше не видела. Слуги, как правило, не имеют доступа к бинтам или чему-то подобному, предполагается, что мы должны обрабатывать раны мылом и бумажными полотенцами. Это не самый эффективный метод и часто приводит к инфекциям, но это лучше, чем ничего. – Тейт хочет, чтобы я женился на ней, поэтому она пришла прошлой ночью. Она вместе со своей матерью уезжает сегодня, так что ты с ней больше не пересечешься, – говорит он спокойным голосом. Я киваю, глядя на пол. Король вздыхает, и мгновение спустя я чувствую, как кончики его пальцев касаются моего лица около пореза. Это прикосновение очень легкое, и через пару секунд я чувствую, как мое беспокойство начинает понемногу уходить. Не могу даже вспомнить, прикасался ли кто-нибудь к моей коже, но сейчас это было даже приятно. Вчера вечером Джексон верно сказал: если бы король хотел моей смерти, он бы уже убил меня или приказал убить. И учитывая доброе отношение короля ко мне сегодня, я начинаю верить, что он не сердится на меня. – Если что, ты можешь разговаривать со мной, – говорит король. – Не совсем весело вести разговор с самим собой. Его руки на мгновение останавливаются на более глубокой части моего пореза. – Сейчас будет больно. Сказав это, он прижимает холодный мокрый бинт к моей шее, и я дергаюсь, шипя от боли. Другой рукой король обхватывает меня сзади за шею, чтобы зафиксировать мою голову. Я смотрю на него в ужасе, когда он снова тянет руку к порезу на шее. Его глаза сосредоточены на моей ране, и от усердия он прикусывает свою нижнюю губу. Я снова дергаюсь от боли, в результате чего его рука у основания моей шеи сжимается сильнее. – Больно, – наконец бормочу я, продолжая пытаться отодвинуть голову. Его глаза встречаются с моими, и я вижу в них нечто похожее на жалость. – Я знаю, но я почти закончил. Тот, кто обрабатывал тебе рану прошлой ночью, сделал это очень плохо. Я хмурюсь и смущаюсь, потому что я сама делала обработку пореза, и мне казалось, что я сделала ее довольно неплохо. Король продолжает втирать дезинфицирующее средство в мою шею, и жжение постепенно утихает. Улыбаясь, король отпускает мою шею. – Ну вот! Не так уж и плохо, – говорит он самодовольно. Я фыркаю, но тут же замираю от ужаса. Как он отреагирует на мое фырканье? Но, кажется, Хеликс не возражает, и я смотрю, как он кладет бинт на стол и ищет что-то в аптечке. Он вытаскивает тюбик и выдавливает на палец немного прозрачного геля. Подносит палец к моей шее, вероятно, намереваясь помазать порез, но я отстраняюсь прежде, чем он успевает дотронуться. – Я в порядке. Мне все это не нужно, – говорю я, боясь, что снова будет больно. Король смотрит на мою шею, затем на свой палец, и, кажется, догадывается о причинах моего отказа. – От геля не будет больно, – уверяет он меня. Он говорит искренне, но я не умею распознавать, когда люди лгут, поэтому сомневаюсь. Однако он король, и я действительно не в том положении, чтобы отказать ему. Сдавшись, я наклоняю голову в сторону, облегчая доступ к шее. Я напрягаюсь, когда он подносит руку к порезу и с облегчением выдыхаю, потому что гель действительно не причиняет боли. Он прохладный и приносит мгновенное облегчение. Король прикасается ко мне очень аккуратно, и я смотрю на его лицо, пока он работает. Его брови сосредоточенно нахмурены, а глаза смотрят на мою рану. С такого близкого расстояния я могу разглядеть легкие веснушки на его щеках, и золотые блики в глазах. Однажды я слышала, что у всех Зверей на радужке есть золотые крапинки, и что это как бы взгляд их внутреннего зверя. Хотя, вероятно, это всего лишь сказки, и люди придумали эту забавную историю для своих детей. Король внезапно поднимает взгляд и смотрит мне в глаза, после чего снова сосредотачивается на моей шее. Он берет большой пластырь из аптечки и накладывает его на более глубокую часть моего пореза. Ни один Зверь никогда не был так добр ко мне. На самом деле, я никогда не слышала о Звере, не говоря уже о короле, который раньше был бы так добр к любому человеку. Я вспоминаю все слухи, которые слышала о короле Хеликсе, и размышляю о том, сколько в них правды. Все разговоры о том, что он сумасшедший злой монстр, кажутся сильно преувеличенными, учитывая, как хорошо он относился ко мне с тех пор, как я приехала. – Тебе понравилась паста на прошлой неделе? – небрежно спрашивает он, завязывая разговор. Я киваю, расширяя глаза от неожиданности вопроса. – Да, Господин. Было очень вкусно. Спасибо, что дали мне это, – отвечаю честно, и от воспоминаний у меня во рту собираются слюнки. Король улыбается, по-видимому, довольный собой. – Мне нравится готовить. Я приготовлю тебе кое-что в качестве извинения за эту рану. Он делает шаг назад и оценивает свою работу, одобрительно кивая, глядя на повязку на моей шее. – Что ты хочешь, чтобы я приготовил? Я хмурюсь, не зная, как ответить на этот вопрос. Я никогда не ела ничего другого и, честно говоря, не знаю, что мне нравится. Есть сотни блюд, которые я всегда мечтала попробовать, и я боюсь выбрать что-то не то. – Я всегда хотела попробовать мясо, – отвечаю я честно. Король Хеликс кивает. – Принято. Я слегка улыбаюсь, задаваясь вопросом, действительно ли он будет готовить для меня. Я не удивлюсь, если он этого не сделает, но все же во мне теплится надежда, что он сдержит слово. – Мне нужно идти. И да, не беспокойся о том, что не успеешь все убрать сегодня. Если будет поздно, не стесняйся уйти. Закончишь завтра, – говорит он, отворачиваясь от меня и быстро направляясь к двери. Я сижу все на том же стуле и наблюдаю, как он ходит по комнатам и берет нужные вещи. Затем уходит, и дверь за ним захлопывается, а я остаюсь на месте еще пару минут, пытаясь понять, что только что произошло. Я осторожно трогаю повязку на шее, удивляясь отсутствию боли. Вздохнув, я спрыгиваю со стула и приступаю к уборке. На уборку стекла уходит много времени, и в итоге я пару раз уколола себе пальцы, пытаясь вытащить мелкие осколки из ковра. Уборка остальной части комнат занимает столько же времени, и, прежде чем я успеваю опомниться, становится довольно поздно. Я оглядываю помещение, оценивая оставшуюся работу. Был ли король искренен, когда сказал, что мне не нужно заканчивать уборку сегодня? Мне показалось – да, но насколько я знаю, завтра он может проснуться и думать по-другому. Правда, чтобы все закончить, потребуется еще два-три часа, а уже так поздно, что к тому времени, когда я закончу, мне повезет, если я посплю хотя бы пару часов. Решив рискнуть, я убрала все чистящие средства и вышла из покоев.